В колонках играет - 88 ЮАНЬ - вальс-боссанова

Пока моё хлюпанье чашечки горячего кофе без молока не заглушило беседу двух матерящихся мужичков за окном, я погружался в вещий сон:
Нацарапанные пиктограммы на, блестящем от пыли, пещерном осколке давали ясное представление о времени происходящейй сцены маленького момента.
Впервые не хотелось как-либо отличаться от здешних обычий и традиций.
Круговорот бессмысленных сюреальных отрывков памяти смешивался с густым страхом, напоминавшим безнадёжные глаза сурового Императора.
Жёлтый облик могучих жеребцов от позолоченного солнца на фоне пустынных караванов, которые так и не повернулись и послдений не стал первым.
На карте была вырезана лишь одна сторона света.
Зыбучие пески поглащали меня к себе, голень давило, но эту боль заглаживало ощущение удачи, благодаря которой я сократился на полноги и меня не заметло общество арабских купцов.
горящее солнце било по глаза и обжигало тело, вдавливая противный потом, который быстренько залил тягучий песок.
мне показалось что я начал плавится, как по спине пробежался холодный потом, заставивший мою спину выпрямляться. Издался громкий хруст спины, кричащий до самых глухих арабских путешественниках. Мою спину разрывало насыщенное кокосовым соком живое существо. Высоченная пальма выстрельнула из меня, ударившись об холодный месяц на звёздном небе. Меня начало тянуть вниз, плавленными движениями я сполз на землю ещё больше залитой моими выделениями и кокосовым соком. Меня топило вниз. Вода попадала в рот, чуть-чуть отпив, мне почувствовалось что выпиваю сам себя и сам же изливаюсь собой. Бестолковый круговорот.
Когда мои глаза щекотал уровень воды, я заметил на горизонте араву медленных арабов на усталых двухгорбых лошадках. Не знаю, увидели они меня захлибнувшимся в собственном оазисе или нет. Возможно это был лишь мираж.
Я очнулся от своего хлюпанья горячего кофе без молока, заглушившее беседу двух матерящихся мужичков за окном.