Станции Электрозаводская Арбатско-Покровской линии метро.
Я люблю тебя, станция. Я ни разу на тебе не выходила, но я люблю тебя. Я привязалась к тебе. Ты была неизбежной точкой на моём пути. Раньше.. раньше ты была всего лишь точкой, которую просто надо было преодолеть на пути. Я даже не обращала на тебя особого внимания. Просто надо было покрепче упереть ноги в пол, когда поезд снова тронется. Я ведь люблю оставаться на одном месте, когда еду. Люблю «врастать» в пол.
Я скучаю по тебе, станция. Когда тебя не стало, мой путь стал неполон. Мой путь лишился мелкого, но очень важного составляющего. Точки на пути, узла на нити судьбы.
Ты стала для меня живым существом. Местом покинутом, но от того ещё более живым. Я знаю, ты хочешь вернуться. Мне приятно слышать, как поезд, проезжая мимо, издаёт жалобный гудок. Ты и ему стала дороже. Я так хочу, чтобы ты знала, что есть существо, которое, проезжая мимо тебя каждый раз, стремится остановиться и каждый раз говорит: «Я люблю тебя, станция.» Это стало негласным ритуалом на моём пути, я пытаюсь хоть как-то смягчить потерю. Я люблю тебя, пустую, пыльную, люблю твоё название, хоть и человек, который дал его тебе, наверняка не вкладывал в это большого смысла.
Я люблю тебя, станция. Возвращайся скорей.
Провода в туннеле
Вам никогда не казалось, что повода живые? Нет? Но почему?
Я , возможно, придумала эту сказку для себя в детстве, чтобы мне было интересней жить. Но я до сих пор не могу избавиться от ощущения, что провода живые. Ведь они движутся подобно диковинным змеям, пытаясь обогнать поезд. Они с радостью вступают в эту схватку на скорость, но всё никак не могут обогнать. Такая уж у них природа, догонять, но не обгонять. Мне нравится смотреть на их гладкие тела, стремительно переплетающиеся между собой. Кто сказал, что смотреть в окно в вагоне не интересно? Где аргументы? Да, там нет ни деревьев, ни зданий, ни машин. Но ведь там есть повода. Такое завораживающее и останавливающее время зрелище.
Я люблю смотреть на них. А вы?
Старые и новые поезда.
Я ненавижу поезда новых моделей. Они наглые, они кичатся своей новизной и обтекающей формой, серебристым цветом вагонов. А на деле? Пол в них сделан так, что через полгода уже стал грязным и уродливым. Сидения у них ужасно жёсткие и легко отламываются. Мне в них очень не комфортно. В них нет души. В вряд ли когда-нибудь появится. Они напоминают мне людей-модников, для которых внешний вид дороже всего на свете. Я люблю старые поезда. Которые десятилетиями покорно ездят по туннелям и предоставляют пассажиру мягкие сидения, старые, но приятные стены, мягкий свет иногда мигающих ламп. Особенно я ценю поезда, с большими мягкими сидениями на пружинах. Люди в вагоне попадаются самые разные, но эти сидения заставляют абсолютно всех одинаково качаться в такт движению поезда. Когда такие поезда исчезнут, что-то во мне умрёт.
Заоконный мир
За окном вагона скрываются не только провода. Каждому хоть раз довелось наблюдать в окне своё отражение. Порой оно такое же, как и в зеркале, а порой это зеркало становится кривым. Мне нравится допускать возможность параллельного мира, а может даже и двух. Вот представте себе, что где-то существует ещё один мир, где мы с вами тоже есть. Тоже ездим в метро и тоже смотрим на своё отражение. Возможно, это единственное, чем тот мир похож на наш. У нас может быть там другая судьба, а может и похожая на нашу. Но мы никогда не встретимся со своими двойниками из другого мира, потому между нами всегда останется тонкий барьер стекла…
