А пусть и здесь будет Это то, о чем я тебе рассказывала...

Полоской яркой солнца залив расколот,
И соль блестит на кружеве веток туи,
А в белых скалах внизу притаился город,
Где горлинки как у нас по утрам воркуют.

Где свеж и зелен ствол старой засохшей ивы,
И розы так же красны, словно кровь из вены.
И дом наш полон. Там прадед и брат мой живы
И наша бабушка.. Тоже жива, наверно?

Качели небо расчертят стальной дугою --
Как будто счастье черпнула большою ложкой.
И до меня, до крымской -- подать рукою.
До той, что любит ветер и босоножки...

На узкой тропке у пыльно-седых останцев,
Я обернусь, предчувствуя пробужденье
И я в тоске спрошу, могу ли остаться,
А брат слегка улыбнется: "Еще не время.."

Соборных статуй его глаза
Прозрачны или слепы
На всех иконах и образАх
В руках он хранит цветы..

Он страж суровый безмолвных стен
Во многих монастырях,
Но он бывает еще и тем,
Каким его вижу я.

Он с ликами будет немного схож
Лишь синим одежд шитьем, -
Порою гладкий сжимает нож,
Порою несет копье, -

Не раз крылатый луны двойник
Касался остывших щек -
Но он лишь спутник и проводник
Из этого мира в тот...

И если, вестью, что час пришел
Звезда упадет, дрожа,
Мой ангел с искрами марцишор
Сойдет ко мне с витража,

А я навстречу ему шагну,
Готовясь идти вослед,
Но он лишь пальцем коснется губ,
Наш общий сокрыв секрет...

Вместе и далеки -
Белое и багрянец,
Скрещивая клинки
Мы начинаем танец...
Сердце одно - молчит,
Бьется другое птицей -
Тысяча сто причин,
Чтоб возводить границы.
Двигаясь в унисон,
Ставим за вехой-веху,
Пряча свое лицо
Под полумаской смеха.
Тысячу сто мостов
Преодолев - лишь взглядом,
Мы застываем вновь
На расстояньи шага...

В колонках играет - Машина времени "Он играет..."
Настроение сейчас - февраль

Вечерами, зеркалами,
Каждый раз, когда стемнеет,
По пятам за мной шагает
Человек в плаще и с флейтой.
Звуки резче, ярче краски
За его фигурой зыбкой...
На глазах его повязка,
На губах его - улыбка.
Хоть легка его походка,
Каждый шаг звучит как выстрел...
Он нанизывает ловко
Медных пятаков монисто,
Быстро пальцами монетки
Он, смеясь, перебирает,
А смеется очень редко -
Если кто-то умирает...

Если я, как прежде, ребенок, -
То играю в странные игры -
Просто - волосы белым леном,
Оттого седины не видно.

Резко правила переделав, -
Наши прятки, горелки, салки,-
Мы не классы рисуем мелом -
Чьи-то контуры на асфальте.

Тяжелей стал ствол револьвера -
Тот, что раньше был из пластмассы,
И ожили, по детской вере, -
И солдатики и паяцы.

И под пледом, в комочек тесный
Сжавшись, мне не уйти от мысли,
Что во взрослой игре нечестной,
Мы порою теряем близких...