Наташа смотрела в учебник засыпающими глазами. В комнате кроме нее и тикающих часов никого не было. Но часы беспристрастно отсчитывали секунды и совсем не интересовались окружающим миром. Наташе ничего не оставалось интереснее, чем изучать «Стратегию устойчивого развития», в которой сухим языком описывали «процесс такого развития общества и природы, которое должно...». Тут Наташа представила себе сухенького профессора в конце рабочего дня. Он с неохотой и спешкой дописывает свою работу, дома его ждет вкусный ужин... и этой последней работой как раз является глава в учебник по географии.

«Стратегия устойчивого развития – это процесс такого развития общества и природы, которое... Интересно, что сейчас происходит на другой стороне планеты? Наверное, там сейчас весело... По крайней мере, интереснее, чем здесь. Взрослые спешат по делам, дети бегают по лужам (интересно, могут ли быть лужи зимой?), подростки влюбляются... – Думала Наташа. – Э-э-эх! Стратегия устойчивого развития – это процесс такого развития... Их отношения всегда развиваются... Вот только конец у этого процесса разный: кто-то расстается, кто-то нет. А у меня... а у меня процесса что-то нет... Да и не очень то хотелось. Последний раз, когда это было... Это было больно. Зачем все это надо? Можно же с головой окунуться в любимое дело, а потом, когда  уже стану более спокойной, подросту, можно и влюбляться, можно искренне дружить, можно верить... Эх! Стратегия успешного развития – это процесс... Хотя иногда так хочется кому-нибудь высказаться, поделиться не только своим мнением, но и своим ощущениями от этого мира и всего происходящего в нем, так хочется услышать и почувствовать поддержку. Но все это слишком больно... лучше... Стратегия успешного... А у меня так давно не было друзей... – Наташа посмотрела в окно. На помятом льду чернели маленькими точками рыбаки. Внизу проносились потоки машин. Все гудело, шумело, смеялось. - Да и не очень то хотелось! – Наташа обиженно посмотрела на часы. Но стрелки не подползли еще и к пяти. До вечера еще так далеко. Еще надо чем-то занять свою голову.

Белые буквы белыми пятнами ложатся на эту черную бумагу и оставляют следы на памяти. Горькие слезы прошедших встреч.

Так незаметно и тихо... даже не нарушив шепота угрюмых часов, в комнату проник холод. Наташа смотрела в учебник, но уже не могла понять о каком процессе развития идет речь. Она просто переживала все что было раньше. Его взгляд, его прикосновение.

Такие теплые секунды, такие быстрые расстояния. Как коротка бесконечность, когда дождь неспешен.

И шепчет холод часам на стрелки. У часов нет сердца. Как им понять время? Как им постичь важность прошлого и увидеть спасенье в будущем? Наташа хотела быть ими, не верить в то, что было, не ворошить того, что будет. Просто жить настоящей секундой. Просто быть часами со стрелкой, которая другим подрезает жизнь. А холод ей дышит на ухо. Шепчет в сердце короткие строки о тех, кого никогда не забудет ни он, ни она, ни время. Она чувствует холод. И хочет бежать отсюда. И хочет крыльями выбить стены и в небо вонзиться руками. Но холод морозит душу. Он поднимает со дна память. И тех, кого никогда не забудет ни он, ни она, ни время. И вот они здесь перед нею. Ходят вокруг и глазами отдирают куски от застывшего сердца. Так больно увидеть тех, кто был кусочками сердца, но сгинул, оставив в памяти время. Холодная память от теплых минут.

Но вдруг перестало время считаться с часами со стрелкой. И просто исчезло куда-то. Остались лишь мысли с Наташей. Ушли и часы со стрелкой и холод. Остались они. Две девушки, два существа, два друга и два жестоких врага... Она и пустота. Ни пространства, ни времени. Ни здесь, ни сейчас. Ни с кем-то и не одна. Лишь она и пустота. Пустота разливалась во все четыре измерения. Она заглянула вглубь сердца, проросла вверх до разума, расползлась по ширине ощущений и прочно уселась на шею времени. Пустота сама стала пространством, заполнила каждую щелку, смотрела в глаза Наташе, шептала ей на ухо мысли, кричала в лицо факты. Наташа чувствовала пустоту, будто ее можно было потрогать, будто ей можно было сделать больно. Наташа задыхалась в этом пространстве. А все потому, что не хотела быть с кем-то. Хотела, чтобы кто-то был с ней. Хотела, чтобы ее понимали, любили, желали. Но боялась сама чувствовать. И вот настало то время, где нет ничего, где нет никого. Никого, кого можно любить, кому можно стать другом, с кем можно поговорить, нет того, с кем можно просто быть рядом, просто жить в одном пространстве, существовать единым временем. И если теперь нет никого, то что же осталось? Пустота уползла, нет холода, даже часы со стрелками не хотят появляться, даже мысли не лезут в голову, даже учебник со скучной стратегией затерялся где-то во времени. Это оказалось так просто – лежать и не думать. Настало время, где нет ничего. И не поймешь, что делать: то ли плакать, то ли кричать от радости, то ли жизни радоваться, то ли смерти податься. Ведь, наконец, пришло время, где ничего нет. НЕТ больше проблем. НЕТ больше боли. НЕТ  настоящего. НЕТ будущего. Самое приятное – НЕТ прошлого. Здесь никогда не возникнет чувства, что ты кому-то чего-то должен, что кто-то жестокий тебя обидел, что надо быть кем-то, кем хотят тебя видеть. Здесь никогда не возникнет чувство. Здесь никогда не будет проблем, во времени, где НИКОГО нет. Так приятно сознавать, что ты один во всем пространстве. Ты повелитель всего. Ты можешь что-то обидеть, ты можешь  что-то проклясть. И если только ты захочешь, ты сможешь что-то полюбить, что-то предать, что-то обмануть. Вот только это время, где нет ничего.

Наташа поняла, что это время существует. Существует такое пространство, где нет проблем, где нет никого, где ТЫ исполняешь свои желанья. Вот только там нет никого. Там нет любви и надежды, нет веры, нет дружбы, нет стремлений. Захочешь ты попасть туда? Наташе было так больно. Она живет в этом мире теперь. Там нет никаких стратегий, уроков, училок, компаний, денег, игр в с жизнью и смертью. Захочешь ли ты попасть туда? Я подскажу тебе дорогу. Она проста: надо лишь умереть.

[....\/....]