А.С. Пушкин

         * * *

Я вас любил: любовь еще, быть может,

В душе моей угасла не совсем;

Но пусть она вас больше не тревожит;

Я не хочу печалить вас ничем.

Я вас любил безмолвно, безнадежно,

То робостью, то ревностью томим;

Я вас любил так искренно, так нежно,

Как дай вам бог любимой быть другим.

Красота - это страшная сила...

Сегодня удалось посмотреть фильм "РАГИН"

Драма Рагин
Сценарий фильма написан как вольная версия знаменитого чеховского произведения "Палата №6".

“Всюду - палата №6. Это Россия” (Лесков).

    Громов болезненно реагирует на зло, несправедливость, беззаконие. Он не перестает протестовать, возмущаться, и не теряет веры в то, что рано или поздно правда наконец восторжествует.

    Иначе смотрит на жизнь доктор Рагинь. “При всякой обстановке мы можем найти успокоение в самих себе”. Следуя этой идее Рагель не вмешивается в дела больницы, не пытается изменить положение больных: “ В своей нечестности виноват не я а время”.

    Чехов восстает против насильного взгляда на жизнь, удобного для тех, кто сам не страдает. Устами Громова автор осуждает Рагина: “Нас держат здесь за решеткой, гноят, истязают, но это прекрасно и разумно, потому что между этой палатой и теплым кабинетом нет никакой разницы.

“Страданья презираете, а небось прищеми вам палец дверью, заорете во все горло”.

    Лишь перед смертью Врагель понял правду Громова, правду тех, кто не хочет, не может мириться с насилием. Когда в палате №6 Никита избивает его, это событие освещает пронзительным светом ложь его жизни и его философского мировоззрения. Наступает пробуждение совести, появления чувства вины, в голове его мелькнула страшная, невыносимая боль, что такую же точно боль должны были испытывать годами эти люди. Рагин умер не от побоев Никиты, а от мук проснувшейся совести.

Больные шизофренией очень часто еще до появления ярких симптомов болезни имеют определённый, так называемый шизоидный тип личности. Такие люди отличаются замкнутостью, мечтательностью, углубленностью в себя. Шизофренией чаще болеют люди с техническим складом ума (физики, математики).

В повседневной жизни часто приходится слышать: "Да что с него взять, он - шизофреник!". Если "проявить" смысл этой фразы, то она может означать только одно: "Он мне не нравится". Но при чем же здесь шизофрения?!

Подобная ситуация нелепа потому, что подлинная шизофрения нередко совершенно незаметна для неспециалистов. За примером далеко ходить не надо. Включаешь телевизор и видишь безнадежно больного человека. При этом окружающие его, совершенно здоровые люди, могут часами рассуждать о незаурядности подобной личности. Другие же втайне потешаются над больным человеком. Но что же тут смешного? Или людям приятно лишний раз осознать себя здоровыми?

Проблема взаимоотношений психически больных и здоровых людей (тонкая грань разделяет тех и других) очень сложна. Первым, кто поставил ее, был Федор Михайлович Достоевский. Сотворенная им пара Ставрогин и Верховенский младший из "Бесов" - блестящий пример того, как мысли абсолютно больного человека претворяются в жизнь абсолютно здоровым подлецом. По уровню художественной значимости эта пара сравнима разве что с другой - Шариков и Швондер из "Собачьего сердца" Булгакова.

А был ли Ставрогин болен? Да, в этом можно не сомневаться. Задолго до того, как наука стала активно разрабатывать проблему шизофрении, Достоевскому удалось создать классический образ больного этим недугом. Психическое заболевание человека никогда не диагностируется по одному какому-либо признаку. Диагноз "собирается" подобно сложной мозаике, которая состоит из многих деталей, достаточно точно подходящих друг к другу. При этом и лишних "деталек" не должно быть. И с этой задачей писатель справился блестяще!

Николай Ставрогин, уехавший из материнского дома нежным и любящим сыном, вдруг резко и внезапно становится совершенно другим человеком. До его матери начинают доходить сведения о каких-то диких кутежах, в которых обнаруживается не только неслыханная дерзость ее сына, но и абсолютно непонятная, никак не объяснимая жестокость. Все это чрезвычайно напоминает типичное для шизофрении начало заболевания, называемое еще "шубом". (Отсюда происходит и название "шубообразной" шизофрении.) Часто приходится сталкиваться с "народным" и абсолютно неверным объяснением происхождения этого термина: болезнь-де, как шуба обволакивает человека, притупляя остроту восприятия им окружающего мира, от чего он и становится на редкость замкнутым и холодным. Действительно, большинство шизофреников необыкновенно замкнуты и холодны, но шуба здесь ни при чем. Упомянутый термин происходит от немецкого слова, означающего ступеньку. Этим самым подчеркивается, что после каждого болезненного приступа человек все более и более деградирует, как бы "спускаясь" по некоей лестнице. Именно таким и предстает Николай Ставрогин по возвращении в родной город. Он не отрицает произошедших в Петербурге событий, но и не желает снизойти до их объяснения. Следует понимать, что это уже результат болезненного восприятия мира.

Затем в городе разыгрывается жуткий и нелепый скандал. Николай Ставрогин проводит за нос одного из весьма почтенных жителей городка, который говорил всем и каждому, что "его за нос не проведут". Причем делает это Ставрогин в самом прямом, а вовсе не в переносном смысле этого слова! Призванный к градоначальнику для объяснений, Ставрогин кусает его за ухо. Достоевский подчеркивает, что во время всех этих событий его герой находится в каком-то как бы рассеянном состоянии. Он довольно спокойно дает себя арестовать и только ночью, находясь в заключении, внезапно исторгает такой фонтан совершенно неожиданного буйства, что все, наконец, с облегчением понимают, что эти его поступки - суть проявления болезни.

Народ перестаёт быть народом, когда он теряет волю и ум и превращается в послушное население на поводке.

Нет сегодня ничего вреднее для России, чем идеология национализма - под какими бы благообразными и эмоционально-искренними соусами эта идеология не подавалась.

Тесная готическая комната со сводчатым потолком. Фауст без сна сидит в кресле за книгою на откидной подставке.
   
   Фауст
   Я богословьем овладел,
   Над философией корпел,
   Юриспруденцию долбил
   И медицину изучил.
   Однако я при этом всем
   Был и остался дураком.
   В магистрах, в докторах хожу
   И за нос десять лет вожу
   Учеников, как буквоед,
   Толкуя так и сяк предмет.
   Но знанья это дать не может,
   И этот вывод мне сердце гложет,
   Хотя я разумнее многих хватов,
   Врачей, попов и адвокатов,
   Их точно всех попутал леший,
   
   Я ж и пред чертом не опешу, -
   Но и себе я знаю цену,
   Не тешусь мыслию надменной,
   Что светоч я людского рода
   И вверен мир моему уходу.
   Не нажил чести и добра
   И не вкусил, чем жизнь остра.
   И пес с такой бы жизни взвыл!
   И к магии я обратился,
   Чтоб дух по зову мне явился
   И тайну бытия открыл.
   Чтоб я, невежда, без конца
   Не корчил больше мудреца,
   А понял бы, уединись,
   Вселенной внутреннюю связь,
   Постиг все сущее в основе
   И не вдавался в суесловье.
   
   О месяц, ты меня привык
   Встречать среди бумаг и книг
   В ночных моих трудах, без сна
   В углу у этого окна.
   О, если б тут твой бледный лик
   В последний раз меня застиг!
   О, если бы ты с этих пор
   Встречал меня на высях гор,
   Где феи с эльфами в тумане
   Играют в прятки на поляне!
   Там, там росой у входа в грот
   Я б смыл учености налет!
   
   Но как? Назло своей хандре
   Еще я в этой конуре,
   Где доступ свету загражден
   Цветною росписью окон!
   Где запыленные тома
   Навалены до потолка;
   Где даже утром полутьма
   От черной гари ночника;
   Где собран в кучу скарб отцов.
   Таков твой мир! Твой отчий кров!
   
   И для тебя еще вопрос,
   Откуда в сердце этот страх?
   Как ты все это перенес
   И в заточенье не зачах,
   Когда насильственно, взамен
   Живых и богом данных сил,
   Себя средь этих мертвых стен
   Скелетами ты окружил?
   Встань и беги, не глядя вспять!
   А провожатым в этот путь
   Творенье Нострадама взять
   Таинственное не забудь.
   И ты прочтешь в движенье звезд,
   Что может в жизни проистечь.
   С твоей души спадет нарост,
   И ты услышишь духов речь.
   Их знаки, сколько ни грызи,
   Не пища для сухих умов.
   Но, духи, если вы вблизи,
   Ответьте мне на этот зов!
   (Открывает, книгу и видит знак макрокосма.)
   Какой восторг и сил какой напор
   Во мне рождает это начертанье!
   Я оживаю, глядя на узор,
   И вновь бужу уснувшие желанья.
   Кто из богов придумал этот знак?
   Какое исцеленье от унынья
   Дает мне сочетанье этих линий!
   Расходится томивший душу мрак.
   Все проясняется, как на картине.
   И вот мне кажется, что сам я - бог
   И вижу, символ мира разбирая,
   Вселенную от края и до края.
   Теперь понятно, что мудрец изрек:
   "Мир духов рядом, дверь не на запоре,
   Но сам ты слеп, и все в тебе мертво.
   Умойся в утренней заре, как в море,
   Очнись, вот этот мир, войди в него".
   (Рассматривает внимательно изображение.)
   В каком порядке и согласье
   Идет в пространствах ход работ!
   Все, что находится в запасе
   В углах вселенной непочатых,
   То тысяча существ крылатых
   Поочередно подает
   Друг другу в золотых ушатах
   И вверх снует и вниз снует.
   Вот зрелище! Но горе мне:
   Лишь зрелище! С напрасным стоном,
   Природа, вновь я в стороне
   Перед твоим священным лоном!
   О, как мне руки протянуть
   К тебе, как пасть к тебе на грудь,
   Прильнуть к твоим ключам бездонным!
   (С досадою перевертывает страницу и видит знак земного духа.)
   Я больше этот знак люблю.
   Мне дух земли родней, желанней.
   Благодаря его влиянью
   Я рвусь вперед, как во хмелю.
   Тогда; ручаюсь головой,
   Готов за всех отдать я душу
   И твердо знаю, что не струшу
   В свой час крушенья роковой.
   
   Клубятся облака,
   Луна зашла,
   Потух огонь светильни.
   Дым! Красный луч скользит
   Вкруг моего чела.
   А с потолка,
   Бросая в дрожь,
   Пахнуло жутью замогильной!
   Желанный дух, ты где-то здесь снуешь.
   Явись! Явись!
   Как сердце ноет!
   С какою силою дыханье захватило!
   Все помыслы мои с тобой слились!
   Явись! Явись!
   Явись! Пусть это жизни стоит!
   (Берет книгу и произносит таинственное заклинание. Вспыхивает красноватое пламя, в котором является дух.)
   
   Дух
   Кто звал меня?
   
   Фауст
   (отворачиваясь)
   Ужасный вид!
   
   Дух
   Заклял меня своим призывом
   Настойчивым, нетерпеливым,
   И вот...
   
   Фауст
   Твой лик меня страшит.
   
   Дух
   Молил меня к нему явиться,
   Услышать жаждал, увидать,
   Я сжалился, пришел и, глядь,
   В испуге вижу духовидца!
   Ну что ж, дерзай, сверхчеловек! |
   Где чувств твоих и мыслей пламя? |
   Что ж, возомнив сравняться с нами,
   Ты к помощи моей прибег?
   И это Фауст, который говорил
   Со мной, как равный, с превышеньем сил?
   Я здесь, и где твои замашки?
   По телу бегают мурашки.
   Ты в страхе вьешься, как червяк?
   
   Фауст
   Нет, дух, - я от тебя лица не прячу.
   Кто б ни был ты, я, Фауст, не меньше значу.
   
   Дух
   Я в буре деяний, в житейских волнах,
   В огне, в воде,
   Всегда, везде,
   В извечной смене
   Смертей и рождений.
   Я - океан,
   И зыбь развитья,
   И ткацкий стан
   С волшебной нитью,
   Где, времени кинув сквозную канву,
   Живую одежду я тку божеству.
   
   Фауст
   О деятельный гений бытия,
   Прообраз мой!
   
   Дух
   О нет, с тобою схож
   Лишь дух, который сам ты познаешь, -
   Не я!
   (Исчезает.)

Цитаты из романа Бориса Акунина "Азазель"
(первый роман из серии "Приключения Эраста Фандорина";
время действия - 1876 г.)

Нам, молодым, в вашем мире тошно. Ваши идеалы - карьера, деньги, почести - для многих из нас ничего не стоят. Не о том нам теперь мечтается. Вы что же думаете, спроста пишут про эпидемию самоубийств? Лучшие из образованной молодежи уходят, задохнувшись от нехватки духовного кислорода, а вы, отцы общества, уроков для себя ничуть не извлекаете!

(коллежский регистратор, чиновник 14 класса Эраст Петрович Фандорин Ксаверию Феофилактовичу Грушину, следственному приставу Сыскного управления при московском обер-полицеймейстере)

Успевает всюду тот, кто никуда не торопится. Конечно, если бы я начал прыгать по заседаниям, и распевать целый день, как соловей, вместо того, чтобы заниматься прямым своим делом, я бы никуда не поспел. - (проф. Ф. Ф. Преображенский)

Разруха. Это - мираж, дым, фикция. Что такое эта ваша разруха? Старуха с клюкой? Ведьма, которая выбила все стекла, потушила все лампы? Да ее вовсе и не существует. Это вот что: если я, вместо того, чтобы оперировать каждый вечер, начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет разруха. Если я, входя в уборную, начну, извините за выражение, мочиться мимо унитаза и то же самое будут делать Зина и Дарья Петровна, в уборной начнется разруха. Следовательно, разруха не в клозетах, а в головах. Когда эти баритоны кричат "бей разруху!" - Я смеюсь. Клянусь вам, мне смешно! Это означает, что каждый из них должен лупить себя по затылку! И вот, когда он вылупит из себя всякие галлюцинации и займется чисткой сараев - прямым своим делом, - разруха исчезнет сама собой. Двум богам служить нельзя! Невозможно в одно время подметать трамвайные пути и устраивать судьбы каких-то испанских оборванцев! Это никому не удается и тем более - людям, которые, вообще отстав в развитии от европейцев лет на 200, до сих пор еще не совсем уверенно застегивают свои собственные штаны! - (проф. Ф. Ф. Преображенский)

Ласка... единственный способ, который возможен в обращении с живым существом. Террором ничего поделать нельзя с животным, на какой бы ступени развития оно ни стояло. Это я утверждал, утверждаю и буду утверждать. Они напрасно думают, что террор им поможет. Нет-с, нет-с, не поможет, какой бы он ни был: белый, красный и даже коричневый! Террор совершенно парализует нервную систему. - (проф. Ф. Ф. Преображенский)

Иногда и такое можно получить по почте: 

В последний раз я ухожу,
не будет больше глаз твоих.
лишь об одном тебя прошу,
не вспоминай ты эти дни!
любовь была,как светлый миг,
но знаю,в жизни все проходит.
и мы теперь с тобой одни,
любовь ушла и где-то бродит...
все было мило,как во сне,
ты был единственным на свете.
но все ушло,и стали мне
чужими уже ласки эти.
я ухожу в последний раз,
ты только не беги за мною.
живи теперь без моих ласк,
живи теперь ты сам с собою...

Настроение сейчас - После прочтенного, настроение великолепное, чего и Вам желаю...

Одному лишь богу известно, сколько смертей произошло из-за слабости человеческого духа. Суеверия, как никакие иные недруги, способны лишить ясности ума даже, казалось бы, самого стойкого самого верного в силе своих мыслей и не поддающегося чадному воздействию предрассудков человека. В этом - искренне готов я верить - скрывается дух беспочвенный, именно тот, тайный Вельзевул - темная тень, от которой веет хладом скверным, кто держит в руках ключ от врат благоразумия всякого смертного. И, минуя ваши гордые насмешки, я рискну заявить - нет на свете того, кто бы смог избежать встречи с тенью. Бесконечная вереница случаев в один голос твердит нам о приверженности к суевериям именно тех, кто, казалось был максимально далек от нелепых верований. Исходя из этого, можно предположить, опираясь лишь на клавиши интуиции, будто суеверный страх, томившийся за чванством и неглубокой пеленой принужденного поведения, хранит жажду мести тому, кто неразумно удерживал его от света, утаивая в недрах сознания. Точно так же с течением времени гниет и разрушается стена темницы, равно как истончается полог воли, уступая суеверию, подчас необузданному, почти схожему с безумием. И не всегда хозяин оказывается в силах вновь вернуть выродка обратно. Это чудовище, раз почуяв вкус воли, будет с диким отчаянием цепляться за каждый лоскут души, дабы избежать заточения, при этом когти его, ядовитые, будут подобно крапиве сжигать душу, а зубы впиваться в жизнь, затмевая ее по самые корни.

Да, а вот, что мне к 31 октября пишут в поздравлениях зодиакальных:

О, как мистичен Скорпион,
Как страстно в жизни любит он!
Как сильно он любим подчас
Бывает в жизни, и не раз!
Как соблазнительна, нежна,
Изобразит она котенка.
Хитрит, коварная девчонка,
А то, что было, лишь игра!
И как, презрения полна,
Не любит женский пол она!
Ей стоит пристально взглянуть
Или мужчине подмигнуть,
Он тут же бросится бежать
Ее желанье исполнять,
И все, попался на крючок
Еще и этот дурачок!
Внутри нее клокочет страсть,
Хоть внешне холодна, как лед.
Имеет колдовскую власть:
Возненавидит - проклянет!
Способна жертвовать собой
И неудобства пережить,
Коль есть надежда, что другой
Придется приз ей получить!
И проницательна всегда
Вам мысли ваши не укрыть.
Все тайны можете открыть,
И будет счастлива тогда!
Ее вы можете пленить,
Но нужно от души любить.
И не пытайтесь отомстить
Ей знак поможет победить!

Эх, поздно увидела, а тоб точно одного товарища, который 19 октября родился, именно этим стихотворением зодиакальным поздравила:

Природа твоя двойственна,
Валькирия и фея:
И простодушье свойственно,
Но и расчетом веет.
Оценишь дружбу и любовь,
Прикинешь все на них затраты
И жертв потребуешь ты вновь -
Взамен своей же неуплаты.
Тобою избран будет тот,
Кто не глядит с опаской
И кто в муку тебя сотрет
Оружьем нежности и ласки.
Пусть после кораблекрушений,
Бурь и пиратских рейсов
Придет твоя пора свершений,
Гармонии и равновесия!

БОЛЬШАЯ ЧАСТЬ МУЖЧИН ТРЕБУЕТ ОТ СВОИХ ЖЕН ДОСТОИНСТВ, КОТОРЫХ САМИ ОНИ НЕ СТОЯТ.

Л.Н. Толстой

Пусть светильник нашей веры ярко сетит всем, кто ищет истину и смысл бытия, кто жаждет божественной любви и благодати.

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II