Стоят идеальные летние дни. Особенно такими были воскресенье и понедельник. Чистейшее синее небо, словно акварелью написанное, чистейшие, блестящие после дождя листья (были, сейчас уже запылились) и блестящая трава и число-белые облака, какие бывают обычно только на детских рисунках этого самого лета. Облака огромные, объёмные, рельефные, при желании в них можно увидеть целые картины и при этом практически идеально белые. Раскалённый до бела асвальт в полдень и раскалённые камни на Машуке.
«К стенам, где кладку седых камней, плавит тепло лучей...»
Почему-то на Машуке вспоминаются песни Лоры. Машук (и не только – сам город в более старой своей части) и её песни ассоциируются друг с другом.
«Желтых стен раскаленная гладь,
Катакомб каменистая пасть.
Я пришел сюда, чтобы пропасть,
Hе ищи меня - это напрасно.
Город в мареве летних сиест,
Тишина на три мили окрест...»