Срок как вершина карьеры

Империя мультимиллионера Мухтара Аблязова развалилась. Среди жертв его войны с властями Казахстана — несколько российских менеджеров

Михаил Козырев  | 02 июля 2010 18:22

Александр Волков — Мухтар Аблязов — Гендиректор в 29 лет — Российские последствия казахского кризиса — Арест и обвинения — Сидеть и ждать — Жена подследственного — Добро пожаловать на родину

Каждые две недели к воротам серого бетонного здания столичного Следственного изолятора №6 подъезжает новенький BMW, из которого выходит молодая женщина. Миновав несколько постов охраны СИЗО, она оказывается в комнате свиданий и берет телефонную трубку. За стеклом такую же трубку берет ее муж. У них есть 20 минут на разговор.

Год назад девять из десяти российских семей могли бы только позавидовать Татьяне и Александру Волковым: работа в крупном девелоперском бизнесе, опцион, суливший в скором будущем многомиллионное состояние, отдых на Мальдивах, роскошная квартира, земли в Подмосковье... Несколько месяцев назад этой жизни пришел конец: 18 марта 2010 года Александра Волкова арестовали. Семья московского менеджера оказалась одной из жертв короткой, но ожесточенной войны, в которой столкнулись казахстанский олигарх Мухтар Аблязов и власти Казахстана.

Александр Волков

Волкову в этом году исполнился 31 год, и жизнь его большей частью складывалась как нельзя лучше. Легко (с двух экзаменов) поступил на экономический факультет МГУ, начал зарабатывать еще в студенчестве: устроившись в издательство «Экономика», Александр уже через полгода стал начальником отдела продаж и маркетинга. Затем пошел работать в небольшую консалтинговую компанию, одним из его клиентов оказалось крупное пищевое предприятие — Саратовский масложировой комбинат. Владельцам бизнеса так понравился толковый молодой человек, что через год после того, как он получил диплом, ему предложили должность финансового директора.

«Сумма компенсаций, по нашим представлениям, была фантастической», — вспоминает Татьяна Волкова. Она познакомилась с Александром еще на вступительных экзаменах. Вместе учились на экономфаке, вместе работали в «Экономике», а затем консультантами. Молодая семья немедленно обзавелась большой квартирой в высотке на престижной Мосфильмовской улице (семья президента Медведева имеет квартиру в соседнем доме). «У него есть такое качество — он может посмотреть на ситуацию, проблему и сразу видит схему, как ее решить», — говорит о муже Татьяна Волкова. Возможно, она необъективна. Но работодатели тоже его оценили: Александр быстро занял кресло директора холдинга «Солнечные продукты», которому принадлежал Саратовский комбинат. Журнал «Карьера» в 2004 году назвал Волкова самым молодым топ-менеджером России — ему было 25 лет. Под его управлением находилось три масложировых комбината и торговые компании по всей стране. Совокупная выручка холдинга в 2004 году достигла $300 млн. Численность сотрудников — около 5000 человек.

Жить в Москве, а работать в Саратове было утомительно. «Пора уже детей было заводить. А если вахтовым методом работать, какие уж тут дети», — рассказывает Татьяна. Волков начал обзванивать знакомых. Среди тех, кто откликнулся, был Артур Трофимов, председатель правления российского подразделения БТА Банка, одного из крупнейших кредитных учреждений Казахстана. Банку как раз нужны были энергичные менеджеры: владелец БТА Мухтар Аблязов готовился к крупным инвестициям в российскую недвижимость.

Мухтар Аблязов

Биография Мухтара Аблязова могла бы лечь в основу остросюжетного фильма. Выпускник МИФИ, физик-теоретик, сколотивший начальный капитал на торговле сахаром, он в 1999 году возглавил казахстанскую энергетическую монополию KEGOC, провел в стране реформу электроэнергетики и получил министерский портфель. В 2002 году, поссорившись с семьей президента Нурсултана Назарбаева, провел год за решеткой и уехал в Россию, где занялся новым для себя делом: в партнерстве с московским девелопером Павлом Фуксом начал строить большой торговый центр на Садовом кольце и вложил $150 млн в строительство 70-этажного небоскреба. «Аблязов попросил: раз проект финансирует казахский банк, давай назовем его «Башня Евразия», — вспоминает Фукс в беседе с корреспондентом Forbes. Аблязов играл в Москве по-крупному: помимо совместных с Фуксом строек он самостоятельно заложил океанариум на Поклонной горе (который должен был стать самым крупным в Европе) и купил почти достроенный бизнес-центр «Волна» — здесь разместился штаб созданной им группы «Евразия». У Аблязова появилась команда опытных управленцев в сфере недвижимости и строительства.

Гендиректор в 29 лет

Александр Волков — один из тех энергичных людей, которыми Аблязов укомплектовал свой московский офис. Молодой столичный менеджер получил должность «советника» — несмотря на скромное название, в империи казахстанского банкира это была важная позиция. «Советники» занимались поиском и анализом перспективных направлений развития бизнеса. Если кому-то из них удавалось убедить работодателя, что найденное им направление бизнеса перспективно, менеджер получал проект в управление и долю в случае его удачной реализации. Зарплата у Волкова была намного ниже, чем в «Солнечных продуктах», однако перспективы открывались заманчивые.

За полгода пребывания в «советниках» Волков разработал концепцию строительства сети крупных логистических центров для обслуживания товарных потоков, порожденных потребительским бумом «тучных нулевых». Проект утвердили, и к 2008 году под началом Волкова работало уже несколько сот человек. Гендиректору созданной под складской проект компании «Евразия логистик» в 2008 году исполнилось 29 лет, примерно таким же был и средний возраст его сотрудников. В компании насаждалась неформальная корпоративная культура: Волков ввел стодолларовый штраф за любую попытку общаться в офисе на «вы».

Первым объектом компании стал логистический центр класса А в подмосковном Домодедове площадью около 150 000 кв. м, потом построили склады под Петербургом, в Свердловской области и Татарстане. К началу 2008 года «Евразия логистик» ввела в эксплуатацию 750 000 кв. м складов и получала с арендаторов $100 млн в год. Волков получил карт-бланш на строительство жилого района на 150 000 человек, нескольких индустриальных парков и киносъемочной площадки для Первого канала. Под эти наполеоновские планы было куплено около 2500 га земли. Их купили на несколько фирм, подконтрольных «Евразии», причем земля была немедленно заложена в БТА Банке под кредит в $800 млн, который пошел на их покупку. Это обстоятельство и сыграло роковую роль в судьбе Александра Волкова.

Российские последствия казахского кризиса

В Казахстане кризис начался в 2007 году, на год раньше, чем в России. БТА Банк оказался в числе наиболее пострадавших. Исправно работавший до того насос по перекачке занятых в США и Европе денег в девелоперские проекты на территории стран СНГ, в основном в России, дал сбой. «Я запаниковал, когда строительство [башни «Евразия»] остановилось», — вспоминает Фукс, которому удалось позже возобновить строительство на средства Сбербанка.

Дальше ситуация только ухудшалась. Власти Казахстана приняли решение о национализации терпящего бедствие БТА, а получив доступ к внутренним документам банка, обвинили Аблязова в выводе активов на $10 млрд. Как объявил председатель Национального банка Казахстана Григорий Марченко, компании, кредиты которым выдавал БТА Банк, через цепочку офшоров в основном принадлежали Аблязову лично. А когда стало ясно, что контроль над банком удержать не удастся, Аблязов дал команду изменить схему владения ключевыми активами и условия предоставления залогов. В результате новые акционеры банка оказались не в состоянии вернуть ни кредиты, ни залоги.

Аблязов, который неоднократно утверждал, что причиной национализации банка стала его политическая активность, последовал примеру опальных российских бизнесменов — улетел в Лондон. Кому принадлежат сейчас многочисленные компании, которые кредитовал БТА, неизвестно: лондонские адвокаты Аблязова категорически отрицают, что он имеет к ним отношение. Нежелание казахстанского миллиардера раскрывать свою связь с российскими девелоперскими проектами косвенно подтвердил Forbes его партнер Павел Фукс. Когда БТА Банк перестал давать деньги на стройку, московский девелопер предложил Аблязову купить его долю, и сделка состоялась. Но кто конечный бенефициар компаний, продававших акции, было неясно.

После отъезда Аблязова в Лондон началась распродажа и других его объектов. Группа «Согаз» приобрела бизнес-центр «Волна», где размещался офис «Евразии», на продажу выставлен недостроенный торговый центр на площади Павелецкого вокзала. «Евразия логистик» и земли в районе Домодедово пока формальных владельцев не сменили, но вот управлявший ими Александр Волков оказался за решеткой.

Арест и обвинения

Восемнадцатого марта Татьяне Волковой позвонил водитель ее мужа. «Сказал, что Александра куда-то увезли», — вспоминает она. Телефоны в офисе не отвечали — в помещениях шел обыск. Вечером позвонил адвокат, рассказывает Волкова, представился, сказал, что будет защищать в суде интересы мужа, спросил, как Александр переносит лекарства. В это время уже шло заседание Тверского районного суда, который выдал санкцию на арест Александра Волкова и трех его подчиненных. Позже Волкова отвезли на освидетельствование в тюремную клинику, чтобы прояснить происхождение гематом — в ходе задержания менеджера несколько раз сильно ударили. Затем он оказался в СИЗО.

В чем суть обвинений? Александр Волков обвиняется в том, что в составе организованной преступной группы изготовил поддельные документы, по которым БТА Банк лишился залогов более чем на $2,84 млрд. Как уточнил близкий к следствию источник Forbes, речь идет о договорах, которыми были сняты залоги с нескольких десятков объектов недвижимости, в том числе с земельных участков в Домодедово.

По версии следствия, эти документы были изготовлены в период с 3 февраля по 31 марта 2009 года, когда казахстанский государственный фонд «Самрук Казына» получил 75,1% акций БТА Банка, но Мухтар Аблязов еще оставался председателем совета директоров банка. Со стороны БТА Банка на договорах стоит подпись Ильдара Хажаева, на тот момент главы московского представительства банка. В дальнейшем Хажаев на допросах неоднократно заявил, что его подпись подделана, а Волков сыграл важную роль в организации изготовления поддельных документов. Эти показания стали одним из основных аргументов следствия.

Адвокат Александра Волкова комментировать обвинения отказался, сославшись на подписку о неразглашении тайны следствия. Татьяна Волкова утверждает, что обвинение строится на показаниях одного свидетеля, а в действительности часть кредитов не была получена — из-за этого, говорит она, и переоформлялись залоги.

Иными словами, следствие считает, что менеджеры Мухтара Аблязова перевели средства, полученные по кредитам БТА Банка, на подконтрольные лично Аблязову счета и при этом сняли залоги с земель, которые служили обеспечением по кредитам. Волков и его защитники утверждают, что никакого хищения не было. А залоги были сняты в ходе обычных корпоративных операций.

Сидеть и ждать

Как бы то ни было, последний раз Волкова допрашивали 31 марта, с тех пор он просто сидит в камере и ждет очередного судебного слушания. Пока их состоялось два — рассматривался вопрос об освобождении на время следствия под подписку о невыезде. Суд ходатайства защиты отклонил. Срок заключения под стражей продлен до сентября.

Татьяну Волкову не назовешь женой-домохозяйкой. Еще когда Александр Волков работал в Саратове, она занялась собственным бизнесом. Из семейного бюджета Волковы выделили около $60 000 и вложили их в салон красоты, которым управляет Татьяна.

После ареста мужа Татьяна некоторое время думала о том, чтобы получить статус «общественного защитника» — это позволило бы ей принимать участие в процессе. Но выяснилось, что для этого необходимо юридическое образование, опыт общественной работы и разрешение следователя по делу, и она отказалась от этой идеи. Тем не менее Татьяна активно участвует в защите мужа. Вместе с женами других обвиняемых создала сайт, на котором публикует все материалы, имеющие отношение к делу, общается с адвокатами, изучает литературу по уголовному праву, собирает подписи под письмами в защиту мужа.

Однако несколько месяцев бесплодных усилий дают о себе знать. «У меня было ощущение, что, если ты не Ходорковский, если ты не хочешь стать президентом или что-то вроде того, у тебя есть возможность справедливого рассмотрения дела», — говорит Волкова. Сейчас у нее такой уверенности нет. Одним из самых тяжелых испытаний для нее стало слушание в суде вопроса о продлении срока содержания Александра Волкова под стражей.

Все произошло, как она рассказывает, буквально в течение получаса. Адвокат объяснил, что Волков никуда не скроется от следствия, что у него маленький ребенок и жена на четвертом месяце беременности. Он говорил, что преступление, в котором обвиняется его клиент, не относится к числу общественно опасных. И что буквально пару месяцев назад президент Дмитрий Медведев утвердил изменения в законодательстве, согласно которым обвиняемые в преступлениях в сфере предпринимательства не должны в период предварительного следствия содержаться под стражей. Ответное выступление прокурора было кратким: содержание под стражей законно и обоснованно. Судья ушел на совещание и вернулся буквально через минуту. Его вердикт гласил: оставить меру пресечения без изменений.

Жена подследственного

Что изменилось в жизни Волковой после ареста мужа? Машина с водителем, няня и домработница — все блага прошлой жизни пока не исчезли. Кое-какие деньги есть, экономить на продуктах и ездить на закупки в «Ашан» вместо «Азбуки вкуса» не приходится. Мухтар Аблязов своих менеджеров не бросил — «Евразия логистик» выплачивает семьям арестованных материальную помощь, ее хватает, чтобы оплачивать услуги адвокатов. Но психологически Татьяне трудно, ведь условия ее жизни и жизни близкого человека зависят от следователя. Потерялись ключи от оформленной на мужа машины и нужна доверенность, чтобы изготовить на авторизованном сервисе их дубликат? Требуется согласие следователя. Нужно передать еду или одежду? В изоляторе могут не принять какой-то вид колбасы, а одежду можно передавать лишь раз в три месяца.

Есть и другие ощущения. «У меня, как, наверное, и у большинства, с детства сформировалось негативное отношение к людям, попавшим под следствие или в тюрьму», — говорит Волкова. В том смысле, что если человек «сидит», значит есть за что. Однако после того как за решетку попал муж, отношение окружающих к Татьяне и Александру заметно не изменилось. «Выяснилось, что среди людей, с которыми я общаюсь, нет практически никого, кто осуждает или перестал подавать руку. Скорее, наоборот. У всех ощущение, что это заказ или что-то такое», — говорит Волкова.

Добро пожаловать на родину

В январе 2010 года в бостонском Массачусетском технологическом институте (MIT) побывала представительная российская делегация — министр финансов Алексей Кудрин, вице-премьеры Игорь Шувалов и Сергей Собянин, министр экономического развития Эльвира Набиуллина, помощник Дмитрия Медведева Аркадий Дворкович, замглавы президентской администрации и главный кремлевский идеолог Владислав Сурков. Гостям показывали лаборатории и бизнес-инкубаторы. Чиновники пытались уяснить, каким образом рождаются инновации, которые затем приносят миллиардные доходы.

Под занавес Дворкович, Кудрин, Шувалов, Собянин и несколько других членов российской делегации провели встречу с российскими учеными, уехавшими в поисках лучшей жизни на Запад. «Почему бы вам не вернуться в Россию и не помочь поднимать национальную экономику, национальную науку?» — таков был лейтмотив выступлений российских чиновников.

Ответ оказался не совсем таким, какого ждали российские чиновники. В интернете появилось открытое письмо присутствовавшего на встрече преподавателя Бостонского университета Сергея Кулаева, знакомого с Волковым с институтских времен. «Мы поражены случившимся. Фактически на месте этих молодых людей (имеются в виду Волков и его подчиненные. — Forbes) мог бы быть любой из нас», — писал Кулаев. Хотя он и покинул Россию, но следит за тем, что происходит на родине. Об аресте старого университетского знакомого Кулаев узнал из статьи в «Ведомостях», вышедшей на следующий день после обысков и арестов в «Евразии логистик».

Суть письма, адресованного Дмитрию Медведеву, сводится к простой мысли: никакие разговоры властей о создании «инновационного кластера» в экономике не заставят людей вернуться в Россию, до тех пор пока в стране происходят истории, подобные той, что приключилась с Александром Волковым и его подчиненными. «Принимая решение, где жить и строить карьеру, любой из нас сопоставит обещания государства и реальные факты», — написал Кулаев. Под письмом стоят подписи более сотни экономистов — выпускников ведущих российских вузов. Среди них есть и те, кто уехал на работу за рубеж, и те, кто работает менеджерами, консультантами, банкирами в России.

Татьяна Волкова рассказывает, что узнала об обращении Кулаева уже после того, как было собрано несколько десятков подписей. Естественно, вывесила текст на свой сайт. А буквально через несколько дней под статьей появился комментарий, в котором человек, представившийся соседом Волковых по даче, написал, что сам был арестован по обвинению в незаконной банковской деятельности и легализации преступных доходов. Провел в СИЗО семь с половиной месяцев. А в мае этого года был освобожден под залог. Раз так, то и у Татьяны Волковой появилась надежда, что удастся вытащить из тюрьмы Александра.