История конфликта в Южной Осетии
Нынешний грузино-осетинский конфликт начался в 1989 году. Его непосредственной причиной стало возникновение и быстрый рост национального движения в Грузии, и приход к власти президента Звиада Гамсахурдиа, выдвинувшего лозунг "Грузия для грузин". 23 ноября 1989 года националистические группировки пытались провести митинг в Цхинвали: со всей Грузии сюда было стянуто около 50000 человек. Колонна была остановлена у въезда в город и после двух суток противостояния повернула обратно. В январе-апреле 1991 года правительством Гамсахурдиа в Южную Осетию направлены военные формирования, принадлежавшие различным грузинским политическим партиям и группировкам. Начались ожесточенные военные действия с вооруженными отрядами осетин. Сдерживающее влияние на развитие конфликта поначалу оказывало лишь присутствие в Южной Осетии двух полков советских войск - инженерно-саперного и вертолетного. Одновременно в результате конфликта и этнического прессинга образовались три группы беженцев. Значительное число осетин бежало из Южной Осетии на территорию Северной Осетии (впоследствии, после установления перемирия, большая часть из них вернулась домой). Вторая группа беженцев - около ста тысяч (по осетинским данным) осетин, вынужденных бежать из внутренних районов Грузии, не входящих в состав Южной Осетии. Они поселились на территории как Южной, так и Северной Осетии. Наконец, в Грузию была вынуждена бежать часть грузинского населения Южной Осетии, - хотя численностью эта группа заметно уступала осетинским беженцам. Республика Южная Осетия была провозглашена 20 сентября 1990 года. После перехода конфликта в вооруженную стадию был принят Акт о государственной независимости РЮО 29 мая 1992 года. В январе 1992 года, параллельно со свержением режима Звиада Гамсахурдиа в Тбилиси, на территории Южной Осетии был проведен референдум о ее статусе, с вопросами, поддерживает ли народ независимость или (и) воссоединение с Северной Осетией в составе России. По его итогам Южная Осетия была объявлена независимой. Весной 1992 года военные действия в Южной Осетии возобновились. К середине июня 1992 года грузинские отряды вплотную подошли к столице ЮО Цхинвали. После ультиматума российского руководства (вплоть до угроз бомбардировки Тбилиси) глава Госсовета Грузии Эдуард Шеварднадзе и лидеры Южной Осетии начали переговоры и подписали 24 июня 1992 года соглашение о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта. 9 июля в зону конфликта были введены миротворческие силы, состоящие из российского, грузинского и осетинского батальонов (последний финансируется МЧС Российской Федерацией). Прекратились вооруженные столкновения, 18-месячная война в Южной Осетии завершилась. В ходе конфликта убиты и пропали без вести более 1000 человек, ранено свыше 2500.
Историческая справка
СРЕДНИЕ ВЕКА
С древнейших времен территорию сегодняшней Южной Осетии населяли предки осетин - ираноязычные племена скифо-сармато-аланского этнического массива. Земля Южной Осетии никогда не входила в состав какого-либо грузинского государства, являясь частью могущественного племенного союза северо-кавказских иранцев, осуществлявших в период средневековья через этот регион свою политику в Закавказье. Неоднократно восточно-грузинские цари пыталась силой завладеть территорией Южной Осетии и установить здесь свой военно-политический контроль. Претензии восточно-грузинских феодалов на господство в Южной Осетии основывались лишь на праве меча и не имели под собой никакой легитимной основы, реализуясь лишь в форме грабительских набегов, сопровождавшихся разрушением селений и угоном скота. Тем не менее, Южная Осетия сохраняла реальную независимость от грузинских правителей, равно как не признавала над собой и власти персидских шахов, в вассальной зависимости от которых находилась Восточная Грузия вплоть до вхождения в Российскую империю.
В СОСТАВЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
В 1774 году Осетия, не разделенная на Северную и Южную, вошла в состав Российской Империи. Но до 1830 года горная (Южная) Осетия оставалась вне сферы контроля царской администрации, хотя номинально считалась владением России. Фактическое присоединение Южной Осетии произошло в 1830 г. после военной экспедиции русских войск во главе с генералом Ренненкампфом. В 1843 году на территории Южной Осетии в составе Тифлисской губернии был образован Осетинский округ, в состав которого входила часть территории современной Российской Федерации; административное управление Осетинским округом осуществлялось Джавским окружным начальником и начальником Горских народов. Включение Южной Осетии в административно-территориальную систему Российской империи не сопровождалось, однако, признанием Россией какой-либо зависимости Южной Осетии от Грузии. Поэтому, представители грузинской феодальной знати князья Мачабели и Эристави предприняли попытку уже в рамках Российской Империи добиться с помощью русского оружия контроля над Южной Осетией, поставив ее население в зависимое положение. Однако претензии грузинского дворянства на Южную Осетию были отвергнуты Сенатом, решившим "грузинским князьям Мачабеловым отказать в домогательстве о признании крепостного их права над осетинами"} Мнение самого императора было таково: "Каково бы ни было решение высших судебных мест, трудно будет признать и привести в действие таковое в пользу князей Мачабеловых, поелику опытом дознано, что горные осетины никогда не будут без употребления военной силы исполнять следующие от них повинности и что, с другой стороны, нельзя же допускать мысль, что через каждые два или три года необходимо наряжать туда отряды и экспедиции ". По распоряжению императора южные осетины были переведены в разряд казенных, государственных крестьян и, таким образом, исключены из системы феодальной зависимости, а значит и политического контроля со стороны грузинского дворянства, получив особый социально-экономический статус. Это был некий прообраз будущей политической автономии Южной Осетии, обусловленный ее исторически сложившимся особым положением в Закавказье.
ПЕРВЫЙ ГЕНОЦИД
После распада Российской империи в 1917 году, вышедшая из состава России Грузия предприняла попытку аннексировать территорию Южной Осетии против воли ее народа, что повлекло за собой волну выступлений протеста осетинского народа. Эти выступления перерастали в вооруженные восстания в различных политических центрах Южной Осетии - Корнис (1917), Цхинвал (1918), Джава, Рук (1920). Их основанием была Декларация прав народов России, принятая Советом Народных Комиссаров РСФСР 2 (15) ноября 1917 года, предусматривающая право народов России на самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства. Именно провозглашение этого права легло в основу процесса объединения российских губерний грузинскими меньшевиками, вывода их из состава России, и объявления в 1918 году о создании Грузинской демократической республики. Южная Осетия отказалась выходить из состава России и не приняла участия в выборах в Грузинский парламент, требуя в свою очередь признания права на свободный выбор. 28 мая 1920 года делегаты и ответственные руководители 17 комитетов Южной Осетии в "Меморандуме трудовой Южной Осетии ЦК РКП(б), Всероссийскому ЦИКу рабочих и крестьянских депутатов..." подтвердили "неуклонную волю трудовой Южной Осетии": 1. Южная Осетия - неотъемлемая часть Советской России; 2. Южная Осетия входит в состав Советской России на общем основании НЕПОСРЕДСТВЕННО (выделено в оригинале); 3. Посредственного вхождения в Советскую Россию через грузинскую или иную республику, хотя бы и советскую, мы ни под каким видом не допускаем. В ответ с 20 июня 1920 года Южная Осетия подверглась вооруженной агрессии со стороны меньшевистского руководства Грузии, и в результате жесточайшего геноцида осетинского населения (18 тысяч погибших и более 50 тысяч изгнанных на север Осетии) была аннексирована. В ноте Народного комиссара иностранных дел РСФСР Чичерина меньшевистскому правительству Грузии о 17 мая 1920 года говорилось: "... мы с тревогой узнали, что в Южную Осетию, где провозглашена Советская Республика, направлены для уничтожения таковой власти грузинские войска. Мы настаиваем, если это верно, отозвать свои войска из Осетии, ибо считаем, что Осетия должна иметь у себя ту власть, которую она хочет. Вмешательство Грузии в дела Осетии было бы ничем не оправдываемым вмешательством в чужие внутренние дела...". Командир грузинской национальной гвардии В. Джугели, наблюдая пылающие села Осетии, записал тогда в своем дневнике: "12 июня. Теперь ночь. И всюду видны огни! Это горят дома повстанцев... Но я уже привык и смотрю на это почти спокойно. 25 июня. Деревня Роки совершенно пуста. И все деревни кругом опустели! Большинство населения бежало за перевал, оставшиеся укрылись в лесах и горах". Но исключительным цинизмом и наглостью звучит его запись от 13 июня: "Мы служим делу освобождения рабочего класса. И в интересах, борющегося рабочего класса, в интересах грядущего социализма мы будем жестоки! Да, будем! Я уже скрепил сердце. Я со спокойной душой и с чистой совестью смотрю на пепелище и клубы дыма". Эта расправа с осетинами вызвала огромное возмущение как в Грузии, так и за ее пределами. Но меньшевики не успокоились. Они начали массовое выселение осетин в Караязскую степь, а оставленные осетинами дома заселяли переселенцами из других районов Грузии.
СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД
После установления в Грузии советской власти Южная Осетия была волевым путем передана в состав Грузии, а затем, 20 апреля 1922 года Декретом ВЦИК и Совета Народных Комиссаров Грузинской ССР была создана Юго-Осетинская автономная область. Однако автономия Южной Осетии носила во многом номинальный характер. Грузинское руководство проводило здесь ассимиляторскую политику. Различными способами осетин вынуждали в документах изменять свою национальную принадлежность. Осетинские географические названия заменялись вновь изобретенными грузинскими. Под пропагандистскими лозунгами о дружбе народов декларированная автономия южных осетин была превращена в аграрно-сырьевой придаток Грузии. Все показатели социально-экономического развития Южной Осетии хронически оставались ниже, чем по Грузии. В результате уровень жизни в Юго-Осетинской автономной области оказался в 2 - 2,5 раза ниже среднего по Грузинской ССР. Национальная политика Тбилиси активно поощряла ассимиляцию. Численность населения Южной Осетии сократилась с довоенных 107 тысяч человек до 99 тысяч человек в 1989 году. При этом доля осетин в общей численности населения снижалась, а доля грузин увеличивалась. В 1939 году на государственном уровне была совершена очередная попытка насильственной ассимиляции южных осетин - осетинская письменность, до того основывавшаяся на латинском алфавите, в Южной Осетии была переведена на грузинский алфавит, в осетинских школах было введено преподавание на грузинском языке. Кроме того, тоталитарным режимом единая осетинская нация была искусственно разделена на "южных осетин" и "северных осетин". Вплоть до смерти Сталина в паспортах и других документах осетин в графу "национальность" вносилась запись: "южный осетин", "северный осетин". В конце 1980-х годов в Грузии начался подъем националистического движения, сопровождавшийся усилением дискриминации негрузинского населения. Националистическое движение, носившее массовый характер и пользовавшееся поддержкой властей Грузии, выступило за ликвидацию автономных образований в составе Грузинской ССР. В 1989 году в Грузии была принята Государственная программа развития грузинского языка, согласно которой в Южной Осетии принудительно вводилось делопроизводство на грузинском языке. 10 ноября 1989 года, в целях защиты прав Южной Осетии и создания конституционных гарантий автономии, XII сессия двадцатого созыва Совета народных депутатов Юго-Осетинской автономной области приняла решение о повышении статуса автономной области до автономной республики в составе Грузинской ССР. Депутаты также обратились к Президиуму Верховного Совета Грузинской ССР с просьбой рассмотреть это решение. Президиум Верховного Совета Грузинской ССР отменил решение сессии Совета народных депутатов Южной Осетии, признав его неконституционным.
ВТОРОЙ ГЕНОЦИД
23 ноября 1989 года на столицу Южной Осетии город Цхинвал был совершен организованный Звиадом Гамсахурдия поход участников грузинского националистического движения. В первых рядах были руководители Грузинской ССР во главе с первым секретарем ЦК Компартии Грузии Гумбаридзе. Многотысячная колонна демонстрантов (по разным оценкам от 30 до 60 тысяч человек) на более чем 400 автобусах и 3000 легковых машинах со стороны Тбилиси подошла к Цхинвалу. Это мероприятие официальные лица и средства массовой информации Грузии представили как попытку проведения мирного митинга в городе Цхинвале. Однако в числе участников похода на Цхинвал было несколько сотен вооруженных автоматическим оружием боевиков. На защиту родного города встало все мужское население. Не сумев войти в Цхинвал, грузинские боевики обогнули его, взяв в кольцо блокады. Были перекрыты доступы в город, прохожие осетинской национальности захватывались в заложники и подвергались пыткам и издевательствам. Блокада длилась более трех месяцев. За это время 5 человек было убито, более 400 человек получили телесные увечья и ранения, более 2000 человек были изгнаны из родных сел, а их дома были сожжены. Многочисленные обращения населения Южной Осетии к руководству СССР, Съезду народных депутатов СССР дать политико-правовую оценку указанным событиям остались без внимания. В апреле и в июне 1990 года Верховный Совет Грузинской ССР объявил незаконными все юридические акты, принятые после советизации Грузии в 1921 году. Незаконными были также объявлены Законы СССР о разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами федерации и о выходе из состава СССР. В ответ на это XIII, XIV и XV сессии совета народных депутатов Южной Осетии (июнь - сентябрь 1990 г.) приняли пакет решений: Декларацию о суверенитете, о действии Конституции СССР и законов СССР на ее территории, о преобразовании Юго-Осетинской автономной области в республику. 8 ноябре 1990 года к власти в ГССР пришли представители буржуазно-националистических партий и движений. Председателем Верховного Совета ГССР был избран глава объединения "Круглый стол - Свободная Грузия" Звиад Гамсахурдия. В нарушение действующего законодательства, несмотря на то, что истек срок полномочий состава Совета народных депутатов Южной Осетии, Верховный Совет Грузии не стал назначать очередных выборов в Совет народных депутатов Южной Осетии. Тогда Совет народных депутатов Южной Осетии принял решение о проведении выборов 9 декабря 1990 г. В ответ на это грузинское руководство и средства массовой информации начали очередной виток антиосетинской истерии. Выборы и их результаты заранее были объявлены незаконными. 9 декабря 1990 г. состоялись выборы в Верховный Совет Республики Южная Осетия. Многочисленные наблюдатели из других республик СССР свидетельствовали, что они прошли без нарушений, со строгим соблюдением действующего законодательства. 10 декабря 1990 года Верховный Совет Республики Грузия единогласно принял незаконное решение об упразднении Юго-Осетинской автономной области. 11 декабря 1990 года грузинское руководство организовало провокацию на одной из центральных улиц города Цхинвала, в результате чего погибло три человека. Это послужило поводом для введения в городе Цхинвале и Джавском районе чрезвычайного положения и комендантского часа, несмотря на то, что для этого не существовало никаких правовых оснований. В ночь с 5 на 6 января 1991 года руководство Грузии ввело в столицу Южной Осетии подразделения милиции и национальной гвардии Грузии. Они начали производить обыски, аресты, грабежи, убийства осетин, поджоги жилых домов и другие преступные действия. В этих условиях осетинская сторона была вынуждена принять меры к самообороне. Отрядам самообороны удалось вытеснить грузинские войска из Цхинвала, после чего последние начали карательные акции против сельских районов Южной Осетии, не оставляя попыток взять штурмом Цхинвал. 29 января 1991 года Председатель Верховного Совета Юго-Осетинской Советской Республики Торез Кулумбегов был приглашен на переговоры с грузинским руководством в Тбилиси. По прибытии в столицу Грузии, он прямо из Дома Правительства Республики был препровожден в тюрьму, где подвергался пыткам и истязаниям. 1 февраля 1991 года Союз независимых энергетиков Грузии отключил энергоснабжение Южной Осетии. Вследствие этого имелись многочисленные жертвы среди мирного населения. В доме престарелых замерзло несколько десятков стариков, в родильном доме умирали новорожденные младенцы. 23 марта состоялось совместное собрание депутатов Советов Южной Осетии всех уровней, на котором, во исполнение Указа Президента СССР от 7 января был сделан поворот в сторону возврата к статусу автономной области. Образован Комитет по нормализации положения в Южной Осетии. 4 мая 1991 года в ответ на обещание Москвы прекратить геноцид народа Южной Осетии, Собрание депутатов всех уровней Южной Осетии приняло практически единогласно решение об отмене Юго-Осетинской Советской Республики и возвращении к статусу автономной области. Однако грузинские вооруженные силы при попустительстве центрального советского руководства продолжили геноцид осетинского народа. 26 мая 1991 года Президентом Грузии был избран Звиад Гамсахурдия, после чего грузинская агрессия усилилась. 1 сентября 1991 года сессия Совета народных депутатов Южной Осетии отменила решения собрания депутатов всех уровней от 4 мая 1991г. как юридически неправомочные и не приведшие к стабилизации, упразднила неконституционный орган - Собрание депутатов всех уровней, восстановила статус Республики. В результате грузинского террора только с 6 января по 1 сентября 1991 г. было убито 209 человек, ранено 460 мирных жителей, пропало без вести 150 человек (впоследствии выяснилось, что подавляющее большинство из них были убиты грузинскими вооруженными формированиями). 11 октября 1991 года грузинский снайпер убил Виталика Тибилова (2 года 8 месяцев) во дворе детского садика поселка Знаур. 19 января 1992 г. на референдуме народ Южной Осетии практически единогласно проголосовал за провозглашение независимости Южной Осетии и ее воссоединение с Россией. В феврале 1992 года грузинская артиллерия и бронетехника, расположенная вокруг города Цхинвала, начали интенсивные обстрелы жилых кварталов и учебных заведений югоосетинской столицы. Обстрелы продолжались до 13 июля 1992 года. В результате погибли сотни женщин, детей и стариков. Нередко смерть настигала людей на рабочем месте. Однако государственные учреждения, объекты жизнеобеспечения и учебные заведения продолжали функционировать. 8 марта 1992 года в качестве Председателя Госсовета в Грузию вернулся Эдуард Шеварднадзе. Политика Грузии в отношении Южной Осетии не изменилась. Блокада и артобстрелы осетинских населенных пунктов только ужесточились. 20 мая 1992 года было совершено одно из самых чудовищных преступлений против осетинского народа - на Зарской дороге грузинские боевики расстреляли в упор колонну машин, перевозивших беженцев из осажденного Цхинвала - женщин, стариков и детей. На месте убито 36 человек в возрасте от 11 до 76 лет. Незадолго до этого у селения Ередви грузинскими боевиками были заживо похоронены 12 мирных жителей, следовавших на автобусе в Цхинвал. 29 мая 1992 года Верховный Совет Республики Южная Осетия принял Акт о государственной независимости. 24 июня 1992 года в Сочи подписано четырехстороннее российско-грузинско-осетинское (Северная и Южная Осетия) Соглашение о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта. 14 июля 1992 года в Южную Осетию вошли смешанные российско-грузинско-осетинские миротворческие силы. С ноября 1989 года по июль 1992 года в результате агрессии Грузии против Южной Осетии погибло свыше 3 тыс. мирных жителей осетинской национальности, около 300 человек пропало без вести, свыше 40 тысяч человек вынуждены были оставить свои дома и переселиться в Россию, свыше 100 осетинских сел было сожжено.
Десятки лет национального угнетения, вооруженная агрессия, два геноцида осетин Грузией в XX веке показали невозможность обеспечения прав и выживания народа Южной Осетии в составе грузинского государства.
Грузино-осетинский конфликт
Средние века
(начало грузино-осетинского конфликта)
В средние века грузинские правители и отдельные феодалы неоднократно предпринимали попытки покорения южных осетин, которые никогда не признавали над собой власти грузинских правителей. Претензии последних на господство в Южной Осетии основывались лишь на праве меча и не имели под собой легитимной основы, реализуясь лишь в форме грабительских набегов, сопровождавшихся разрушением селений, угоном скота и установлением данничества. Тем не менее, большая часть Южной Осетии сохраняла реальную независимость от Грузии и от феодальных владетелей ее приграничных областей Грузии. Равно Южная Осетия не признавала над собой и власти персидских шахов, в вассальной зависимости, от которых находилась Восточная Грузия вплоть до вхождения в Российскую империю.
В составе Российской Империи
В 1774 году осетины, а в 1801 году и Восточная Грузия вошли в состав Российского государства. Но до 1830 года, когда в горную Осетию были направлены две крупные военные экспедиции для ее покорения, горная зона Южной Осетии оставалась вне сферы контроля царской администрации, хотя номинально считалась владением России. В 1843 году на территории Южной Осетии в составе Тифлисской губернии был образован Осетинский округ, в состав которого входила часть территории современной Российской Федерации; административное управление Осетинским округом осуществлялось Джавским окружным начальником и начальником Горских народов.
После революции 1917 года
После Российской революции 1917 года и распада Российской империи вышедшая из состава России Грузия аннексировала территорию Южной Осетии против воли ее народа. Договор от 7 мая 1920 года между Россией и Грузией признал для всех народов бывшего кавказского наместничества право на самоопределение вплоть до образования самостоятельного государства. Именно признание этого права и позволило самой Грузии стать независимым и суверенным государством. Однако, новообразованная Грузинская Демократическая Республика, спустя десять дней после подписания этого договора, совершила вторжение в Южную Осетию, в результате чего погибло свыше 18 тысяч человек, более 50 тысяч были вынуждены бежать в Северную Осетию. В ноте Народного комиссара иностранных дел РСФСР Георгий Чичерина меньшевистскому правительству Грузии о 17 мая 1920 года говорилось: "... мы с тревогой узнали, что в Южную Осетию, где провозглашена Советская Республика, направлены для уничтожения таковой власти грузинские войска. Мы настаиваем, если это верно, отозвать свои войска из Осетии, ибо считаем, что Осетия должна иметь у себя ту власть, которую она хочет. Вмешательство Грузии в дела Осетии было бы ничем не оправдываемым вмешательством в чужие внутренние дела...".
Советский период
После установления Советской власти в Грузии Южная Осетия была волевым путем передана в состав Грузии, а затем, 20 апреля 1922 года Декретом ВЦИК и Совета Народных Комиссаров Грузинской ССР по национально-государственному размежеванию Закавказья была создана Юго-Осетинская автономная область. Однако автономия Южной Осетии носила во многом номинальный характер. Грузинское руководство проводило здесь ассимиляторскую политику. Различными способами осетин вынуждали в документах изменять свою национальную принадлежность. Проводилась даже топонимическая "агрессия" - осетинские географические названия заменялись вновь изобретенными грузинскими. Под пропагандистскими лозунгами о дружбе народов, декларированная автономия южных осетин была превращена в аграрно-сырьевой придаток Грузии. Все показатели социально-экономического развития Южной Осетии хронически оставались ниже, чем по Грузии. В результате уровень жизни в Юго-Осетинской автономной области оказался в 2 - 2,5 раза ниже средне республиканского по Грузинской ССР. Национальная политика Тбилиси активно поощряла ассимиляцию. Численность населения Южной Осетии неуклонно сокращалась, как за счет увеличения миграции, так и за счет снижения рождаемости. С довоенных 107 тысяч человек оно сократилось до 99 тысяч человек в 1989 году. При этом доля осетин в общей численности населения снижалась, а доля грузин увеличивалась. В 1939 году на государственном уровне была совершена очередная попытка насильственной ассимиляции южных осетин - осетинская письменность, доселе основывавшаяся на латинском алфавите, в Южной Осетии была переведена на грузинский алфавит, в осетинских школах было введено преподавание на грузинском языке. В то же время осетинская письменность в Северной Осетии была переведена на русскую основу. Таким образом, осетины, проживающие на Севере, не имели возможности переписываться со своими соотечественниками на Юге на родном языке. Кроме того, тоталитарным режимом единая осетинская нация была искусственно разделена на две так называемые "нации" - "южные осетины" и "северные осетины". В паспортах и других документах в графе "национальность" так и писали: "южный осетин", "северный осетин". Это прекратилось только со смертью Сталина. В конце 1980-х годов в Грузии начался подъем националистического движения, сопровождавшийся усилением дискриминации негрузинского населения. Националистическое движение, носившее массовый характер и пользовавшееся поддержкой властей Грузии, выступило за ликвидацию автономных образований в составе Грузинской ССР. В 1989 году в Грузии была принята Государственная программа развития грузинского языка, согласно которой в Южной Осетии принудительно вводилось делопроизводство на грузинском языке. 10 ноября 1989 года, в целях защиты прав Южной Осетии и создания конституционных гарантий автономии XII сессия двадцатого созыва Совета народных депутатов Юго-Осетинской автономной области приняла решение о преобразовании автономной области в автономную республику в составе Грузинской ССР. Депутаты также обратились к Президиуму Верховного Совета Грузинской ССР с просьбой рассмотреть это решение. Президиум Верховного Совета Грузинской ССР отменил решение сессии Совета народных депутатов Южной Осетии, признав его неконституционным. Первая попытка геноцида в наши дни 23 ноября 1989 года на столицу Южной Осетии город Цхинвал был совершен организованный Звиадом Гамсахурдия поход экстремистски настроенных участников грузинского националистического движения. В первых рядах были руководители Грузинской ССР во главе с первым секретарем ЦК Компартии Грузии Гиви Гумбаридзе. Многотысячная колонна демонстрантов (по разным оценкам от 30 до 60 тысяч человек) на более чем 400 автобусах и машинах из Тбилиси и других мест Грузии подошли к Цхинвалу. Это мероприятие официальные лица и средства массовой информации Грузии представили как попытку проведения мирного митинга в городе Цхинвале. Однако в числе участников похода на Цхинвал было несколько сот вооруженных автоматическим стрелковым оружием боевиков. На защиту родного города встало 42 человека, к которым через несколько часов присоединилось все мужское население. Не сумев войти в Цхинвал, грузинские боевики обогнули его, взяв в кольцо блокады. Были перекрыты доступы в город, путники осетинской национальности захватывались в заложники и подвергались изощренным пыткам и издевательствам. Это продолжалось четыре месяца. Более 400 человек получили телесные увечья и ранения, 6 убиты.
1990
Почему провозглашение независимости Республики Южная Осетия не является антизаконным В апреле 1990 года на внеочередной XIII сессии Верховного Совета Грузинской ССР и в июне 1990 года на внеочередной XIV сессии Верховного Совета Грузинской ССР были признаны незаконными все юридические акты, принятые после советизации Грузии, произошедшей 1921 году. Незаконными были также объявлены Законы СССР о разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами федерации и о выходе из состава СССР. В ответ на это XIII, XIV и XV сессии совета народных депутатов Южной Осетии (сентябрь - июнь 1990 года) приняли пакет решений: Декларацию о суверенитете, о действии Конституции СССР и законов СССР на ее территории, о преобразовании Юго-Осетинской автономной области в республику. То есть, Грузия вернулась в то правовое пространство, которое существовало до вхождения Южной Осетии в состав Грузии. Значит, с этого момента Южная Осетия перестала быть частью Грузии, и все претензии последней на ее территорию являются незаконными даже с точки зрения законодательства самой Грузии. В ноябре 1990 года к власти в ГССР пришли представители буржуазно-националистических партий и движений. Председателем Верховного Совета ГССР был избран Председатель Хельсинкской группы Грузии, глава объединения "Круглый стол - Свободная Грузия" Звиад Гамсахурдия. Эскалация напряженности В нарушение действующего законодательства, несмотря на то, что истек срок полномочий состава Совета народных депутатов Южной Осетии, Верховный Совет Грузии не стал назначать очередных выборов в Совет народных депутатов Южной Осетии. Тогда Совет народных депутатов Южной Осетии принял решение о проведении выборов 9 декабря 1990 года. В ответ на это грузинское руководство и средства массовой информации начали очередной виток антиосетинской истерии в республике. Выборы и их результаты заранее были объявлены незаконными. 9 декабря 1990 года состоялись выборы в Верховный Совет Республики Южная Осетия. Многочисленные наблюдатели из других республик СССР свидетельствовали, что они прошли без нарушений, со строгим соблюдением действующего законодательства. 10 декабря 1990 года Верховный Совет Республики Грузия единогласно принял незаконное решение об упразднении Юго-Осетинской автономной области. 11 декабря 1990 года грузинское руководство организовало провокацию на одной из центральных улиц города Цхинвала, в результате чего погибло три человека и ранено два. Это послужило поводом для введения в городе Цхинвале и Джавском (ныне - Дзауский) районе чрезвычайного положения и комендантского часа, несмотря на то, что для этого не существовало никаких правовых оснований.
1991
В ночь с 5 на 6 января 1991 года руководство Грузии без уведомления властей Южной Осетии ввело в столицу Южной Осетии подразделения милиции и национальной гвардии Грузии. Они начали производить обыски, аресты, убийства людей, грабежи, поджоги жилых домов и другие преступные действия по отношению к лицам осетинской национальности совершались ими с поощрения грузинских властей и молчаливого согласия союзных властей. В этих условиях осетинская сторона была вынуждена принять меры к самообороне. Отрядам самообороны удалось вытеснить грузинские войска из Цхинвала, после чего последние начали карательные акции против сельских районов Южной Осетии, не оставляя попыток взять штурмом Цхинвал. Вооруженное сопротивление грузинским бандформированиям и подразделениям грузинской гвардии продолжалось до 14 июля 1992 г. (см. ниже), когда в зону конфликта были введены смешанные российско-грузинско-осетинские миротворческие силы. 29 января 1991 года Председатель Верховного Совета Юго-Осетинской Советской Республики Торез Кулумбегов был приглашен на переговоры с грузинским руководством в Тбилиси. По прибытии в столицу Грузии, он прямо из Дома Правительства Республики был препровожден в тюрьму, где подвергался пыткам и истязаниям. 1 февраля 1991 года Союз независимых энергетиков Грузии отключил энергоснабжение Южной Осетии. Вследствие этого имелись многочисленные жертвы среди мирного населения. В доме престарелых замерзло несколько десятков стариков, в родильном доме, едва родившись, умирали дети. 23 марта состоялось совместное собрание депутатов Советов Южной Осетии всех уровней, на котором, во исполнение Указа Президента СССР от 7 января был сделан поворот в сторону возврата к статусу автономной области. Образован Комитет по нормализации положения в Южной Осетии. 29 апреля 1991 года - в Южной Осетии произошло мощное землетрясение силой 7-8 баллов, в результате которого имелись человеческие жертвы среди сельского населения. 4 мая 1991 года в ответ на мотивирование карательных операций против мирного населения Южной Осетии провозглашением Республики, и обещание Москвы прекратить геноцид народа Южной Осетии, Собрание депутатов всех уровней Южной Осетии приняло единогласное, не считая 1 голоса против, решение об отмене Юго-Осетинской Советской Республики и возвращении к статусу автономной области. Однако грузинские вооруженные силы при попустительстве центрального советского руководства продолжают геноцид осетинского народа. 26 мая 1991 года прошли выборы Президента Грузии. Им стал Председатель Верховного Совета Грузии Звиад Гамсахурдиа. 4 июня 1991 года в Южной Осетии произошло еще более сильное землетрясение, которое разрушило административный центр Дзауского района - поселок Дзау, где погибли десятки жителей. Однако большинство населения спаслось, так как собрались на объявленный на это время массовый митинг протеста против геноцида осетинского народа. Поглощено земл+й вместе с более 40 жителями высокогорное селение Хахет, на месте которого образовалось глубокое озеро. 8 июня 1991 года число сожженных осетинских сел достигло 70. 1 сентября 1991 года сессия Совета народных депутатов Южной Осетии отменила решения собрания депутатов всех уровней от 4 мая 1991 года как юридически неправомочные и не приведшие к стабилизации и упразднила неконституционный орган - Собрание депутатов всех уровней и восстановила статус Республики. Она получает название Республика Южная Осетия. Число жертв грузинского террора с 6.01.91. по 1.09.91 достигло 209 человек, ранено 460 мирных жителей, пропало без вести 150 человек (впоследствии выяснилось, что подавляющее большинство из них были убиты грузинскими национал экстремистскими вооруженными формированиями). 11 октября 1991 года грузинский снайпер убил Виталика Тибилова (2 года 8 месяцев) во дворе детского садика поселка Знаур. 29 декабря 1991 года Председатель Верховного Совета Южной Осетии Торез Кулумбегов был освобожден из грузинской тюрьмы и на вертолете переправлен на Родину.
1992
19 января 1992 года Референдум о независимости Республики Южная Осетия. Свыше 98% принявших участие в голосовании высказались за независимость Южной Осетии. В феврале 1992 года грузинская артиллерия и бронетехника, расположенная вокруг города Цхинвала, начали интенсивные обстрелы жилых кварталов и учебных заведений югоосетинской столицы. Обстрелы продолжались до 13 июля 1992 года. В результате погибли сотни женщин, детей и стариков. Нередко смерть настигает людей на рабочем месте. Однако государственные учреждения, объекты жизнеобеспечения и учебные заведения продолжают функционировать. 8 марта 1992 года в качестве Председателя Госсовета в Грузию вернулся Эдуард Шеварднадзе. Политика Грузии в отношении Южной Осетии не изменилась. Блокада и еженощные обстрелы осетинских населенных пунктов Южной Осетии ужесточились. Геноцид осетинского народа возобновился с еще большей силой. 20 мая 1992 года близ осетинского селения Зар грузинские боевики расстреляли в упор колонну женщин, стариков и детей из числа мирных жителей, направлявшуюся по объездной дороге Цхинвал - Дзау в Северную Осетию. На месте убито 36 человек в возрасте от 11 до 76 лет. 29 мая 1992 года Верховный Совет Республики Южная Осетия принял Акт о государственной независимости. 24 июня 1992 года в Сочи подписано четырехстороннее российско-грузинско-осетинское (Северная и Южная Осетия) Соглашение о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта. 14 июля 1992 года в Южную Осетию вошли смешанные российско-грузинско-осетинские миротворческие силы. С ноября 1989 года по июль 1992 года, в результате агрессии Грузии против Южной Осетии погибло свыше 3 тыс. мирных жителей осетинской национальности, около 300 человек пропало без вести, свыше 40 тысяч человек вынуждены были оставить свои дома и переселиться в Россию; свыше 100 осетинских сел сожжено, разграблены или уничтожены оборудование всех заводов и фабрик на территории Южной Осетии, взорваны мосты. Десятки лет национального угнетения, вооруженная агрессия Грузии против Южной Осетии, два геноцида осетин Грузией за последние 70 лет показали невозможность обеспечения прав и выживания народа Южной Осетии в составе грузинского государства. Послевоенное государственное строительство 26 августа 1992 года Верховный Совет Гагаузской республики признал Республику Южная Осетия. 31 августа 1992 года - принятие Меморандума о границах Республики Южная Осетия.
1993
2 февраля 1993 года - принятие концепции социально-экономической и культурной интеграции Севера и Юга Осетии. 6 марта 1993 г. Верховный Совет Северо-Осетинской ССР признал Республику Южная Осетия. Октябрь 1993 года Верховный Совет Республики Южная Осетия принял отставку своего Председателя Тореза Кулумбегова. Председателем Верховного Совета Республики Южная Осетия - руководителем страны - стал ректор Юго-Осетинского государственного педагогического института доктор исторических наук, профессор Людвиг Алексеевич Чибиров. 2 ноября 1993 года очередная сессия Верховного Совета приняла Конституцию Республики Южная Осетия. Этот день является Днем Конституции Республики Южная Осетия.
1994
27 марта 1994 года состоялись выборы в Парламент Республики Южная Осетия. Большинство голосов избирателей получили кандидаты от Коммунистической партии. 5 мая 1995 года был принят Государственный Гимн Республики Южная Осетия.
От войны - к миру
30 октября 1995 года - начало переговорного процесса между Республикой Южная Осетия и Республикой Грузия. 16 мая 1996 года Председатель Верховного Совета Республики Южная Осетия Л. Чибиров и Президент Республики Грузия Э. Шеварднадзе подписали в Москве Меморандум о мерах по обеспечению безопасности и укреплению взаимного доверия между сторонами в грузино-осетинском конфликте. Этот документ имеет очень большое значение в деле мирного разрешения конфликта, так как закрепляет отказ сторон от применения силы или угрозы ее применения для достижения своих целей. 27 августа 1996 года - первая официальная встреча Чибирова и Шеварднадзе в городе Владикавказе. 10 ноября 1996 года состоялись первые в истории Южной Осетии выборы Президента Республики. 4-5 марта 1997 года - начало полномасштабных переговоров по мирному урегулированию конфликта между Республикой Южная Осетия и Грузией.
К этнопсихологическому аспекту грузино-осетинского конфликта
В основе любого межнационального конфликта лежит целый клубок экономических и политических противоречий. Однако интенсивность и формы развития конфликта зависят не только от этих факторов. Межнациональный конфликт, как правило, имеет определенные исторические, социальные и психологические корни. Чтобы приостановить конфликт, нужны, несомненно, политические и социально-экономические мероприятия. Для исчерпывающего разрешения конфликта необходимо устранить все его причины, но прежде всего - психологические. Позволю себе высказать убеждение, что именно этот аспект конфликта является наиболее деликатным и в то же время - наиболее сложным. Разрушить этнические стереотипы, складывающиеся на протяжении столетий, оказывается подчас задачей более трудной, чем принятие политических решений лидерами конфликтующих сторон. Политические решения способны приостановить конфликт, перевести его в латентное состояние, но не завершить окончательно.
Психологическая неприязнь к противоположной стороне является благодатной почвой для возобновления конфликта при первой же благоприятствующей возможности. Не имея в виду обозреть данную проблему на широком фоне, я попытаюсь привлечь ваше внимание к некоторым аспектам социально-психологической стороны грузино-осетинского конфликта.
Грузино-осетинский конфликт, как и любой другой межэтнический конфликт, сопровождался жестким идеологическим противостоянием. Я остановлюсь на некоторых этнических стереотипах, а также - на попытках привлечь историю в качестве одного из аргументов в решении грузино-осетинских противоречий. Начну с последнего.
Наиболее частым в посвященных осетинской проблеме исторических изысканиях грузинских ученых, является мотив пришлости (неавтохтонности) южных осетин на территории их нынешнего проживания. Этот же мотив с различными вариациями встречается в посвященных абхазской проблеме работах современных грузинских ученых. Осетинские и абхазские ученые, в свою очередь, пытаются доказать историческое право своих народов на занимаемую ими территорию. Политическая подоплека подобных изысканий не вызывает сомнений, однако позволю себе обратить внимание на два следующих обстоятельства.
Первое. Хорошо известно, что в странах западной демократии "исторический аргумент" не играет решающей роли в межэтнических конфликтах и вообще во взаимоотношениях западных стран. Считается, что земля принадлежит тому народу, который на ней проживает.
Одно из коренных отличий этноконфликтов на Кавказе заключается в диаметрально противоположном подходе к "историческому аргументу". Здесь считается, что истинным хозяином земли является тот, кто здесь поселился раньше. С помощью определенных манипуляций с историческими данными можно доказать приоритет своего народа, и тем самым изменить геополитическую ситуацию в свою пользу. Ничто не предвещает того, что в скором будущем такой подход к истории будет оставлен в стороне.
Второе. Грузины - народ с древней и относительно богатой письменностью. Свод грузинских хроник под названием "Картлис цховреба", наряду с так называемой "Армянской географией" (VII в. н.э.) являются едва ли не единственными историческими сочинениями, в которых более или менее подробно освещены исторические судьбы большинства современных народов Кавказа. Осетины же, как и абхазы, являются народами младописьменными и весь их исторический опыт сосредоточен в их языке, фольклоре и этнографии, историческая ценность которых, разумеется, несопоставима с ценностью нарративных источников.
Осетинские и абхазские ученые в своих исторических изысканиях, естественно, обращаются и к грузинским, и к армянским, и к античным источникам, однако проблема в том, что выводы, к которым они приходят, полностью противоречат выводам их грузинских коллег. Воистину, трудно себе представить другую область гуманитарной науки, в которой одни и те же источники порождали бы столь разные и взаимоисключающие выводы. В этом, пожалуй, заключается еще одна особенность идеологического противостояния на Кавказе. Причем, существует негласное убеждение, что лучшими знатоками грузинских хроник могут быть только грузинские, но никак не осетинские или абхазские исследователи. Таким образом, судьба спорных исторических вопросов оказывается заранее предрешенной.
Как выйти из этой ситуации? Проще всего было бы объявить мораторий на любые разработки и публикации в области истории грузино-осетинских взаимоотношений. Можно даже попытаться развернуть пропагандистскую машину в обратном направлении и поставить ей задачу воспевать многовековую дружбу осетинского и грузинского народов. Такая политика частично уже проводится и она, несомненно, приносит положительные плоды. Однако, во-первых, в условиях свободы слова государственный аппарат не в состоянии контролировать деятельность независимых средств массовой информации, поэтому негативная информация нет-нет да и находит дорогу на страницы печати. Во-вторых, при таком подходе главная задача остается нерешенной, поэтому в любое время можно ожидать даже рецидивов "холодной войны". Проблема заключается в том, чтобы освободить историографию от груза политических амбиций и конъюнктурных установок, а политику - от исторических аргументов негативного содержания.
Задача эта не столь уж невыполнимая. Следует вспомнить о положительных опытах в деле изучения исторических взаимоотношений грузинского и осетинского народов. Научная объективность таких ученых как В.И. Абаев, Г.С. Ахвледиани, М.К. Андроникашвили, А.И. Робакидзе и некоторых других не вызывает сомнений даже у самых взыскательных критиков. Не отягощенные политическими и околонаучными интересами, эти ученые стремились создать объективную картину взаимоотношений двух народов. И если даже порой мы находим у них определенные неточности и ошибки, то при этом не возникает и тени сомнения относительно природы этих ошибок - их можно объяснять как угодно, но только не стремлением подыграть своему народу.
К сожалению, в периоды обострения межнациональных конфликтов голоса серьезных и объективных ученых бывают заглушены выступлениями других, как правило, - менее профессиональных и менее объективных ученых. Для нормализации грузино-осетинских взаимоотношений в области идеологии необходимо вернуться к разработкам и идеям названных выше ученых. Не помешало бы в связи с этим переиздать осетиноведческие труды Г.С. Ахвледиани, давно ставшие библиографической редкостью, а также издать в русском переводе труды М.К. Андроникашвили. Это поставило бы барьер на пути современного исторического мифотворчества.
Сложнее обстоит дело с этническими стереотипами. Они глубоко укоренились в сознании грузинского и осетинского народов и являются питательной средой для националистически настроенной части интеллигенции. Их изучением, к сожалению, мало кто занимается, хотя совершенно очевидно, что они имеют прямое влияние на психологический климат в зоне конфликта. Мне уже приходилось писать об этнических стереотипах осетин, ссылаясь на данные фольклора и художественной литературы. Вот некоторые результаты этого исследования.
Осетины считают, что грузины недоброжелательны по отношению к ним. Считается также, что грузины пытаются ассимилировать осетин, прогнать их с насиженных мест, завладеть их землей и имуществом, присвоить себе осетинскую культуру и историю (буквально "славу предков осетин") и т.д. В подтверждение этих и подобных утверждений обычно ссылаются на исторические предания, притчи, пословицы, поговорки.
Любопытно при этом отметить, что когда речь заходит о виновниках тех бед, которые выпали на долю осетинского народа, то на первом и втором местах называются предки осетин и современные политические лидеры, а уже на третьем месте - грузины. Излишне утверждать, что перечисленные оценки носят субъективный характер. Более того, не все они возникли в результате грузино-осетинского конфликта. Позволю себе подробнее остановиться на последнем блоке стереотипов.
Претензии осетин к предкам появились, скорее всего, в ХХ веке в связи с внедрением в массовое сознание мысли о былом величии предков осетин - скифо-самато-аланских племен, владевших, якобы, всем Кавказом, а также территорией от Дуная до Алтая. Сопоставление реальных и мнимых аланских и скифо-сарматских земель с современной территорией Осетии породило представление о беспечности предков, нисколько не позаботившихся о благополучии и благосостоянии своих потомков. Впоследствии, в связи с известными событиями 20-х и 90-х годов ХХ века, когда часть южных осетин вынуждена была покинуть родину и поселиться на Северном Кавказе, претензии к предкам оформились окончательно. Оказывается, предки осетин виноваты в том, что их потомки живут в горах, а не на равнине, они же виноваты в том, что не оставили памятников письма, из которых прямо следовало бы право осетин на их нынешнюю территорию; виноваты они и в том, что этой территории так мало; виноваты также в том, что их потомки живут в окружении недружелюбно настроенных соседей.
Вариацией на эту же тему являются претензии, предъявляемые к известным историческим деятелям осетинского происхождения. Так, мужу грузинской царицы Тамары (XII-XIII вв.) осетинскому царевичу Давиду-Сослану предъявлено обвинение в том, что он усердно расширял пределы Грузии, но ничуть не позаботился о расширении границ родной Осетии. Это обвинение впервые сформулировано классиком осетинской литературы Сека Гадиевым (1855-1915 гг.) в статье, написанной в самом начале ХХ века; с тех пор оно неотступно следует за ним, так, будто Давид-Сослан присягнул на верность Осетии, но затем нарушил присягу.
Все это является следствием развивающегося у осетин комплекса неполноценности. Неудивительно, что последние годы отмечены небывалым всплеском паранаучной литературы, создатели которой, пытаясь преодолеть отмеченный комплекс, внушают массовому читателю мысль о культурном, политическом и военном превосходстве предков осетин над соседними народами. К благам древнеосетинской цивилизации были приобщены не только кавказские, но и другие народы. Оказывается, в основе всех мировых религий (христианства, ислама, буддизма и зороастризма) лежит древнеосетинская монотеистическая религия.
Следующая позиция в разбираемом блоке стереотипов касается ответственности политических лидеров народа, включая руководителей советской эпохи. Многим из них вменяются в вину вполне конкретные "провинности", как, например, сдача Грузии той или иной части этнической территории. Практически все без исключения политические лидеры Осетии виноваты так же и в других бедах осетин. Это касается и разобщенности народа, и полунищенского существования подавляющей его части, и неудач во взаимоотношениях с грузинами и ингушами, и многого другого. Из всех известных современному осетину лидеров Осетии один лишь легендарный Ос-Багатар в памятниках осетинского фольклора заслужил добрые слова в свой адрес. При этом легендарному предку вменяется в заслугу именно то, в чем наиболе часто обвиняют нынешнее поколение руководителей Осетии: это - "собрание" осетинских земель, укрепление границ Осетии, объединение всего народа в один кулак.
Причины столь критического отношения осетин к политическим лидерам кроются, на мой взгляд, не столько в их действительных недостатках или политических просчетах, сколько в традиции, уходящей корнями в глубокую древность. На память приходит притча о святом Йомере, рассказанная известным турецким сатириком Азизом Несином.
Йомер был халифом. Однажды ночью он бродил по улицам Медины в надежде узнать, как живет народ. Из одного полуразрушенного дома доносились голоса плачущих детей и Йомер решил зайти в этот дом. Вид голодных и плачущих детей потряс халифа, однако слова, исторгнутые из груди отчаявшейся матери, привели его в полное смятение. Не подозревая о том, кто стоит перед нею, несчастная женщина принялась проклинать Йомера, обвиняя его во всех своих бедах: "Раз он халиф, - значит он и виноват".
Традиция взваливать на правителя вину за все мыслимые беды прослеживается во всех архаических обществах. По словам Дж. Фрэзера, изучившего данный вопрос на обширном этнографическом материале, правитель несет ответственность даже "за рост посевов и за погодные условия". Следовательно, в попытках современных осетин обвинить во всех смертных грехах, в том числе и в неудачах во взаимоотношениях с соседними народами, именно политических или социальных лидеров нет ничего неожиданного.
Полезно сравнить суть этих обвинений с теми, которые осетины, по крайней мере южные, предъявляют грузинской стороне. Грузины, в отличие от "беспечных" предков и политических лидеров Осетии, повинны не в судьбе осетинского народа в целом, а в конкретных фактах из истории осетинского народа. Так, если говорится об изгнании осетин с места их постоянного проживания, то называется конкретное село или район, из которого они были изгнаны, а если говорится об ассимиляции осетин грузинами, то называются конкретные фамилии или семьи, которые стали "ренегатами".
Подобные стереотипы существуют, несомненно, и в Грузии. Их воздействие на политическую обстановку в зоне конфликта обычно усиливается с помощью пропагандистской машины. Именно благодаря этому исторические мифы и этнические стереотипы овладевают умами масс, вытесняя из них все положительное.
Можно ли добиться того, чтобы историческое прошлое не довлело над сознанием масс и чтобы оно перестало быть определяющим фактором в их отношениях с соседним народом? Ведь не секрет, что конфликтующие стороны вспоминают об историческом прошлом не только с целью отстоять свое право на данную территорию, но очень часто и с целью напомнить соседям о старых обидах, - с тем, чтобы попытаться взять реванш за неудачи прошлых лет. Такая мотивация конфликта имеет место лишь в тех случаях, когда обиды на соседей держатся в народной памяти и передаются участникам конфликта через фольклор, а не через письменные источники. Речь идет, как правило, об обидах, нанесенных в недавнем прошлом, то есть в течение последних столетий.
О старых обидах, нанесенных друг другу в эпоху, именуемую в этнографической литературе термином "oсоба", вспоминали и осетины, и грузины. Мысль поквитаться с соседями не стала элементом идеологии политических партий и движений, однако она двигала частью населения, проживающего в зоне конфликта. Характерно, что в середине 90-х годов в Грузии и Осетии, независимо друг от друга, были опубликованы статьи, авторы которых пытались разобраться в сути данного явления.
В советское время в Южной Осетии было наложено табу на всякие упоминания об этом. Показательно, что даже этнографический очерк К. Хетагурова (1859-1906 гг.), озаглавленный автором словом "Oсоба", и переизданный после его смерти в Южной Осетии, по воле издателей был переименован в "Быт горных осетин" (Сталинири, 1939 г.). Однако в памяти обоих народов, особенно той их части, которая проживает в контактной зоне, отчетливо сохранились воспоминания об этом страшном явлении.
Как быть с этой памятью и как заставить два соседних народа забыть о тех страницах своего прошлого? Попытаться ли снова наложить запрет на упоминание о них или же стоит предпринять какие-то другие шаги?
Не претендуя на истину в последней инстанции, я рискну высказать предположение, что в данном случае лучше говорить правду, чем замалчивать сам факт. Замалчивая правду, мы даем возможность недобросовестным интерпретаторам и просто провокаторам окрашивать факты в сугубо мрачные тона и в таком виде внедрять их в массовое сознание. Рассказать же правду не означает подстрекнуть два народа к новому противостоянию. Ведь взаимоотношения, скажем, французов и англичан или французов и немцев, или немцев и русских тоже не всегда были безоблачными, однако каждый из этих народов знает правду о своем прошлом, что не мешает их мирному сосуществованию.
Но что значит рассказать правду? Ведь у каждого народа своя правда. Действительно, oсоба - это историческое явление эпохи позднего средневековья, не поддающееся однозначному определению, так как два участника этого явления - осетины и грузины - представляли его себе по разному. Для первых oсоба - это борьба за выживание, а для вторых - бич, избавиться от которого не было никакой возможности.
Если поставить перед собой задачу разжечь страсти, то можно долго перечислять голые факты той трагической эпохи. Если же пытаться урегулировать взаимоотношения двух народов, то важны будут не столько сами факты, сколько их интерпретация.
Страсти по поводу эпохи oсоба разгораются именно по той причине, что до сих пор наука не сформировала и не обнародовала конкретные социально-экономические и политические причины, породившие и питавшие это явление. Такое положение приводит к превратному представлению как о сторонах, участвовавших в этом конфликте, так и о методах, которыми они достигали своих целей.
Повторяю, что в этом явлении не было ничего хорошего, однако у любого явления бывают свои порождающие его причины, вскрыть и проанализировать которые необходимо для возможно более объективного освещения исторического прошлого двух народов. Пока этого нет и восприятие событий тех далеких лет остается на уровне эмоций, которые при благоприятствующих условиях легко могут перерасти в агрессию.
Обычно осетинские ученые описывают события той эпохи с позиций осетинской стороны, а грузинские - с позиций грузинской стороны. Надо ли доказывать, что подобный подход ущербен и не отвечает ни требованиям науки, ни целям мирной политики.
Что же явилось причиной, породившей такое явление, как oсоба? На мой взгляд - это экономический упадок, в который пришли народы Закавказья в постмонгольскую эпоху. Оказавшись в этой ситуации, каждый народ пытался выйти из кризиса доступными ему средствами. Для осетин это были систематические набеги в Грузию, а для грузинских феодалов - обложение южных осетин непосильной данью. В результате и возник конфликт, последствия которого и ныне ощущают на себе представители обоих народов.
Но если известно, что oсоба на практике означала систему набегов в Грузию, и если в научной работе, посвященной этому явлению, нет ничего, кроме упоминания этого факта, то перед нами всего лишь часть правды, не дающая возможности составить объективное представление о предмете исследования. Без упоминания о том, что рассматриваемые набеги обычно следовали за походами феодалов в горные селения за данью, описываемые события не могут претендовать на объективность.
Национальному менталитету кавказских народов не свойственно признавать свои ошибки и тем более каяться в них. Я никого не призываю к покаянию, однако уверен, что правильная оценка грузино-осетинских взаимоотношений возможна только в том случае, если мы признаем, что они не всегда были мирными и не всегда отвечали требованиям общечеловеческой морали. Признав это, мы имеем шанс попрощаться с прошлым.
Движение к миру каждый из нас должен начать с наведения порядка в своей душе и в своем доме.
Юрий Дзицойта
К проблеме воссоединения Южной Осетии с Северной Осетией: история и современность
В октябре 2004 года исполнилось 230 лет со дня проведения русско-осетинских переговоров, которые юридически оформили добровольное вхождение Осетии в состав России. Безусловно, это знаменательная дата в истории осетинского народа, ведь она способствовала не только его сохранению, но и открывала новые возможности для его развития во многих сферах общественно-политической и культурной жизни.
Мы считаем обоснованным утверждение, что до подписания данного договора Осетия была единым национально-территориальным образованием, не входящим в состав какого-либо другого государства или национальной территории другого народа. Ведь недаром еще осенью 1746 г. при запросе Сената к Коллегии Иностранных Дел о том, не будет ли принятие в подданство осетин "противно постановленным с Портою Оттоманскою или с Персией мирным трактатам", руководитель Коллегии Бестужев-Рюмин ответил: "Уже сведомо, что оный осетинский народ, разный по уездам званиями, именующийся и в Кавказских горах между обеими Кабардами в приграничности к Грузии живущий, вольный есть и ни у кого в подданстве не состоящий"1. Бестужев-Рюмин оставался последовательным в отношении Осетии. В рапорте правительству им сообщалось, что Коллегия Иностранных Дел располагает об Осетии, о ее внешнеполитическом положении достаточными сведениями. Также напоминалось о том, что после захвата Грузии Турцией и Персией и "разделение оной между ними осетинский народ в своей вольности остался. И потому о том народе, яко вольном и никому не подлежащим, в постановленных у российской империи с Оттоманскою Портою и Персиею мирных трактатах ничего не упоминается".2
На сегодняшний день мало кто задумывается над тем, когда появились определения "Южная Осетия" и "Северная Осетия". По отношению к кому, какому государству или стране они расположились? Может быть, по отношению друг к другу? В таком случае, не логичнее ли было бы обозначать их как "Юг и Север Осетии"?
Народ настолько привык к такому делению, что невольно стал возникать вопрос: "А что общего между Северной и Южной Осетией?". Странно, что подобный вопрос имеет место быть. И, наверное, это не случайно. Вероятность того, что оторванность друг от друга существует не только благодаря Кавказскому хребту (долгие годы он считался одной из основных причин невозможности объединения Осетии), очень велика.
В наш современный век народ Осетии Кавказский хребет уже преодолел, а единства как не было, так и нет. Слово "объединение" с 1925 г. постепенно перестало фигурировать в официальных документах, жизнь Южной Осетии более не освещалась на страницах периодической печати Северной Осетии. Ни регулярные рубрики газеты "Растдзинад" - "Новости из республик, краев и областей", "Нити дружбы", "От Рока до Моздока" (название рубрики уже указывает на то, что начинать следовало бы с новостей из Южной Осетии), - ни совместный номер газеты на страницах "Социалистической Осетии" не несли информации из Южной Осетии. Спрашивается: почему? Не является ли результатом таких взаимоотношений тот информационный голод, который осетинский народ испытал в конце 1989-начале 1990 гг.?
Но подобное явление наблюдалось не всегда. Об этом можно судить по сохранившимся до наших дней архивным документам и прессе прошлого века. Так, например, в 1905 г. газета "Кавказ" в рубрике "Новости Осетии" писала о том, что 30 июля 1905 г. в селении Алагир с разрешения епископа было проведено собрание духовенства Северной Осетии Владикавказской епархии. На этом собрании было заявлено, что "справедливо соединить церкви Северной Осетии с церквями Южной Осетии, образовав из них одно епископство, дабы тем восстановить утраченную самостоятельность осетинской церкви".3
Эту же проблему обсуждали и на первом съезде делегатов Южной и Северной Осетии, состоявшемся в городе Владикавказ 15-21 июля 1917 г. На заседании съезда от 19 июля был заслушан доклад протоирея отца Христофора Джиоева о религиозном объединении христиан Южной и Северной Осетии. По данному вопросу съезд вынес постановление "…объединить все приходы Северной и Южной Осетии и образовать их них самостоятельную осетинскую епархию для улучшения религиозно-нравственной жизни осетин".4
Говорят, что горе объединяет людей. Страдания и боль, выпавшие на долю Южной Осетии в 1918-1920 гг., находили глубокое сочувствие в сердцах их северных братьев. Об этом можно судить по публикациям газетных материалов тех лет, таких как, например, "Горская жизнь"(1920) - "Трагедия Юго-Осетии", "Горская беднота"(1920) - "Страдания распятого народа", "До чего дошли озверелые меньшевики?", "Шовинизм торжествует", "Правда о грузинских палачах". Если во всех выше названных публикациях поменять даты и фамилии, то создается впечатление, будто речь идет о событиях осени 1989 по 1992 гг.
Небезынтересен тот факт, что единственная газета горских народов в 1917-1918 гг. "Горская жизнь", редактируемая Е. Бритаевым, публиковала информацию из Кабарды, Дагестана, Чечни, Ингушетии, Абхазии, Северной и Южной Осетии. Причем, в отношении последних основной темой публикаций была проблема объединения Осетии: "К объединению северных и южных осетин", "Проект программы Осетинского Социалистического Союза" и другие материалы.5
Особое остро вопрос объединения севера и юга Осетии стоял в 1917-1925 гг. Он носил то административно-территориальный характер, то культурно-просветительный, то религиозный характер.
Первый съезд народов Южной и Северной Осетии состоялся в 1917 г. Съезд заслушал доклад Н. Джиоева по вопросу объединения южных и северных осетин, вследствие которого была вынесена следующая резолюция: "Обсудив вопрос об объединении Южной и Северной Осетии, съезд делегатов всей Осетии признал, что объединение это возможно только в области культурно-просветительских задач. Что касается политического объединения, то таковое нельзя рассматривать вне зависимости от решения общего политического устройства всего Российского государства. Если же кавказские народы получат территориально-национальные автономии, то осетинам Северной и Южной Осетии предоставляется право на самоопределение".6
Непосредственной разработкой путей решения этой проблемы занимались С. Такоев и К. Бутаев, а также "Осетинский Социалистический Союз", проект программы которого составили Г. Гагкаев и М. Гадиев.
В программе, в частности, говорилось о том, что "тот факт, что единое тело Осетии рассечено и Осетия в настоящее время представляет две половины, совершенно разобщенные друг от друга, является продуктом исторического процесса, происходящего на фоне столкновений и войн разных человеческих групп.
В открываемый русской революцией исторический период перед нами во весь рост встала сознательная историческая задача - воссоединить Осетию и, образовав единый национальный организм, создать общенациональную основу для прогрессивного развития осетинского народа".7
Для достижения своей основной цели Союз ставил перед собой следующие задачи:
"1. Установление демократической федеративной республики.
2. Автономия единой Осетии с законодательными органами, избранными на основании всеобщего, равного, прямого, тайного, пропорционального избирательного права для местного законодательства, а также разработки и развития законов, издаваемых российским парламентом.
3. В целях уничтожения результатов самодержавной завоевательной политики, Осетинский Социалистический Союз требует признания земель и лесов, отобранных в российскую казну, собственностью осетинского народа.
4. Широкое развитие осетинской национальной культуры как единственного пути к развитию общественности и общему поднятию культуры масс в Осетии".8
Жизнь доказала, что многие положения документов тех лет тесно переплетаются с сегодняшними событиями. Но "Общества" и "Союзы" начала прошлого столетия распространяли свою деятельность на всю Осетию, а из фонда "Осетинского Национального Совета" можно узнать, что он охватывал и осетин, проживающих вне Осетии, и, в случае необходимости, оказывал им помощь.
Проект устава "Осетинского Национального Совета" гласит: "Учреждаемый во Владикавказе Осетинский Национальный Совет имеет своей целью:
1. Объединить всех осетин, признающих необходимость взаимного сближения на экономической основе при полном уважении их политических воззрений. 2. Деятельность Совета ра
Андрей Пионтковский, "Грани.ru" (Россия).
В июне прошлого года, наблюдая в Вашингтоне за активностью китайских "академиков", зондирующих почву для возможного американо-китайского военного сотрудничества в Афганистане, я писал: Збигнев Бжезинский еще десять лет назад в своей знаменитой книге "Великая шахматная доска" предлагал кондоминиум двух сверхдержав - США и "Большого Китая" - как модель мирового устройства в XXI веке. Тогда, на пике американского могущества и влияния, эта точка зрения казалась экзотической и маргинальной. Но китайцы умеют ждать. Они могли бы ждать и 50 лет. События, однако, развивались гораздо быстрее. 
Станислав Маркелов, "За права человека" (Россия).
Страна подсела на патриотизм, как на наркотическую иглу. Любой политик перед тем, как соврать клянётся в своём патриотизме. Любой лизоблюд, перед тем как выбить деньги у власти, рассказывает о своей любви к державе. Любой вор, облизываясь от краденого, объясняет, как он любит Родину и сколько готов ещё украсть ради этой любви.
