1.
Прорываясь сквозь песчаную бурю он брел по длинному ущелью без начала и без конца. Чуть пригнув голову он знал куда и зачем идет. Это была его миссия - идти. Его сверхзадача и смысл жизни. Ему было все равно дождь или снег, град или песчаная буря. Нужно было просто прорываться вперед, несмотря ни на что. Его следы исчезали почти сразу после того, как он поднимал ногу. Их заметал песок. А еще было время, когда их заливало водой. Или засыпало снегом. Ему было все равно, что осталось позади него. Вперед. Останавливаться нельзя. Вернее сказать остановиться-то можно, но в таком случае терялся смысл всего. Его просто замело бы, как многих других, по которым он сейчас шагает. Он шел и думал над тем, есть ли у этого ущелья конец. Или же те две стены, что простираются от горизонта за его спиной до горизонта впереди, и верх которых теряется где-то в облаках, просто-напросто бесконечны? Спросить было не у кого. Те, кто уходил вперед до него - не возвращались. Может вышли в цветущие прерии, а может остановились и их замело. Кто знает? А те, кто шел параллельно с ним - тоже ничего не знали. Его, как и всех, уже давно мучал этот вопрос. Что там впереди? Есть ли вообще выход из этого ущелья? А если есть, то сколько до него еще идти? И дойдет ли он?

Мимо пронесло шар перекати-поле. К шару прицепился кусочек ткани неопределенного цвета, будто подхваченый на ходу и уже излохмаченный о камни. Он посмотрел на удаляющееся странное создание. Шар ссохшейся травы, пытающийся одеться на бегу. Улыбнулся про себя, потому что подумал что этот кусочек ткани напоминает его самого. Когда-то, нечто неведомое для него вызвало его к движению. С тех пор много времен года сменилось, много шагов сделано, многих заметенных он встретил на своем пути. И так же как эта тряпочка он кое-где пообтерся, выцвел и помялся.

Он снова улыбнулся и подумал, а что будет, если чуть-чуть замедлиться? Не остановиться, нет, а просто чуть-чуть замедлиться. Ровно настолько, чтобы просто оглянуться и попытаться понять о чем шелестит песок. Мысль показалась ему интересной, и он слегка умерил свой шаг. Поднял голову навстречу воздуху, полному песка, прищурился и попытался разглядеть детали того, что его окружало. Но перекати-поле уже пропало из поля зрения и кроме песчаных волн под ногами и песка в воздухе ничего вокруг не было. Песок был везде. И, если напрячь слух, то можно было услышать как звенять друг о друга песчинки. Динь...динь..

Он помотал головой, как бы стряхивая с себя наваждение, опять чуть пригнул голову и пошел сквозь ветер и песок вперед. К выходу, который наверняка был впереди. Не могло его там не быть.

И только песчинки-секунды, тихо звеня друг о друга, оставляли позади него узоры-историю. Текло мимо него время-песок, заметая прошлым его следы. И пока он не остановится - песок будет звенеть, узоры складываться, а ущелье - продолжаться...

2.Чем больше живу, тем больше убеждаюсь в том, что максимальная выработка эндорфинов происходит не в экстремальные моменты и конечно не в моменты принятия разных препаратов растительного либо синтетического происхождения.

Наибольший кайф доставляет созданое тобой. Неважно что. Скульптура или ребенок, рассказ или выигрыш, вино или фундамент бани. Важно чтобы ты задумал нечто и материализовал это. Сам.

Сначала кайфуешь от того, что оно получилось. Потом кайфуешь от того, что перед тобой открываются новые возможности. А позже понимаешь что это останется после тебя.



честно спизжено у olduser-а ( http://olduser.livejournal.com/ )