Иногда сравниваю, жизнь наших мам и прихожу вот к какому выводу. Так сложилось, что мы проживаем лучше (в общечеловеческом представлении) годы жизни в совершенно иных условиях, чем те, что достались нашим мамам. Мы можем ездить по всему миру и наряжаться, как душе угодно, наши мамы бывали, счастливы, съездить раз в жизни в Крым, вообще на юг и прикупив "с рук" поношенное румынское платье. Мы вольны, выбирать себе любую, пусть даже самую необычную, работу. Наши мамы, зачастую удерживались от фантазий в поисках стабильного заработка и хорошего места. Мы можем родить хоть семерых детей, а можем не рожать всю жизнь до самой старости - потом ученые наверняка придумают, как нам помочь. Наши мамы рожали нас как можно раньше, что бы не прослыть "пожилыми первородящими", но останавливались на нашем младшем брате, чтобы не прослыть "распутными". Да и воспитывать этих самых семерых было не на что. Мы с удовольствием занимаемся сексом и твердо знаем, что у нас есть право на оргазм и право получать его. Наши мамы часто делали вид, что никакого оргазма не существует в природе, а у них, в свою очередь, не существует потребности его испытывать. Советское пуританство было худшим из всех, и фригидность среди наших мам обычное явление. Мы читаем любые книги и лучшие журналы, для нас открыт Интернет, мы носим с собой мобильный телефон и путишествеум с DVD-плеером, наши мамы записывались в библиотеке в очередь, чтобы прочитать Агату Кристи. Мы выходим замуж тогда, когда мы этого хотим, они же выходили замуж, что бы избежать сплетен и не заработать репутации старых дев. Мы в 30 спокойно выглядим на 20, а в сорок будем просто красавицами. Сорок лет для наших мам - это было официальным началом старости.
Список различий может быть бесконечным, и редко какая мама не захотела бы поменяться местами с дочерью. Мы в силу возраста и вполне понятного эгоизма, свойственного любому человеку, никогда не поймем чувств наших мам, запертых в своем нынешнем состоянии, как в тюрьме. Годы прошли некоторые желания угасли, но многие остались - просто потому, что они остаются навсегда.