А кто читал енту книгу????


Прошел сигнал связи, экран домашнего компьютера осветился и на нем появилось сообщение:
«Планетная система Р-234 — Деметра. Район Оранжевых озер. Жилой купол 1040.
Срочно вылетайте первым рейсом. Бабушка.
Земля. Июнь 3743 г.»
Приняв лазерограмму, система вывела ее на принтер. Затем монитор погас, и компьютер перешел в режим ожидания.
Парк у Оранжевых озер в это время дня был заполнен детьми всех возрастов. Тут же прогуливались и родители, но большинство малышей были с роботами-няньками.
Маленький золотисто-желтый гротозаврик с костяным гребнем на спине и коротким хвостом забрался на монстеру, а его хозяйка ревела внизу. Гротозаврику показали кусочек консервированного моллюска — его излюбленное лакомство — и он сразу стал ласковым домашним любимцем.
Деметра, молодая планета, удивительно повторившая по своему климату и природным условиям Землю, находилась на витке развития, соответствующем Юрскому периоду. Много миллионов лет Деметру населяли динозавры и должны были, если все пойдет нормально, населять планету еще около сорока миллионов.
Поэтому рядом с детьми резвились и одомашненные динозавры — представители фауны Деметры.
По Оранжевым озерам, вблизи берега, несся маленький глиссер на воздушной подушке. Глиссером управлял робот-нянька устаревшей модели. За его спиной нетерпеливо подпрыгивал мальчик лет двенадцати:
— Эге-гей! Баюн, прибавь скорость! Мы тащимся как черепахи!
— Спешка нужна при ловле блох! Андрей, порвешь страховочные ремни, — робот повернул руль, и легкий глиссер ушел в стремительный вираж.
— Предупреждать надо! Я чуть не свалился! — мальчик, хохоча, ухватился за плечи робота.
— Так тебе и надо. Еще хотел быстрее! — робот-нянька сбавил скорость, и глиссер вышел на середину озер.
Вообще-то Баюн не был Баюном. Назывался он куда длиннее: «Роботизированная модель-нянька V.» Но когда прапрабабушка Андрея была еще совсем маленькой, она назвала робота Баюном. Имя прижилось, и с тех пор все в семье звали робота только так.
Неожиданно робот направил глиссер к берегу, и он ткнулся носом в песок.
— Что случилось? — удивился Андрей. — У нас же не закончилось время проката.
Робот-нянька выдвинул из темени две коротенькие антеннки. Да, да, Баюн был старой-престарой конструкции, когда не только не ввели в серийное производство голограммы человекоподобных моделей, но даже не выпускали обыкновенных андроидов. Роботов, подобных Баюну, давным-давно не делали, и их можно было увидеть разве только в музеях робототехники.
— Мама срочно зовет домой.
— Но почему? — Андрей возмущенно выпятил нижнюю губу. — Чего это она всполошилась?
— Вызов первой срочности. Похоже, она чем-то встревожена.
Когда робот-нянька говорил, губы у него не двигались. Звук шел из речевого динамика, расположенного в голове чуть ниже анализатора запахов.
Обычно, когда ребенку исполнялось семь-восемь лет, роботнянька переходил к младшим братьям и сеcтрам или от его услуг отказывались. Некоторые, следуя изменчивой моде, меняли роботовнянек через каждые год или два, выбирая по каталогу более современные модели. С Баюном случай был особый, он жил в семье Андрея на правах ее члена не первую сотню лет, и был мальчику уже не нянькой, а скорее старшим товарищем. Андрей даже предпочитал его общество обществу ровесников, что не нравилось и раздражало его отца. Он бы с удовольствием отдал Баюна в музей старых роботов, если бы мама его не отвоевала.
Получив из дома вызов первой срочности, Андрей и Баюн побежали на стоянку планетоходов. Их шестиколесный планетоход был хоть и небольшой, но скоростной, с двумя рассекающими воздух крыльями по бокам.
— Чур, я веду! — Андрей вскочил на сидение перед панелью управления и отключил автоводитель.
Увидев своего питомца перед панелью управления, Баюн уставился на него мерцающими глазами-фотоэлементами:
— До тринадцати лет водить транспортные средства строго воспрещается! В прошлый раз ты едва не врезался в магнитное ограждение! Тирексы были бы рады тобой закусить.
— По-моему, тирексы не так опасны. Они неповоротливые. Рвуны и ящеры-костоправы куда страшнее, — Андрей, не раздумывая, вывел планетоход со стоянки.
Высоко над периметром, куда не доставал магнитный колпак, широко раскинув кожистые крылья, завис в воздушном потоке птеродактиль. Летающий ящер охотился. Время от времени он складывал крылья и молнией устремлялся вниз, но наталкивался на защитный купол и гортанно кричал, не понимая откуда взялась невидимая преграда.
Когда люди впервые высадились на Деметре, им приходилось жить в буквальном смысле рядом с динозаврами. Среди миролюбивых гигантов встречались и хищники, которые при случае не брезговали и человечинкой.
Вот тогда-то первые поселенцы и накрыли свои жилища магнитным куполом. Позднее, по мере того как Деметра заселялась, купол перерос в защитный периметр радиусом в сотни километров. Периметр отделял землю динозавров от мира людей, давая возможность каждому развиваться по собственному сценарию. По общепринятому Галактическому закону, колонизация другой планеты возможна только с условием невмешательства в естественный ход ее эволюции.
Андрей осторожно вел планетоход, стараясь соблюдать все правила движения. В это время дня дорога была не очень загружена. Но водители встречных планетоходов, заметив мальчика за рулем, на всякий случай снижали скорость и прижимались к краю трассы.
— Видишь! А если мы встретим робота-инспектора? У родителей отберут права! Включи автовождение! — попросил Баюн, когда очередной водитель погрозил им кулаком.
— Небось, я вожу планетоход лучше этого типа. Он-то вообще едет на автопрограмме как маленький! — фыркнул мальчик.
Дорога вильнула и пошла вблизи магнитного заграждения, за которым начиналась Земля Динозавров.
Увидев впереди открытый участок без поворотов, Андрей не удержался и дал максимальную скорость. Планетоход рванулся и стрелой помчался вперед.
Тут на дорогу выползла полутораметровая деметрианская ящерица. На мчащийся прямо на нее планетоход она не обращала внимания. Неизвестно, как ящерица попала под магнитный купол. Может, прорыла подземный ход, чтобы полакомиться пищевыми отходами в контейнерах свалки? А, может, в каком-то месте периметра магнитная защита дала сбой. Такое уже случалось. Рассказывали, как-то на ферму, граничившую с периметром, прорвался тирекс и сожрал несколько призовых молоконосов.
Заметив ящерицу, Баюн стремительно дернул рычаг аварийного торможения. Планетоход слетел с дороги и, едва не перевернувшись, зарылся носом в заросли колючего кустарника. К счастью, вовремя включился аварийный блок защиты пассажиров и управление взял на себя автоводитель.
Сквозь мелкую игловидную бахрому Андрей видел, как ящерица равнодушно покосилась на них изумрудно-зелеными глазами и неторопливо пропутешествовала дальше.
— Уф! Пронесло! — выдохнул он.
— Смел-то ты смел, да неумел, — Баюн убедившись, что мальчик цел и невредим, пересел к панели управления. Бабушка Андрея както заложила в программу Баюна полный сборник пословиц русского народа, составленный Далем и старому роботу они очень нравились. Особенно он любил одну: «Ждали теленка, а дал Бог ребенка.»
— Будет нам взбучка. Смотри, весь планетоход исцапали, — Баюн дал задний ход и выехал на дорогу.
— Подумаешь, несколько царапин! Никто и не заметит. Правда, Баюн? — Андрей заглянул в глаза роботу.
— Нарушение четвертого правила роботов-нянек! Нельзя сообщать родителям ложные сведения! Нужно предоставлять полную информацию о том, что случилось с ребенком в их отсутствие.
Андрей задумчиво прищурился. Ему уже случалось обводить робота вокруг пальца.
— Значит, Баюн, ты расскажешь маме, что мы чуть не врезались?
— Я не могу нарушать четвертое правило, — заупрямился Баюн.
— Отлично, рассказывай! А первое правило роботов-нянек ты помнишь?
— Не причинять вред людям!
— Правильно. Но если ты все расскажешь маме, она будет волноваться. А волноваться людям вредно. Значит, ты причинишь маме вред и нарушишь первое правило.
Баюн приложил ладонь ко лбу. Из его правого уха потянулся дымок, и в голове у бедняги что-то загудело. Включились охладители, предохраняющие логические системы от перегрева.
— Первое правило… Четвертое правило… Противоречие… — забубнил он. Роботы терпеть не могут противоречий. Хорошо еще, у робота-няньки были предусмотрены дополнительные предохранители, а то бы у него давно расплавились все микросхемы. Бедный Баюн! Многие дети, и Андрей не исключение, просто источники противоречий.
— У меня все логические схемы перегрелись! — пожаловался бедняга. — Ума не приложу, что делать!
— Тогда ничего не говори маме! — Андрей внимательно посмотрел на робота, проверяя, удалось ли ему убедить его.
— Тебе нужен современный робот-наставник, — печально сказал Баюн. — С новыми голографическими моделями ты бы так себя не вел! А мне давно пора на свалку.
— Перестань, Баюн! Ты знаешь, я не люблю, когда ты так говоришь!.. Если хочешь, можешь рассказать родителям, что я вел планетоход! — стоило Баюну заговорить о свалке, как у Андрея моментально портилось настроение. А в последнее время робот вспоминал о свалке все чаще. Особенно, когда у него стал барахлить сердечник…
Автоводитель без происшествий довез их до дома. Они выскочили из планетохода и взбежали по ступенькам. Чтобы в доме были ступеньки, а не гравитационный подъемник, настояли родители. Они говорили, в век высоких технологий человеку, как никогда необходимо движение. Поэтому даже двери в их доме не открывались при приближении человека, как у всех нормальных людей, а были старинные, с ручками.
Мама с папой сидели в столовой. Выглядели они ужасно взволнованными.
— Почему вы так долго? Мы вас ждем, беспокоимся!
— Мы были в парке у Оранжевых озер. А что случилось? — Андрей ничего не понимал. Иногда они с Баюном пропадали до позднего вечера, а папа с мамой даже не ворчали. Были уверены в верном роботе, вырастившем не одно поколение детей в их семье.
— Мы с папой должны срочно лететь на Землю, — мама провела рукой по волосам, она явно нервничала. — Бабушка прислала какоето непонятное сообщение: «Вылетайте первым рейсом». А зачем — неясно.
— Она здорова? — робот-нянька растил бабушку, когда она была девочкой, и очень тревожился о ее здоровье.
— Мы пытались отправить лазерограмму, узнать, в чем дело, но связи с Землей нет. Наверно, из-за метеоритного града, — папа вынул из кармана две магнитные карточки и показал Андрею:
— Билеты на «Деметрианец». Наш рейс через несколько часов.
— А я? Где мой билет? Я тоже хочу полететь на Землю. Сейчас же каникулы! — Андрей прижался к маме. — Я побежал собирать вещи.
— Подожди! — мама обняла Андрея, а потом легонько отстранила его. — Опять за свое. Мы с тобой много раз говорили об этом. Ты же знаешь, по правилам космонавтики детям нельзя совершать межгалактические путешествия. При старте звездолета организм испытывает очень большие перегрузки, а это вредно.
— Но мне уже двенадцать лет и два месяца! Скоро тринадцать! — топнул ногой Андрей. — Я не боюсь никаких перегрузок!
— Знаю, что не боишься, — папа взъерошил ему волосы. — Но потерпи немного. Как только тебе исполнится тринадать, обещаю, в тот же день полетишь на космическом корабле! А до этого тебе просто не продадут билет.
Андрей прикусил губу. Он родился и вырос на Деметре. Больше всего на свете мальчик мечтал поскорее отправиться в свое первое космическое путешествие и испытать все те захватывающие приключения, о которых столько слышал от взрослых и без конца смотрел по голографовиденью.
— Значит, я останусь на Деметре один? — жалобно спросил Андрей, убедившись, что родители не собираются поддаваться на его уговоры.
— Почему один? С Баюном. Он сумеет о тебе позаботиться, — мама обняла старого робота. — А через несколько дней заезд в школьный лагерь. Отдохнешь там с ровесниками, посмотришь на динозавров! Только не подходи к ним близко!
— Береженого — Бог бережет. Все у нас будет в порядке! — Баюн похлопал себя по груди и отчетливо сказал: «ха-ха!» Робот всегда хлопал себя по груди и говорил «ха-ха», когда бывал доволен. А он был доволен. Ему доверили ответственное дело: заботу о ребенке в отсутствие родителей.
Мама взглянула на часы-брошку. Когда она куда-нибудь опаздывала, брошка мерцала красным. Но пока брошка была светлозеленой. Значит, время еще оставалось.
— Мы успеем вместе пообедать до вылета, — невесело улыбнулась она. — А то в космических кораблях кормят ужасно невкусно. Все эти питательные смеси в тюбиках и на прозрачных тарелках! А запах, как в аптеке. Фу!
— Пообедаем, но очень быстро, — заметил папа. — А то придется спешить, и мы обязательно что-нибудь забудем.
Мама заказала обед на четверых: на себя, на папу, на Андрея и на Баюна. Конечно, Баюн не нуждался в человеческой пище, но как старый член семьи всегда сидел за столом и любил, чтобы перед ним стоял прибор с едой.
На кухонном лифте уже поднимались подносы с едой. На них стояли настоящие старинные фарфоровые тарелки (их родители привезли с Земли).
— Посмотрим, что приготовила автоповариха, — мама придвинула к себе тарелку. — Сегодня я забыла заложить меню.
Но несмотря на ее забывчивость, обед был вполне приличным: овощной суп-пюре из деметрианской синей капусты и морских водорослей, салат из нямнямчиков (так назывались сочные местные плоды, отдаленно напоминающие по вкусу помидоры) и тефтели из моллюсков. Моллюски были из Первичного моря, и каждый из них весил несколько килограммов. Были тут и фрукты, и мороженое, и даже небольшой торт, украшенный ягодами клубники.
За столом Андрей попросил, чтобы его взяли на космодром:
— Я только хочу вас проводить! Что, нельзя даже проводить?
— Андрей, мы же договорились: на космодром детей не пускают, — через силу улыбнулась мама. У нее слезы наворачивались при мысли о предстоящей разлуке и о том, что бабушка, быть может, заболела, но она держалась молодцом.
Робот погрозил мальчику пальцем:
— Долгие проводы — лишние слезы.
— Баюн, перестань говорить глупости! — рассердился папа, хотя робот-нянька не сказал ничего особенного. Просто Баюн папе не нравился. Папа считал, что Андрей уже слишком взрослый, чтобы за ним присматривал дряхлый робот. Куда проще было бы отдать мальчика на все лето в туристический интернат при школе. Тогда с ним не было бы никаких проблем.
— Еще неизвестно, кто гооврит глупости, — обиженно проворчал робот. Баюн, воспитавший маму, бабушку, прабабушку и всех детей по маминой линии, недолюбливал папу. Он считал, что «его девочка», как он называл маму, заслуживала большего. Впрочем, то же самое он думал и про дедушку, и про прадедушку.
Мамины часы дали звуковой сигнал и сделались желтыми. Время поджимало. Пора было собираться в дорогу. Родители торопливо допили чай.
Папа включил систему и попытался еще раз связаться с Землей. Но сигнал упорно не проходил. То ли мешал приближающийся метеоритный поток, то ли возмутилось поле звезды G-135 и посылало в космос радиомагнитные помехи.
«Они улетают на Землю! — Андрей крошил ложечкой кусочек любимого торта. — А я должен ехать в школьный лагерь! Ну уж нет!»
У мальчика комок встал в горле. Он выскочил из-за стола и поднялся к себе в комнату.
Бедная автоповариха! Она так и не дождалась благодарности за вкусный обед. Такой уж сегодня выдался денек!
Знакомые вещи в комнате показались Андрею необыкновенно противными. Он изо всех сил пнул выкатившийся из-под кровати прозрачный мяч, и тот гулко ударился в шкаф. Автоматические дверцы услужливо раздвинулись, и оттуда вывалилась кое-как сложенная одежда. Поверх всего шлепнулся походный заплечный мешок. С этим рюкзаком Андрей ходил с классом в поход в Долину динозавров.
Ну и здорово же тогда было! На них едва не напала стая рвунов, хищников с толстой чешуйчатой кожей и с тройным рядом острых зубов. Рвуны охотились небольшими стаями и убивали все живое, что попадалось на пути. В тот раз рвуны прикончили неповоротливого громадного жевуна и трепали его тушу, почти обглоданную до костей. Ну и впечатляющая же это была картина. Похоже жевун не сдался без боя, успел-таки несколько раз хлестнуть своим сильным хвостом с острыми шипами, прежде чем ему перекусили горло. У одного рвуна зияла рваная рана на боку, другой поджимал лапу.
Ребята только что вышли из большого планетохода. Завидев их, хищники оставили обглоданного жевуна и бросились на новую добычу. Девочки пронзительно завизжали. Такое зрелище кого угодно могло привести в ужас.
Школьной экскурсии не поздоровилось бы, если бы не роботыпроводники. Они отогнали хищников ультразвуковыми импульсами и выставили специальный биологический щит.
В комнату вошел Баюн. Увидев у Андрея походный рюкзак, робот подозрительно покосился на него:
— Надеюсь, ты не забыл, что мы остаемся дома?
— Конечно, остаемся. Просто я очень хочу проводить маму и папу до космопорта, — и Андрей быстро застегнул рюкзак.
Почему-то ему не хотелось, чтобы робот-нянька заглядывал туда. А там лежал синтезатор пищи, скафандр с кислородными капсулами, аптечка, короче, обычный аварийный набор, без которого любое путешествие за пределы периметра было бы невозможно.