Непридуманная история
Я написала эту историю... а потом перечитала и не нашла в ней ничего поучительного. Может быть на меня повлияли не происходившие события, а незначительные на первый раз подробности. Надеюсь, что письмо получилось не слишком длинным. Прошу прощения за опечатки, в пять утра трудно быть внимательной. Впрочем, сколько бы я не написала - это далеко не все, и еще не конец, надеюсь. Я научилась жить, осталось научиться быть счастливой.
Я выросла у благополучной, интеллигентной и образованной мамы, и пьющего и недалекого отца. Они были очень несчастны в браке, им было просто не до меня. Началась перестройка, острая нехватка денег, жизнь родителей полетела к чертям, они оказались за бортом - постоянная нехватка денег и неумение устраиваться. Среди сверстников я выделялась эрудицией, снобизмом и наивностью, за что была бита и высмеяна (уж такие у меня были сверстники). Семья была небогата, комплекс неполноценности мама во мне вырастила выше меня, а чувство вины поселил папа. Трудно сейчас вспоминать то КАК это было. Можно только описать с высоты прожитого. Постоянное гнетущее чувство ненужности, отверженности и нелюбимости. Мои родители не умели любить даже себя самих. Ну и я себя тоже не любила. Я не видела любви и не знала ее.
Мне казалось, что меня не за что любить, а раз не за что - так никто и не полюбит. Внешностью не выделяюсь, умом тоже не очень, ничего особенного не умею - а значит я балласт по жизни. Я не могу зарабатывать, не могу содержать себя, я обуза и иждивенец. Я не видела счастливых браков, зато читала много книжек про любовь и приключения и мечтала, мечтала... Надеялась что вот придет кто-то, и тут же полюбит и все будет хорошо, и я буду самой, самой, самой. А по жизни я переходила из школы в школу, из обычной общеобразовательной в пафосный лицей, где меня ценили учителя и не понимали сверстники, издеваясь над моим внешним видом, потом - в специальную математическую, где все было по фигу как ты одет, лишь бы хорошо учился. Я училась, изнывая от отсутствия смысла в собственном существовании. Лейтмотив жизни - я никому не нужна, я никому не нужна, я серость, я убожество, мне нечем гордиться. И это лет с 10-ти, когда я впервые осознала себя отдельной от родителей личностью до четырнадцати. А в четырнадцать я влюбилась. Самая обыкновенная безобразная первая любовь. В самого по моим убогим понятиям "крутого" панка школы. Я таскалась за ним как хвостик, я начала слушать гражданскую оборону, Янку, Лаэртского и по самые уши окунулась в припанкованную тусовку. И там я опять осталась на отшибе. Я не осознавала этого тогда. Но я считала себя лишней - в семье, в компании, и, соответственно в жизни, потому что ничего больше я не знала. Меня никто никогда никуда не звал, меня не принимали в расчет, а он вообще воспринимал меня как деталь обстановки. (но лейтмотив сменился - я не нужна ему, значит я никому не нужна). Начались вечные ссоры с родителями, основной темой которых было - ты неправильно живешь, а я уже решила, что все знаю и живу правильнее некуда, потому что их склизкое несчастное болото меня не устраивало, а объяснить им что-либо я была не в силах. И первая любовь - это первый опыт сильных эмоций, неудовлетворенные потребности в защите, тепле и понимании, не просто подтачивали желание жить, но и рождали желание умереть. Постоянная ноющая боль где-то в груди, желание ощутить себя востребованной... Неумение найти выход. Незнание того, что выход есть. Я всегда была и остаюсь очень замкнутым человеком, поэтому посоветоваться мне было не с кем, а доверия к родителям не было. Не знаю, как я впервые решилась попытаться покончить с собой. Не помню. Есть вещи, которые очень хочется забыть, потому что стыдно за свою непроходимую глупость. Но я решила вскрыть вены. Чтобы уснуть, чтобы больше не было так больно. чтобы не тонуть в этой безысходности. К счастью, вскрывать вены я во-первых не умела, во-вторых это оказалось слишком больно физически, хотя отчасти физическая боль заглушила боль душевную, а организм сопротивлялся как мог и кровь вместо того, чтобы течь просто сворачивалась, поэтому дальше нескольких поперечных надрезов дело не пошло. Хотя способ борьбы с тоской был найден и каждый раз, когда становилось опять невыносимо больно дышать, на руке появлялись еще один-два надреза. а любовь все длилась, все болела и болела... Когда человек замкнут на себя и на свои эмоции он не видит ничего вокруг. И не хочет этого видеть. Вот и я не видела. Целый год.
Но потом мой любимый обратил на меня внимание, на целых два часа, которых хватило на то, чтобы расстаться с девственностью. На прощанье он меня попросил больше не появляться в тусовке... Я сначала не поняла, я сначала думала, что вот тут-то все и началось, что он ко мне что-то чувствует, что он позвонит, что мы встретимся после школы, что все будет... Но не позвонил, не встретил, не... в общем опять (как мне тогда думалось) про меня забыл. Это было в конце весны, я пришла домой после школы и поняла, что мне некуда деться - дома скоро придет пьяный отец, там, где я бывала раньше мне появляться нельзя, больше пойти некуда. Я несколько дней просто шаталась по городу до вечера, угрюмая и несчастная, я очень наделась, что меня кто-нибудь спросит, что со мной и какое у меня горе и обязательно поможет. Но ничего такого не случилось, и возвращаясь вечером я вошла в подъезд одной из шестнадцатиэтажек на Литовском выбралась на крышу и часа два сидела там плакала. Я чувствовала себя мерзкой уродиной недостойной жизни. Но я очень боялась. Я боялась, что я сейчас вот перелезу через бортик, упаду, а потом окажется, что меня кто-то любил и ждал. Или что я все-таки не умру, а стану калекой. Что я вовсе не мерзкая, что я хоть кому-нибудь нужна. А потом все-таки решила разбежаться и назло всем прыгнуть. Чтобы не успеть остановиться. Чтобы проявить хоть какую-то силу воли и выполнить принятое решение. Начала разбегаться, споткнулась и упала. Но отнюдь не с крыши, а просто разбила локти и коленки. Поревела еще немножко и пошла домой, потому что коленки болели и дома все уже наверняка спали.
Не знаю, тогда ли я до этого додумалась или прочитала где, но я решила, что раз ОН от меня отвернулся, то я буду с первым же кто меня захочет. Буду жить для кого-то, кому я хоть сколько-то нужна. А может быть я сначала встретила Алексея, а потом решила, что ему нужна. Встретила - это значит отдалась после какой-то пьянки увидев его в первый раз в жизни, но найдя несколько общих интересов. Я радовалась, что я вот тоже могу с кем-то быть, что я не одна...
Мальчик оказался не подарок - пил, а когда напивался полностью терял над собой контроль. Мы с его мамой уговаривали его, убеждали... совершенно стандартная попытка образумить законченного алкоголика (хоть ему и 18-ть лет). В конце лета я поняла что беременна, что с Алексеем мне еще хуже чем, дома, что я вообще не знаю, что делать... Я опять полезла на крышу и опять струсила. Кроме того, я надеялась, что рождение ребенка что-то в нем изменит. А еще, что мой первый все-таки вспомнит обо мне и полюбит. Рассказала о беременности мамам, естественно все пришли в ужас, меня опять попрекнули моей неспособностью себя обеспечивать, но устроили свадьбу и я какое-то время жила с ним у свекрови. Месяц он работал, а потом его выгоняли за пьянство, а я готовилась сдавать экзамены по всем предметам экстерном, потому что без аттестата никак нельзя, а из нормальной школы меня перевели в экстернат. Я жила как во сне. Практически ничего не соображая, я делала все, что мне говорили, и надеялась, что как-нибудь все кончится. Кончилось оно тем, что я сбежала от свекрови к маме после того, как он пришел домой пьяный и перебил в доме все стекла. А потом туда же прибежал мой муж, потому что "жить без меня не мог". Впрочем, пил он так же, вел себя тоже не лучшим образом, а тут еще и отец у меня окончательно допился до того, что бросился на меня с ножом. Я от него убежала и закрылась в комнате, ничего он мне сделать не мог, кроме как напугать. А дальше я опять мало что помню... пока наконец в мае не родила. Я провела четыре дня в роддоме, где вокруг меня ходили на цыпочках, потому что боялись, как бы я не оставила ребенка... Мне еще не исполнилось 16-ти, оказывается, некоторые малолетние мамы так поступают. Но мне такое в голову не приходило. И когда я девятого мая смотрела салют, мне пришло в голову, что... даже не знаю, как это выразить... что я всего смогу добиться сама... не совсем так. Скорее то, что во первых есть существо, которому я нужна хотя бы как источник пищи и что уж у нее-то кроме меня никого нет. и они будет еще более тяжкой обузой, если меня не будет. Что надо как в притче про двух лягушек - барахтаться, пока масло не собьешь, иначе утонешь.
Выйдя из роддома я первым делом выставила вон мужа и попросила его не появляться в окрестностях моего дома, потому что еще один пьяница в доме мне не нужен. А потом я заболела. Воспаления легких меня посещают раз в пару лет, но привыкнуть к ним невозможно. Вот и тогда я лежала в постели стараясь не думать о боли, и боялась, что больше никогда не смогу встать, не смогу двигаться, тискать младенца, ходить по улице, ничего больше не увижу. Что я умру, а ее некому будет вырастить и выкормить, потому что отец у меня не работал, а мать зарабатывала гроши. В июне поступила в институт, потом на курсы секретарей, чтобы получить профессию и начать работать, устроилась на работу... На самом деле я этого ничего почти тоже не помню, потому что спала по три-четыре часа в день и выражение "крутиться как белка в колесе" подходило ко мне как нельзя кстати.
Дальше скучная история бесконечных коротких студенческих романов, и попыток сблизиться с кем-то. Я заметила, что мужчины обращают на меня внимание (о, какое открытие!), но я все еще надеялась, что я смогу вернуть того, первого. Потом я позабыла эту надежду в чьей-то постели, когда в очередной раз осталась ночевать, только чтобы не ехать домой.
Я еще долго жила думая о том, что когда станет совсем плохо, то я уйду, т.е. умру. Меня останавливала только Наташка, хоть не могу сказать, что я ее люблю, любила... Исключительно чувство долга. А того, кому чувствуешь себя обязанным, трудно любить. Но я жила, росла, росла моя уверенность в себе, я неплохо зарабатывала, неплохо училась, у меня появились знакомые, друзья. А потом грянул августовский дефолт, фирма, где я работала, развалилась, а в институте я познакомилась со своим нынешним мужем. Дома было по прежнему плохо, отец пил, мама увлекалась йогой и ходила как пыльным мешком по голове стукнутая, безуспешно пыталась заработать во всяких пирамидных структурах. Я вносила 2/3 семейного бюджета, считала себя страшно умной, успешной и самостоятельной, поэтому все также ссорилась с родителями. В конце концов я решила, что можно снова выйти замуж, тем более, что он живет один, у него квартира, зарплата, а еще у нас общие интересы. Он хороший человек... и мне для того, чтобы влюбиться много не надо было. Тем более, что я снова забеременела... полтора года тихого семейного счастья, после чего я поняла, что то, что год назад было маленькими проблемами в сексуальной жизни становится просто его импотенцией... Но решила, что все дело во мне, что все это потому что я уродина. К тому же я опять не работала. Хотя мысли покончить с собой уже отметались из соображения "у меня дети".
Но тут мне на помощь пришел один человек. Я не знаю, стоит ли рассказывать историю знакомства и отношений, это очень длинно, я снова не на шутку влюбилась, но мне повезло. Он оказался психологом и ответственным человеком, он помог мне развить в себе те качества, которые помогли отчасти решить существующие проблемы. Может быть суть в том, что он прежде всего не позволил мне наплевательски относиться к самой себе. Довел до сознания смысл фразы - пока ты себя не полюбишь, никто тебя не полюбит, научил меня ценить саму себя. Практические советы, помощь, информация. Не могу сказать, что я сейчас решила все свои проблемы и счастлива. Неправда. НО! Пока человек жив можно что-то изменить. Пусть микроскопический шанс, но он есть. Смерть перечеркивает возможность роста и изменений. Я перестала задумываться на тему "зачем я живу" и "кому я нужна" - не потому что я нашла ответ, если не считать ответом на оба вопроса "для себя" и "себе".
Е.Г., 24 года.
записано в июне 2003
