Пропадал надолго потому что в моей жизни произошли конкретные перемены.
Решил написать рассказ и опупликовать его здесь. Надеюсь оцените.
Не знаю как его назвать... Пусть к примеру называется Цикл..
ЦИКЛ.
В конце октября, когда Рифу Оуэну исполнилось тридцать, ему позвонил начальник и сказал, что Рифа сняли с должности и отправили простым чиновником в соседний департамент. Оуэна все утешали, но это не означало сочувствия – просто так было положено. Вечером того же дня он напился, открыл упаковку с одноразовым шприцем, перетянул руку жгутом и вставил в вену иглу. Тупо сидел и смотрел как капала на пол алая кровь. Потом вдруг опомнился и позвонил Юджину. "Не делай этого",- прозвучало в трубке, но Риф уже не слушал. Когда на полу образовалась приличная лужица дверь в квартиру взломали и возбужденный Юджин пережав вену выдернул иглу. «Что ты делаешь? Ты сошел с ума! Ты мне еще нужен!» Риф устало вздохнул, выпил предложенную рюмку водки и успокоился.
В ноябре все утряслось. На службе вроде бы все уладилось. Новый коллектив его принял, и Риф включился в работу.
В декабре ему позвонила жена и спросила почему она не получает обещанных денег. Риф описал ситуацию, ухмыльнулся про себя и повесил трубку. Он ненавидел свою бывшую жену, которая ограбила его и увезла сына к теще. Новый год прошел обыденно – Юджин был на ночном дежурстве и они с Рифом поздравили друг друга по телефону.
В январе он должен был ехать на сессию в Академию, но в последний момент остался дома; надоело это вечное студенчество. В феврале он купил себе новый костюм из черного бостона, выписал журнал «Компьютер для начинающих» и сходил вместе с Юджином на премьеру в театр. Посмотрев первое действие и оценив футуристические декорации какой-то футуристической пьесы, Риф в антракте напился в баре водки с соком. Во втором акте он уже дико смеялся и Юджин, успокаивая его, говорил: « Что с тобой? Успокойся! Что ты делаешь?» Все закончилось выдворением из стен храма муз и страшным похмельем на утро.
В марте ему снова позвонила жена и сказала, что подала на алименты. Он рассмеялся, плюнул и повесил трубку.
В апреле к Оуэну подошел начальник и посоветовал ему съездить в отпуск. «Вы хороший работник, но нельзя же так себя изводить. Посмотрите на себя, на вас же лица нет». Риф кивнул, бессмысленно смотря куда-то вдаль, он сам знал, что ему нужно.
В мае он сходил на выставку восковых фигур «Пытки за 2000 лет». Страшные картины средневековых истязаний ведьм и преступников не вызвали в нем никакого волнения, хотя какая-то женщина упала в обморок при виде гильотины и отрубленной головы Марии Антуанеты.
В июне Оуэн решил вместе с Юджином съездить в Египет; его давно привлекали пирамиды и традиции коптской церкви. Но поездка не вышла, так как Юджин, случайно оступившись, получил закрытую черепно-мозговую травму. Все деньги, скопленные на поездку ушли на лечение, а Риф сидел в палате Юджина днем и ночью. Медсестра, взглянув на него сказала: «Ну нельзя же так изводить себя. Здесь хороший уход. Сходили бы домой. Ведь на вас лица нет. Отдохните». Оуэн кивнул, он сам знает, что ему делать.
В июле Юджин пошел на поправку и Риф успокоился. В августе снова позвонила жена: «У тебя нет совести! Я подаю в суд!» Оуэн бросил трубку и мысленно послал ее в далекие края. Ему была безразлична ее судьба. Не надо было спекулировать чувствами и во всем следовать советам своей мамочки и сестры, вот пусть теперь они ее и обеспечивают.
В сентябре Оуэен решил уйти в отпуск, но потом передумал. Никуда одному не хочется, посижу один. Однажды вечером, когда Риф вышел прогуляться, к нему подошла дворничиха и сказала « Вы все один, да один. Нельзя так. Что вы себя изводите, найдите кого-нибудь. Один погибнете». Вечером того же дня он позвонил Юджину, но когда в трубке раздался знакомый с юности голос Риф с испугом нажал на кнопку сброса.
В октябре Риф справил свой тридцать первый день рождения. Совершенно один в пустой квартире за бокалом сухого Кьянти и сырной нарезкой. Никто не пришел его поздравить. Только позвонила мама и Юджин, который в этот день снова был на службе: «Ты мне нужен! Береги себя!». Риф ухмыльнулся.
На следующее утро Юджин долго стучался в дверь к Рифу и, не получив ответа ушел. Через неделю дверь в квартиру сломали. Риф сидел в кресле, рядом у правой свисавшей с подлокотника кресла руки лежал бокал из-под вина. Компьютер работал, и на экране монитора высвечивалась лишь одна надпись: «Время разрушает все!». Юджин был безутешен: «Зачем? Зачем? Ты ведь так и не узнал, как я люблю тебя!».
