Москва, бывшая когда-то среди других мировых центров серым молохом, превратилась в восточный Нью-Йорк. Змеящиеся очереди перед магазинами, печальные фасады, не знающие рекламы — это мои впечатления от Москвы 19-летней давности.

Пробки после полуночи, рекламные щиты, играющие огнями, словно на Рождество, — такой метрополия поражает воображение сегодня. Имперский город, как гордо называет себя Москва.

Москва — один из самых дорогих городов мира. Ведь здесь вместо рыночной экономики правят монополии, семейственность и тотальная коррупция. Взятки чиновникам закладываются в калькуляцию любого товара. Некоторые эксперты, брюзжа, говорят, что богатство — это выигрыш в лотерее, что он следствие высоких цен на нефть.

VIP-персоны перемещаются на обед в ресторан Blue Elephant. В сторонке стоит молодой человек с вьющимися волосами. «Это Константин Крюков, кинозвезда из фильма «9-я рота» про афганскую войну», — просвещают меня. Мой вопрос, чем его притягивает Москва, погружает Крюкова в задумчивость. «Контрасты и темп. Ты всегда на бегу, на пределе. Недавно я просыпаюсь, спешно одеваюсь, проезжаю несколько улиц и вдруг понимаю, что сегодня мне никуда не надо. Это Москва. Она живет, как в ускоренной съемке», — говорит Крюков. Иногда ему кажется, что окружающие сошли с ума: «Недавно я был на Арбате. В дорогом ресторане. Богатые гости искренне возмутились, когда рядом с ними уселся бомж. Они, не стесняясь, демонстрировали ему свое отвращение. Я стал разглядывать бомжа. Он читал книгу. Толстого. Его сумки были полны книг. И тут я понял: он единственный, кто остался человеком. Мы — идиоты».

В столице правит показушность. Все стремятся войти в касту исключительных. Элитными стали автостоянки, бани и веники в этих банях. Даже проститутки, вчера приехавшие из провинции, гордо пишут на визитках «элитный секс». Это как?! Несколько моих знакомых предпочитают облачаться исключительно в творения Дольче и Габбана, при этом обитая в убогих съемных «хрущобах». Уговоры носить что-то попроще, а на сэкономленное купить квартиру, натыкаются на стену непонимания.

Примета времени? Отнюдь. Страсть к купечеству у нас, похоже, в крови. Появились в кармане 100 долларов? Значит, потратить их надо так, чтобы долго помнить. Увы, мы, как метко выразился господин Блок, «азиаты, с раскосыми и жадными глазами». Может, взглянув в такое «зеркало», мы сделаем хоть какие-то выводы?