Рассказ-биография
Холодный печальный вечер. На улице морозный воздух снова очищает мне легкие. Я вышел из подъезда. Под ногою захрустел лежавший снег. Я поправил куртку, поднял руку. На часах отразилось время. Половина третьего. Надо спешить, нет, уже опаздывая надо позвонить. Я вышел на улицу. Никого. Ни одной машины, тишина. Где же телефон. Я, бросив взгляд направо и налево так и не найдя телефонного автомата, увидел телефон на другой стороне. Надо идти. Меня пробила дрожь. К чему бы это? Я подошел к краю дороги. Всё так же тихо. Поднял ногу и опустил на дорогу. Под ней треснул лед, и нога по колено провалилась в лужу. И зачем улицы посыпают этой солью. Вот я теперь мокрый… и грязный к тому же. Ладно, надо идти. Вытащив ногу из лужи, я сделал шаг и остановился посреди дороги на трамвайных путях. Отряхнул штанину от капель, с кроссовок скинул оставшиеся кусочки льда. Раздался скрип. Невдалеке заурчал мотор. Звук приближался. Черт надо уходить с дороги. Я попытался сойти с дороги. Не смог. Нога не хотела отрываться от железных путей, примерзла. Я увидел свет фар, носящийся в разные стороны. Нет, почему… он, пьяный водитель не смог вырулить. Я упал, после того как железный капот сломал мне пять ребер и отбил все внутренности. Упав, я пробил себе череп. Мир затухал перед моими глазами. Мимо пронеслась машина и влетела в стоящий у дороги столб. Мир исчез…
Свет… вдалеке лишь слабая точка яркого света… он ближе. Ещё, меня к нему уже кто-то тащит. Боже сколько света… ярко глаза болят от света. Демоны, все в белом, окружили меня. Они все улыбались, что-то при этом говорив мне на непонятном языке. Здесь были и женские особи, так же одеты в белое. Меня держали на вытянутых руках, я кричал изо всей силы, пугаясь неизвестных мне демонов. Через минуту глаза постепенно привыкли к яркому свету, живот разрезало болью, затем человек… именно человек в белом начал зашивать его. Что они делают? Где я? Я снова закричал. Меня подняли и положили к мягкому теплому телу. Я увидел глаза, такие ласковые и нежные. Глаза матери любили меня…
Бог дал мне второй шанс, я родился заново, там же, где и раньше, и моя мать была точно такая же, но намного моложе, чем я её запомнил. Старая память постепенно стиралась, но особенно яркие моменты она часто повторяла мне. Через пол года я начал понимать этих людей говорящих на непонятном языке. Я повторял слова, которые мне говорили. Меня впервые повели в ясли. Я увидел этот мир детства и начал вспоминать его, лица, места, но всё детство… я совсем забыл, каким я был в глубоком детстве и начал совершать те же проступки. Я так же озорничал и доносил кучу неприятностей моим воспитателям. Мои глаза все так же плохо видели, ослепленные ещё при родах. Мой язык не мог выговорить буквы р. В полтора года я снова получил шрам во всю правую щеку, врезавшись так же в железную дверь. Больно, но терпимо. В три года я надел очки, они в прямом смысле изменили взгляд на жизнь.
Очень тяжело было пережить второй раз потерю отца. Очень…я целую неделю каждую ночь плакал и мне виделся один и тот же сон – его душа улетает и нашего дома….
Жизнь текла дальше. Начался период, когда каждое лето рвал ноги в кровь.
Мне 8. этот год обещал быть нечто… я не смог избежать сотрясения мозга и опять потерял пол своей памяти. Неделю провалявшись в больнице, я вернулся обратно. 29 ноября я должен был сломать ногу, когда уйду гулять. Весь день сидел дома. Нечего не случилось. Через трое суток идя по улице,  поскользнулся и упал, сломав ногу. Перелом был другим и даже легче, в нем не было смещения. Месяц провел в гипсе, ещё один учился ходить. Лето это должно было быть страшное лето. Но не  стало  и следа той ненависти, когда я начал первым унижать одного парня. Он выше и сильней, но скорости у него никакой не было, я вывихнул ему руку. Как, однако, все меняется, если ты не боишься драться, хоть и сильнее тебя некоторые. Он пытался после меня как-нибудь унизить, но не получалось. У меня всегда был язык подвешен куда надо. Жизнь изменилась. О боже как она изменилась. В прошлой жизни я ненавидел поездки в лагерь, я даже боялся их. Но сейчас… сейчас не то, я их обожаю. К 13 годам жизнь вернулась в прежнее русло, в прошлой жизни именно в этот момент я добился нужного уважения. Началась тоска по противоположному полу. Зная остатками памяти, что ждать, оставалось не долго, я терпеливо ждал. Прогуливал школу именно в тот момент, когда надо было, учеба давалась необычайно легко, оценки были выше, чем раньше, но русский все так же хромал. Я дождался нужного. Вот она моя первая любовь. Нет, ещё не любовь, а только влюбленность.  Но все же. Я начал снова писать стихи. Получались они лучше, чем раньше. Любовь вечна, а влюбленность ухолит в забытье. Я расстался с ней. Я ждал тех моментов жизни, которые хотел, избегал ненужных, иногда получалось. Вот мне шестнадцать… я её ужасно люблю, но не знаю, что делать. Я знаю, что расстанусь с ней через 57 дней после того, как начну встречаться. Нет, всё-таки я не могу, я любил её даже в тот момент, когда умирал. На этот раз я начал раньше, и держался до последнего. Дождался, она сама меня бросила. Правду я говорил себе, что у нас с ней не одна судьба.
Наконец настал тот день. Я вышел из подъезда. Под ногою захрустел лежавший снег. Я поправил куртку, поднял руку. На часах отразилось время. Половина третьего. Надо спешить, нет, уже опаздывая надо позвонить. Я вышел на улицу. Никого. Ни одной машины, тишина. Где же телефон. Я, бросив взгляд направо и налево так и не найдя телефонного автомата, увидел телефон на другой стороне. Надо идти. Меня пробила дрожь. К чему бы это? Я подошел к краю дороги. Всё так же тихо. Поднял ногу и опустил на дорогу. Под ней треснул лед, и нога по колено провалилась в лужу. И зачем улицы посыпают этой солью. Вот я теперь мокрый… и грязный к тому же. Ладно, надо идти. Вытащив ногу из лужи, я сделал шаг и остановился. Постоял секунд пять. Раздался скрип. Невдалеке заурчал мотор. Звук приближался. Черт надо уходить с дороги. Я перешагнул через трамвайнее пути и развернулся. Машина проскочила тот момент, где я умер, и влетела в столб освещения. Я подошел к телефону, набрал 03, вызвал врачей, затем 02, машина заполыхала, пришлось ещё 01 набирать. Я пошел дальше по улице… впереди ещё целая жизнь…