Часть I
Елизавета Батори, Эржебет Батори, 7 августа 1560, Ньирбатор, Венгрия — 21 августа 1614, Чахтице, Словакия), называемая также Чахтицкая пани или Кровавая Графиня, венгерская графиня, племянница Стефана Батория, печально знаменитая массовыми убийствами молодых девушек. Является, согласно «Книге рекордов Гиннесса», самым «массовым» серийным убийцей.



В старину, когда Словакия принадлежала Венгрии, замок Чахтице носил мадьярское название Чейт и принадлежал древнему роду Батори. Никто не был храбрее Батори в битвах с врагами, никто не мог сравниться с ними в жестокости и своенравии. В XVI веке, после битвы при Мохаче, отдавшей Венгрию в руки турок, Батори разделились на две ветви — Эчед и Шомльо. Первая укрылась в горной Словакии, вторая завладела Трансильванией, по легендам, сумрачной страной вампиров и волков-оборотней, где солнце едва пробивалось сквозь кроны бескрайних лесов. В этих местах до сих пор верили в фей и духов, поклонялись Солнцу, Луне и священным деревьям. В 1576 году Стефан Батори из ветви Шомльо стал королем Польши. Он со своей армией спас Вену от турок, заслужив признательность австрийских Габсбургов, которые к тому времени объявили себя королями Венгрии. Задолго до этого сестра Стефана Анна вышла замуж за Дьёрдя Батори из ветви Эчед. Представители семьи и раньше вступали в родственные браки, которые быстро вели их к вырождению. Батори страдали эпилепсией (именно она привела к ранней смерти короля Стефана), сумасшествием, безудержным пьянством. В сырых стенах замков их донимали подагра и ревматизм. Ими болела и рожденная в 1560 году Эржебет (Елизавета) Батори, дочь Дьёрдя и Анны. Быть может, этим и объяснялись приступы дикой ярости, которые охватывали ее с детства. Но, скорее всего, дело здесь в семейных генах Батори и жестокости того времени в целом. На равнинах Венгрии и в Карпатских горах без устали резали друг друга турки, венгры и австрийцы. Пойманных полководцев врага живьем варили в котлах или сажали на кол. Дядю Эржебет, Андраша Батори, зарубили топором на горном перевале. Ее тетку Клару изнасиловал турецкий отряд, после чего бедняжке перерезали горло. Впрочем, она сама до того лишила жизни двух мужей.


Судьба знатных девушек в этом суровом мире была определена раз и навсегда: раннее замужество, дети, хозяйство. То же ждало и Эржебет, которую еще в детстве обручили с графским сыном Ференцем Надашди. Ее отец рано умер, мать уехала жить в другой замок, и не по годам развитая девочка была предоставлена самой себе. Ничего хорошего из этого не вышло. В 14 лет Эржебет родила сына от лакея. Виновный исчез бесследно, как и ребенок, а ее поспешили выдать замуж. Супруги поселились в Чейте — одном из 17 замков семейства Батори. Приданое было таким богатым, что Ференц не стал поднимать вопрос о невинности новобрачной. Впрочем, его это не слишком интересовало: вскоре после свадьбы он ушел в поход на турок и с тех пор появлялся дома нечасто. И тем не менее Эржебет родила дочерей Анну, Оршолю (Урсулу), Катарину и сына Пала. По обычаю тех лет, детьми сначала занимались кормилицы и служанки, а после их отправили на воспитание в другие знатные семьи.

Оставшись одна, Эржебет отчаянно скучала. Она мечтала вырваться из горной глухомани и отправиться на бал в Вену или Пресбург, где все бы увидели ее красоту. Она была высокой, стройной, удивительно белокожей. Светлыми были и ее густые кудри, которые она отбеливала настоем шафрана. Помимо этого, она каждое утро умывалась холодной водой и любила конные прогулки. Не раз чейтскую госпожу встречали ночью бешено скачущей по округе на ее черном как смоль коне Винаре. Еще рассказывали, что она сама наказывает служанок — щиплет их или таскает за волосы, причем при виде крови становится просто одержимой. Во время одного из визитов Ференц обнаружил в саду обнаженную девушку, привязанную к дереву и облепленную мухами и муравьями. На его удивленный вопрос Эржебет беспечно ответила: «Она таскала груши. Я обмазала ее медом, чтобы хорошенько проучить».

В ту пору графиня еще никого не убивала. Хотя безгрешной не была: в отсутствие мужа завела любовника, соседского помещика Ладислава Бенде. Однажды они вдвоем мчались на конях по дороге и обдали грязью какую-то безобразную старуху. «Спеши, спеши, красавица! — крикнула та вслед. — Скоро ты станешь такой же, как я!» Дома Эржебет долго всматривалась в венецианское зеркало. Неужели ведьма сказала правду? Да, ей уже за сорок, но ее формы так же безупречны, а кожа упруга. Хотя… вон предательская морщинка в углу рта. Еще немного, и подкрадется старость и никто уже не восхитится ее красотой. С испорченным настроением хозяйка Чейта пошла спать...

В начале 1604 года умер ее муж, подхвативший лихорадку в одном из походов. Соседи жалели вдову, и никто не знал, что ждет ее подданных в тихом городке у подножия замка.