Утро. Это уже приговор.
Трясущимися руками разворачивать листок бумаги, свернутый треугольником. Военно-полевая почта. Письмо с одного края фронта на другой.
Невыносимые эти листочки, неправильного формата, в невозможную клетку. Почерк этот. Почти печатная буква "т" с расстоянием между горизонтальной и вертикальной палочками.
И ведь почти ничего не изменилось. Слова почти те же. Они складываются в почти те же фразы. Это все уже было, это чертово дежа вю, день сурка, мазохизм чистой воды - снова и снова переживать одно и то же, снова и снова перечитывать. Если так вглядываться в эти слова, они прожигают сетчатку и остаются ожогом внутри. Пахнет паленым.
Три сигареты подряд, шесть матерных слов и одно такое привычное. Непроходящая боль вперемешку с удовольствием.
Ты прав, мне тоже нелегко.
Только в отличие от тебя я никогда не старалась запрятать все это поглубже, научиться уживаться. Никогда не верила, что все прошло. Не умею так.
Почти ничего не изменилось, да. Чуть больше смысла в словах, чуть больше сводит с ума все это, чуть меньше нервов осталось.
Эмоции каскадом падают, наслаиваются, заполняют до отказа.
Утро. Приговор приведен в исполнение.
Трясущимися руками разрывать на мелкие кусочки листок бумаги с подписью в конце. Вести с поля боя. Три слова, жирная точка. И между строк - слишком много всего.
Ну а что теперь? Иначе - было бы слишком просто, правда?