Я сбиваюсь. Со всего. Совсем.

 

 

Вы во весь голос умеете

петь,

а я

мну слова

сухими картонками.

Где на планете такое место

есть,

Где все согласные становятся звонкими?

Мне б заменить чернила

голосом,

выстроить из бумаги

надёжные замки,

а я только те заполняю

газетные полосы,

где все согласные становятся

знаками.

 

Просто

непросто

сказать порою,

Невыносимо выстрадать в воздух

то,

от чего человек на луну воет,

когда вдруг

своему товарищу

друг

становится волком,

когда дребезжит помехой экранной,

путаясь интонациями

в губах обветренно-тонких,

и когда говорит иностранно,

так, будто ему предсмертно плохо.

Раз –

и разинул пасть,

рот скривил в усмешении розовом.

Я называю это просто -

«страсть»,

а вы зовёте прекрасной любовию.

Два –

и раздвинул давку уличную,

мир разделил на «дождь» и «после».

Я на палец нервы накручиваю,

а вы -

накручиваете волосы.

Землю с её пристрастием к глухости

делите на Москву и Арктику.

По-вашему, вы ничего не путаете,

а по-моему, так никакой тут нету

романтики.

 

Раскинул руки

так широко,

что людям

от Питера до Антарктики

стало удушливо

тесно,

сколько бы камнем стоять ни хотел,

а всё равно растекаюсь

тестом!

Я, кажется, здесь настолько никто,

что скоро за это стану

известным.

Не знаю: я низко сейчас –

высоко,

в Мариинскую впадину грохнувшись

с Эвереста,

мне до солёного Солнца рукой подать,

а я ожидаю Луны

пресной.

Только и остаётся, что картонно молчать,

и слушать  картинные ваши

песни.

 

И вот, стою

на океана огромной площади,

чувствую себя невероятно маленьким.

Не нравится.

Но куда мне, гиганту, расти ещё больше,

Когда я и так почти

карлик?

Черпаю ложкой из небесной сахарницы,

здороваюсь с облаками при встрече личной,

нет между звёздами и сахаром разницы,

как между вспышкою и пепелищем.

 

По-вашему, в песне главное - музыка,

по-моему, в слове главное – песня,

для вас стихи – понятие узкое,

По мне,

                 так вовсе не интересно.

Вы во весь голос умеете

петь,

а я

мну слова

сухими картонками.

Мест на планете подобных

не счесть,

где все согласны

 остаться

звонкими.