Мокрая, после дождя, мостовая.
Вода, блестящая на листьях, в солнечных лучах.
Малоэтажки престижного квартала. Гордо стоят, как на выставке красивой разнообразной архитектуры.
Легкий ветер, как рука ласкового любовника, теребит волосы.
Воздух сладкий, свежий, бодрящий.
Поступь легкая, с небольшим подъемом.
На детских площадках бегают беззаботные дети;и кажется, будто дождь лил не один час, а с самого их рождения. Солнечные лучи лижут их лица, как верный пес любимого хозяина.
Вот и он, гранитный берег.
Все меняется, когда смотришь вдаль. Пара островов виднеются вдали, как ворота в иной, морской мир, где иногда находят смысл жизни, а иногда теряют путеводную звезду и пропадают в пучине. Чайки кидаются вниз, как стрелы, и, подобно людям, ставящим на карту все, взмывают в небо с добычей, либо улетают ни с чем; единственное различие между неудачами у чаек и людей в том, что чайки поставят на кон все снова, а люди больше не смогут взлететь никогда.
Вот и я сижу неподвижно в один миг, а в другой резко раскину руки, закрою глаза и улыбнусь этому непостоянному городу в столь чужой, но все же дорогой моему сердце стране.