Мой сладкий,совсем не стрёмный,
Пока я в тебе роюсь пальцами
И клянусь в эфемерности сущего,
ты вконец прекращаешь маяться.
Я,гладя твою впалуюгрудь
И грешный язык загалывая,
Признаю,в этом пире во время чумы
Всё же была виновата я.