.

Больше всего хочется просто верить, не думая, не просчитывая на несколько ходов вперед, не скрываясь. Верить теплому плечу, в которое утыкаешься в порыве нежности, буковкам, которыми живешь, весеннему солнцу, доброй улыбке, теплу.
Фигушки. Реальность-то у нас плотоядная. Люди друг для друга являются кем угодно: декорациями, ступенями, препятствиями, но только не такими же людьми. Живыми – вот ключевое слово. Кто придумал это дурацкий квест с его за уши притянутыми правилами?
Здесь никому не хорошо, все боятся собственных детей, а производят на свет очередное поколение Зевсов, которое с удовольствие изничтожает родителей.
Если ты – смазливая юная девушка, то жить тебе, конечно же, проще, твоя реальность куда человечнее. Воспитанные мужчины пропустят на перекрестке, прикроют от толкучки в маршрутке, придержат перед тобой двери в метро. Другие же – толкнут так, что все бумажки посыпятся из папки на асфальт или обрызгаю просто потому, что «чё лыбишься, а?» Если вы думаете, что слова «спасибо» и «пожалуйста» можно не цедить сквозь зубы, а произносить с вежливой улыбкой, вы – классовый враг. Вежливость унижает, да. Если вы смеете идти по улице в распахнутом пальто и улыбаться, то вы бездельник, лентяй и «во, молодежь!»
Почему здесь все так ненавидят друг друга? Есть один, ужасно точный анекдот.
« - Простите, вы выходите на следующей остановке?
- Чо, интеллигент, что ли?
- Нет-нет, такое же быдло, как и вы».
Недавно наблюдала такую сцену: нерегулируемый пешеходный переход, перед ним в ряд стоят новехонькая бмв, нестарый ещё фордик, блестящая мазда. Вдруг из-за них, наполовину заезжая на тротуар, вылетает грязная девятка, едва не сбивая всех пешеходов. Скажите, куда он так спешит, что готов ради этого пожертвовать жизнями других людей?
Почему я обращаю внимание на марки машин? Так ведь хорошо одетый, благополучный человек редко когда станет хамить, самоутверждаться, делая гадость незнакомому. Ему самому это противно. Но ведь не цифра в графе «доход» делает из человека быдло.
Почему «здесь женщины ищут, но находят лишь старость, здесь мерилом работы считают усталость»? Я текст этой песни впервые нашла лет в 6, под тумбочкой у кровати дедушки. Не так много мне от него досталось: давно потерянная серебряная вилка, любовь к запаху трубочного табака, да смятый листочек. Я знала этот текст наизусть даже тогда, когда ничего в нем не понимала.
Если вы думаете, что с тех пор что-то изменилось, значит, вы живете в столицах.
«Воруют, сволочи», - говорит моя мама. Так ведь если систему отладить по-умному, можно и работать, и воровать, но тогда её перестанут ненавидеть. Почти вся власть досталась нам со времен страны Советов, где не было принято что-то уметь. Любить свое дело так вообще моветон. Я потому и на стороне ДМ, что ему (пусть он и всячески стесняется этого) чуть больше 40, он не успел побыть партийным функционером. Это в нем главное, а вовсе не грамотный PR. Потому что – объективно – замены нет. Кто наша оппозиция? Лимонов? Рыжков? Касьянов? Все с лозунгами «Россия без Путина»? А с кем, с Ельциным, Хрущевым и Брежневым?
ВВП – первый российский правитель со времен Николая I, на которого хоть без слез смотреть можно, который не стучит башмаком по трибуне и не дирижирует оркестром спьяну. Ура ему хотя бы за это.
А ведь когда-то было царское офицерство и чиновники адекватные…
Все бегут от такой реальности как могут, кто в гламур, кто в мелкую повседневность, кто в телеящик, кто в религию, кто в футбол. Благо, правительство наше поощряет такой образ жизни. Жить в этой стране можно либо с закрытыми глазами, либо – как дети! – играя, но никак не серьезно.
Почему так удобно ненавидеть?
Знаю, что вы скажете. «В дерьме живем, за что любить?» или «Ниче не знаю, у меня все оки!»
Все великие люди до слез любили свою страну, несмотря на то, что у них самих все было «оки». Даже сталинское НКВД знало, что самые талантливые за идею работают, а не за деньги.
Только рабы не любят свою землю. Ведь если не любить, так и будут руины, бетон и ненависть. Наши города оттого такие немилосердные, что почти ни у кого не остается сил их просто, безоглядно любить. Они же тоже живые.
Хотите, наглядный пример? Моя бабушка ненавидит дачу, но все равно работает на огороде, как это у неё называется: сажает, копает, пропалывает, но при этом ворчит под нос, как её это все достало. У соседей, которые делают это в своё удовольствие, просто потому, что в них просыпаются крестьянские корни, урожай в 2 раза больше.
Да-да, я знаю, я тот самый бездельник декабрист, у которого много есть, избалованная девочка, которая может позволить себе целый день думать над текстом, а не где бы достать еды, и страшно далека я от народа. Но мне – все же – хочется понять, почему все так, а не иначе, почему в этой стране все делается так, как надо, а не так, как хочется. Кому надо?
Где та кнопка, что позволит человеку в транспорте улыбнуться и сказать «извините за то, что я наступил вам на ногу», а не «подвинься, сука»? Люди же сами сделали мир таким (здесь первые на последних похожи, и не меньше последних устали, быть может). Зачем?
Я потому и пошла на этот несчастный факультет; надеялась, что мне здесь укажут на эту кнопку, которую не видно не вооруженным взглядом.
Только здесь вопрос «тебе что, больше всех надо?» рубит на корню любые инициативы, а слово интеллигентный считается ругательством.
Когда уже люди запомнят одну самую главную вещь: «Мы – не рабы. Рабы – не мы». Свободный человек – уважает себя и окружающих.
А то сколько можно уже.

Шаблон, шанс, шах, шлюпка, шут

И я, и я могу оптимистичную попсу про принцев и весну=))

Ранней весной вам угрожают всего 2 опасности: во-первых, на вас может упасть сосулька с крыши, а во-вторых, вас может обрызгать залетный гонщик. Все остальное – не страшно.
В это время закладываются города, заключаются браки, отходят в плаванье корабли, люди, будто птицы снимаются с насиженных мест, и отправляются в дальние края, первый теплый ветер гонит их куда-то, не оставляя шансов на сопротивление.
«Кар-кар-кар», - кричат стаи перелетных людей. Вороны ведь тоже птицы.
А я работаю шутом. Я бодр, красив, ненормален, мне совершенно все можно, я говорю правду в лицо правителям, потешаюсь над влюбленными, высмеиваю счастливых. Мой язык остер, глаз меток, нюх натренирован, я знаю, куда бить, чтобы вам было побольнее.
Я гениальный сыщик, фиг ли.
И гениальный шпион.
Никто в целом свете не знает ничего обо мне, они даже не догадываются, что я – девушка. Шутиха, ага, ракета, что взрывается над вашими глупыми головами. Смейтесь, пока можете! Следующий взрыв – это пороховая бочка под кем-нибудь из вас.
Дома я снимаю шутовской колпак, стираю краску с лица и долго курю в потолок. Им невдомек, черт подери, что я хотя бы жива. К черту такую жизнь. У меня есть, что послать к черту!
Невелико сокровище: рваный колпак, непутевая жизнь да ранняя весна. Любовь ещё, куда ж без неё, нам молодым, впечатлительным, безмозглым. К первому парню на деревне, то есть пардон муа, к принцу любовь. К его высочеству Прекрасному, с конем, царством, строгим батюшкой и ворохом невест. Более нежного и чуткого человека в жизни не встречала, ему бы домик у моря, томик стихов, да детишек побольше, а старший сын и никуда не денешься.
Мы в одной лодке, в общем-то.
Стук в окно, приоткрываю створку, позабыв совершенно о маске шута, торжествующий возглас.
- Я так и знал! Уф, но коленки все равно дрожали, - ночной гость улыбается хитро, влезая в окно.
- Ваше-е-е-е Высоче-е-е-ество? – теряюсь. Ну что тут скажешь?
- Да ну тебя. Зови меня Карлом. Я бы раньше сюда пришел, но все-таки ты у нас мальчик, не хочется быть обвиненным в содомии. Пойдешь со мной?
- На сеновал?
- Я тебя отучу защищаться. Я серьезно, правда, просто я… Не знаю, что говорить, никогда не признавался в любви, никогда ещё не сбегал из отцовского дома… Будешь моей розой? – он поморщился. – Тьфу, чушь какая. Я хочу жить с тобой на берегу моря, а не править этой страной. Пойдешь со мной?
- Прямо сейчас?
- А чего тянуть-то? Нас ждут уже верные люди.
Оглянуться в последний раз, скрестить пальцы на счастье. Не этого ли я ждала?..
- Хоть на край света,- улыбаюсь и беру его за руку. Пусть будет сказка! Ну пожа-а-алуйста, пусть безумие обретет плоть, пусть ничего не сломается, не перегорит, пусть веселое пламя все так же пляшет в груди!..
Весна все-таки.

Без заголовка

я стала старше или просто устала?
да бог с ним, признаться, вопрос не имеет плоти.
двенадцать строчек жизненного устава
теперь принимают форму иную. плох ли,
хорош ли такой масштаб изменений - вряд ли
сумею сказать убежденно, но если в общем,
все катится, как задумано - салки, прятки,
другие занятные игрища. это то, чем
они утешаются там, высоко на олимпе,
нас изредка развлекая оригинальностью фабул,
плюс разностью звуков: te amo, i love, ich liebe;
плюс разностью фаун, в которых не всякий фавн,
кто кажется фавном, способен на гонки с калипсо.
я стала старше, но явно меньше наощупь.
двадцать восьмая осень скользит по лицам.
мне хочется мокнуть. мне хочется плакать. очень.
хотя далеко не февраль, если верить датам;
ах, мой пастернак диктует другие числа!
зеленые листья становятся хаки, в солдаты
уходят по тротуарам, умытым чисто.

Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером...
..
Не пойми меня дурно. С твоим голосом, телом, именем
ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил,
но забыть одну жизнь -- человеку нужна, как минимум,
еще одна жизнь. И я эту долю прожил.


..(с)И.Бродский

wtf? st. Valentine?

Да, да, можете не сомневаться. 14 февраля 306 года нашей эры некий проповедник по имени Валентин был убит волосатыми, потными и довольно далекими от романтики легионерами исключительно для того, что бы через полторы тысячи лет в этот день несколько миллионов особей мужеского пола сводили девушку в кафе, купили ей  цветы и потрахались при свечах.

О том, что с равным успехом это можно сделать просто так, в любой день, они, наверно и не догадываются.

Порка №18 // Техническая составляющая

Сладко осознавать, когда твои технические возможности на высоте. Отточен приём, удар, решение. Где угодно. Будь-то фехтование, минет или нанесение штукатурки на чужие апельсиновые корки головных мозгов.
Эстетика единовременного оргазмирования от собственной невъебенностьи. Взгляд на самого себя сверху, сидя на облаке и шевеля чем-нибудь упругим и податливым. С одинаковым успехом распахивая ляжки, веки и челюсти. Да здравствует социальный нарциссизм!
О внутреннем содержимом задумываются крайне редко. Когда ваш школьный товарищ блюёт на вас цельными дольками мандарина или у вас открывается диарея. Вот где повод для философствований! Быть может цель не в знании? (с) Ч.П.
Знаете, как американским детям в школьном курсе физики объясняют понятие бесконечность, помещая их между двух параллельных зеркал?
Ты поворачиваешь голову и видишь себя, вернее свой отточенный технический приём, умноженный на миллионы. Только отражение. Только бесконечность. Сорвавшаяся с цепи злая цепная реакция.
Как во времена моих любимых «винтоваров» очереди с тёрками в аптеки. Ты подходишь к окошечку и суёшь измотанного техникой старушечьего корявого краба. Пропихиваешь мне свою гордость и требуешь взамен активированный уголь для мозга.
Все бегают взад-назад. И никто – вперёд-вперёд. Носятся с позолоченными шоколадными медальками, надевают на вибраторы презервативы перед сном и вновь оттачивают лишь технику.
Первую пощёчину я получил, когда сказал куда-то вниз, на землю: - Знаешь, сосёшь конечно слабовато, но зато с душой.
Не умеют девушки ценить комплименты.

Норма, нервы, надежда, наказание, недуг

Получилась полемика с буквой И, совершенно не специально. Мораль, как ни странно, та же
Напротив сидит человек и не знает, что любим мною.
А я просто-напросто не имею права его любить отныне, впрочем, он никогда не узнает, что я когда-то баловалась эти чувством. Вытравлю все. Выветрю. Выжгу. Я к боли привычная, хороший мой, я много могу выдержать на плечиках, хрупких, как у 14летней девочки, аккуратно постриженными ноготками могу вцепляться с каменную породу, в твердь, любого принца могу вытащить на веревке, из волос сплетенной, как та Рапунцель, испепелить взглядом голубых глаз, которыми ты так много восхищаешься, могу, все могу. Не девушка, а Робокоп какой-то. Машина-убийца.
Жене твоей только врать не могу.
Как слышу её голос, чувствую, как сдерживает слезы, красивая, умная, замечательная, достойная счастья не меньше, чем я, а то и больше. Ведь это у неё, а не у меня выбили почву из-под ног одним точным ударом, её лишили спокойствия, тепла и устроенной жизни, любви, счастья, словом всего, на чем держится реальность, как если бы из-под нашей планеты сначала черепаху выпили, потом китов, а потом уже, напоследок, слонов, на чем бы держалась она тогда? То-то же.
Земля, к слову, круглая, а женщина – существо вполне самодостаточное, но это как-нибудь без меня. Будь я Святой Инквизицией, я бы не за первое утверждение сжигало, а за второе, потому что как раз оно избаловало род людской, поменяв местами все на свете. Теперь слоны ходят по земле, а лучшей половиной человечества сделались женщины. Тошно.
Решение, значит, тоже мне принимать, вряд ли он знает, что она мне звонила. Не уверенна, что он, вообще, помнит, что у него есть жена.
А я, дура, влюбилась по самое здрасти. И как же мы теперь? Впрочем, знаю.
Коротенький разговор-то. Нам надо расстаться – Почему - Я тебя не люблю, у меня другой - Обманщица! – Ага… Схватил пальто, и был таков. Губы пересохшие облизнуть. Сигареты оставил, надо же. Спасибо, хороший мой.
Я, оказывается, плакать умею. Даже не плакать – почти выть, на разрыв аорты, на последнем издыхании, как раненная собака, которую не добили, а вот хозяин умер, умер, умер! Не мольба о спасении этот плач, он больше похож на смех обреченного перед казнью, на прощание с тем, чего не вернешь, что-то типично русское, бабье, в генах, наверное, заложено, пусть казнь будет быстрой, отвернитесь уже, везут в повозке к Греевской площади, уже близко, сигарету!..
Жить буду, кажется. Отложили казнь, сегодня день рожденье короля, всем, кого должны были казнить в этот день, объявляется амнистия. Ничто не омрачит светлый праздник!
Почему я любовь убиваю, спросите? Не проще ли заставить его от жены уйти, да зажить одной семьей, как большие?
Так ведь в 20-то лет лучше умереть стоя, чем жить на коленях, этого ещё никто не отменял.
Раз переступив через себя – не поднимешься.

Бег, будущее

…- вот тогда он допил вино залпом, обнял меня и предложил выйти за него замуж.
- Ура! Ты, конечно же, согласилась? – улыбаться с закушенной губой то ещё удовольсвтие, но она эту науку изучила в совершенстве за время наших с ним отношений.
- Конечно же, нет. Ты сама все знаешь, - говорю. А после этого встаю и ухожу, поезд скоро.
Я тогда последний раз с ней разговаривала, но никто ещё не знал, что все так повернется. Так всегда почему-то поворачивается там, где есть я. А я что? День за днем, год за годом, беги от всех, не привязывайся, дурочка, уходи огородами, скорее, торопись, завтра поезд, послезавтра самолет, извини, никак не могу, да, насовсем, как надоело, кто бы только знал… Не девочка уже, до тридцатника всего ничего осталось, а все также ни кола, ни двора, щепки одни, да лес порубленный. Пе-пе-ли-ще. Не больше года в одном городе, не больше полугода в одном доме, не больше двух лет – любое знакомства – основополагающие принципы жизни моей непутевой. Когда-то казалось, что это высшая степень свободы. А это больно, к слову, радуйся, если к чему-то привязан крепко-накрепко. Свобода – это нелюбовь.
Да нет, не жалуюсь, сначала, вообще, думала, что только так и можно жить, хохотала все время от чувства превосходства и от избытка силы. Приступы тоски случались, конечно, какой девчонке в 20 лет не хочется вечной любви, понятно, что при таком образе жизни на это рассчитывать не приходится. Только в последнее время все чаще и чаще такое, уставать стала, вот закончится моё время здесь, непременно поживу в Одессе, там море и люди… Да, угадал, люблю.
Почему не могу по-другому? Знаешь, когда мне 14 лет было, я гадалку встретила. Приехали на море отдохнуть, в горы пошли, а там хутор цыганский и она. Гадать мне стала.
- Ты, - говорит,- ведьма, девочка. Тебя чудеса ждут невиданные, земли далекие, молодость долгая, приключения немыслимые. Можешь и вечную жизнь себе выхлопотать, а то! Но просто так не получишь всего этого, испытание долгое тебя ждет. Хочешь знать, как жить надобно, чтобы сокровища Земли твоими стали?
У меня глаза загорелись, аж искры во все стороны полетели, прикуривать можно было. Посмотрела гадалка на это и дальше свое гнет.
- Знай, не будет тебе покоя отныне. Выбор вечный – вот твой удел. И успокоения возраст тебе не принесет, как обыкновенно, наоборот, чем старше станешь, тем труднее будет.
И рассказала мне, как надо жить. Вот уже 9 лет я следую её указаниям, слово в слово. А всего до 40 лет так жить придется, а дальше и начнутся обещанные чудеса. Она, конечно, в чем-то права, мне вот 27, а выгляжу как девчонка 17летняя, паспорт спрашивают прежде, чем в клуб пустить или сигареты продать, представляешь? Ноя все чаще думаю, может ну его ко всем чертям? Хорошо мне там. Люблю я его, сил не т никаких, никого так не любила.
Да-да, знаю про тоску по несбывшемуся, про наказание за презрение к чудесам тоже знаю. Все так живут, разве нет? Значит, и я смогу… Итак много на своем веку повидала. О, извини, телефон, это он, наверное, звонит. Волнуется.
- Мрр, да, я в поезде, попутчик хороший, чай пьем, разговариваем. Ты как? Ну, не скучай, я приеду скоро. Нет, я, правда, вернусь, не сбегу никуда, я же не Женя Лукашин. И больше никогда-никогда от тебя не уеду. Обещаю, конечно! Это последний раз, ну, правда, вернусь – начну новую жизнь. И я тебя.
А может это как-то совмещать можно. Ну, обустроить 2 дома в разных городах и жить приезжать в один дней на 5 в месяц, может, тоже считается… Ну, конечно, вру. Что?
Нет, не жалко.

Пройдет время...

... и мы не будем льстить. Ни себе, ни друг другу. И я не сойду с ума, а ты не покончишь с собой. И ты не перестанешь есть, а я не начну пить. И я не буду ждать случая, а ты - искать повода. И мы не уедем в другие города, мы не позабудем дорогу в тот осенний парк, мы не станем просыпаться в слезах, равно как и мучаться от бессонницы. Не перестанем ходить на работу, в кино, кафе и магазины. Мы продолжим жить. И только иногда, без причины, неизвестно с чего, мы вдруг замрем на несколько минут, пустыми глазами уставившись в никуда... И никто в этот миг не сможет угадать, о чем мы думаем. Так будет...
И это будет лучшая эпитафия прошлому.

Это №2


3.05.06.
Это депрессия,милый,-я пью виски.
Украшаю запястья шрамами на сонной крыше,
Разговариваю с тенями о степени риска...
У тебя всё в порядке...-Откуда я знаю?-Слышу.
Я слышу тебя.Твой голос звучит сольно.
Разлетается,разносится южным ветром.
Прошу у тебя прощенья за то,что больно,
За то,что жду,за новые сигареты,
За твою нелюбовь...По пальцам стекает Вечность.
Ярко-красными пятнами вымазан путь к свободе.
Ты считаешь что сверху звёзды?-нет,это свечи,
Твои призраки жгут,бросают (в) меня,уходят...
Это депрессия,милый.Поёт серенады
Леди-Ночь-с каждым разом-всё дальше,всё глуше,всё тише...
Я тебя продолжаю любить,даже если не надо,
Даже если уже не со мной.Даже если не слышишь...

31.12.06.
Это безумие,Ворон.-Я пью брэнди.
Шэрри-брэнди в бокале,украшенном зимней вишней.
Ведьма -Ночь уступает права-мне,как истинной леди...
У тебя?-всё в порядке пока...Я н е знаю,-слышу.
Я слышу тебя.Твой голос звучит в хоре,
Наступает(атака),-стучит молотком в запястье,
Сквозь моё истеричное:"Хэй!Что ты знаешь о гОре?"...
Прошу у Бога прощенья за своё счастье,
За новую жизнь и любовь.За покой.-К сожаленью,
Мои сны и стихи сбываются,-это природа.
У меня-будет много прощаний,прощений,рождений.
Ты-умрёшь.В сентябре./Не важно какого года/.
Это безумие,-Милый!-такая награда
Для тебя./Жаль,конечно,не "Оскар",не "Нобель",не "Грэмми".../
Ты её продолжаешь терпеть,даже если не надо,
Даже если уже не с тобой,даже если...damn it!

Креатив №87 // Сказочная овечка

Ты опоздала к моей новой сказке.
Долго одевала овечью маску? 
                           Или проспала?
Сколько стоит нынче
Самосвал песка в глаза?
«Отвернись, сволочь.
            Это гроза,
                      А не моя слеза.»
Гордыни ниибацца,
Держим пальцы крестом.
Везём в реанимацию,
Слова оставляем на потом.
                           Какой облом.
К твоим тонким запястьям
Проводим электроды счастья.
Искусственное дыхание
                     «Мозг в мозг».
Прощение – прощание,
Посмотрите,
        Каков внешний лоск!
Пригласите батюшку,
Чтоб если что
                  Успеть отпеть.
Для будущего вскрытия
Могу тебя ещё раздеть.
(Стараюсь не смотреть.
Потом подглядываю. Вот урод.)
Как тебе, спрашиваю,
                          Гробик не жмёт?
Со всеми твоими амбициями?
Какой красивый был полёт.
И надо ж такому случиться,
Захотелось вдруг
                          Воды напиться.
          А теперь бьёшь копытцем.
Не пей, Алёнушка. Ты ведь не овца.
Что, думала, сказка? Ай, молодца!

Вне зоны доступа

Арбузная прозаическая транскрипция популярной песни.


Всё просто получается, в этом мире вообще самые страшные вещи происходят удивительно просто... Мир - словно маятник: качается туда-сюда, растрясает судьбы, разбрасывает людей по свету, а им хочется снова найти друг друга, но в наступающей темноте тоски-депрессии-горечи можно ориентироваться только на звуки. А нихера ведь не слышно.
И всё таки шаг-другой.. где-то рядом..
Но подходя к цели на расстояние выстрела, понимаешь, что может быть это вовсе не та цель, или может быть она уже не совсем нужна, истина - где? А если её нет, то может всё это бессмысленно, и проще уйти и не развивать бесконечную цепь мыслей-желаний-мечтаний..
Вне зоны доступа - они так себя позиционируют, они там прячутся, им там легко, спокойно и мухи не кусают, их там практически невозможно найти, [но только они не понимают, что сами себя загнали в ловушку и безвыходное замкнутое пространство].
Чтобы всё-таки достичь заветной своей цели, не стОит ждать чьей-то поддержки или помощи, потому что всё на самом деле гораздо проще: нужно, чтобы просто "воссоединения" захотели оба. И тогда всего лишь шаг до взлёта, до света.
Но встречный шаг никто не делает, и до сближения - как до Нью-Йорка на ослике.. как до Луны пешком.. "от меня до тебя лишь окно с погасшим светом, от тебя до меня 40 000 километров" (с) Юля Чичерина.
...И в результате вывод один: проще не до@бываться до этой самой цели, а точно также закрыться от всех.
Целый мир людей в коконах самолюбия, гордыни, трусости и лени. Никто никого не видит, не слышит и не хочет ничего менять.
Нам пипец! Мы все умрём
Вот это и есть Вне зоны доступа.

Эспешелли фор Взлётная_, в каментах тут

Tibor Fischer. The Collector Collector

"Я перевожу старушек через дорогу. Я вежливо отвечаю абоненту, если тот ошибся номером. Я вовремя плачу по счетам. Я не сорю на улице. Когда жарко, я оставляю во дворе миску с водой для птиц. Я дотошна и обязательна. Я жертвую на благотворительные организации. Я не слушаю громкую музыку - даже днем. Если ко мне приходит чужое письмо, я тут же, даже если оно совершенно бессмысленно, отправляю его по нужному адресу. Когда мне надоедает какое-нибудь платье, я стираю его, аккуратно складываю и отношу в приют. Я - из чистой благотворительности - селю у себя совершенно незнакомых людей. Я исправно плачу налоги. Когда моим друзьям нужно срочно уехать, я безропотно сижу с их детьми. Я сдаю кровь. Из-за того, что я работаю дома, я расписываюсь за соседей, когда к ним приходят телеграммы и заказные письма, я пускаю к ним в квартиры слесарей и электриков. Я разборчива в еде. Я почти ничего не ем с кремом, хотя и очень его люблю. Я через день хожу в бассейн. Говорят, что я хороша собой. Говорят, со мной интересно. Я не хочу разбогатеть. Я не хочу прославиться. Я не хочу править страной. Мне двадцать шесть лет, и я хочу только одного - влюбиться.
Роза вздыхает. Вздох номер шестнадцать.
- Ну почему я не могу найти человека, который бы относился к любви так же серьезно, как я?!
Она хороша собой, умна, и по тому, как она складывает на ночь одежду, я знаю: душа у нее добрая. Странно все же, что качества, которые единодушно считаются положительными, успеха нам не приносят".

Волкодав.

Да, я посмотрела ЭТО. Ребята, ЭТО круто торкает, честно вам говорю. Я даже рецензию написала (к посту прилагается).
Сама я книгу Семеновой читала (точнее, всю серию), и вообще это единственная фэнтазя, помимо ВК, которую я осилила полностью и с удовольствием.
Прежде чем начать повествование, вознесу краткую молитву. Госпадя! Спасибо тебе, что спас меня от просмотра этого чуда утром 1го января – я бы этого не перенесла.

под кат, ибо спойл

-

/av.li.ru/58884_972432.jpg" target="_blank">http://av.li.ru/58884_972432.jpg) no-repeat">


/av.li.ru/58884_972432.jpg" target="_blank">http://av.li.ru/58884_972432.jpg) no-repeat">

Но устали глаза выбирать между черным и белым.

Шарахаешься в сторону полнейшего воздержания: принципиально не смотришь паузы в телевизоре - может, тебе захочется даже не то, что девушка рекламирует, а как бы и саму девушку; потом резко перебивает на поток идей, как бы заполучить желаемое безболезненно, быстро и без налоговых выплат.

-Я вовсе не собираюсь Вас лапать. Ну, в смысле ... здесь, в баре.

Один мужик очень хотел крутую тачку, потому как мечты его о столь же крутых тетках закончились логическим выводом в виде жены. Он прилепил на самом видном месте, а именно на холодильнике, фотографию машины, скрупулезно извлеченную из журнала, а рядом прилепил себя в полный рост: с широкой и невероятно дебильной улыбкой. Через три месяца он ее купил на какие-то абсолютно случайные деньги, которые чуть ли не рядом с его подъездом вдруг образовались. Ну, так, знаете, у кого-то чужие окурки под ногами, а у кого-то подарочный сертификат. Другие умные товарищи поправили очки на носу и интонациями хорошего полицейского объясняли, что это всё сила Космоса. Главное думать, что, то, что ты хочешь у тебя уже есть. А потом голосом плохого полицейского добавили, что если ни хрена не вышло, значит, плохо хотел. Сомневался, или меркантильно откладывал несчастные куски зарплат в жестяную коробку из-под печенья. Космос, оказывается, не любит мелочности. Подмывает устроить эксперимент - разработать методологию самовнушения, жизни ради удовольствия обладания, употребить всю квартиру как полигон для тренировки веры и самообладания. Только вот проблема - мои желания не вырежешь со страниц периодики.

Мудрецы, модифицированные в набор афоризмов, ведают, что любовь, как удачу ждать бесполезно: она сама явится, как вечно пьяный, невменяемый друг - неожиданно, не во время и всегда с последствиями. Тогда-то жизнь и закрутится по спирали из верных решений, цветных банкнот, розовых лепестков, бесплатных купонов и воздушных поцелуев. Говорят, выстрадаешь. Говорят, не жди ничего - все придет. Говорят, забей. Такие до фига божественные заявы. Тоже эксперимент тянет замутить: позиционировать духовные ценности выше разумных, ничего не ждать, воспринимать удары, как должное, спиться, нарушить хрупкие грани восприятия жизни, как терпимой депрессии. Только вот опять проблема - сознательно отказаться от целей, которые очень хочется, не удавалось еще никому. Ну, разве что, заменив их на более выгодные с позиции глобализма.

-Он упал. И как начал валяться!

Люди прекращают верить в Деда Мороза, когда понимают, что получать подарки от близким им хочется больше. Когда становится слишком очевидно, что от близких ничего путного никогда уже не дождешься, общественность плавно возвращается обратно к Деду. Иногда кажется, что если стать очень несчастным под полночь, то Высшие Силы всенепременно свершают над тобой некий параномальный акт, вследствие которого ты осоловеешь от счастья, компенсирующего все страдания. Обьем страданий приравнивается к мучениям голодной Африки в течение 100 лет. Круговорот чудес в природе.

-Во что ты веришь?
-В то, о чем никогда не подумаю.

Сделай меня свободным. Подари мне город. Планету. Проездной на январь. Фонарь на улице. Немного человечности: не ко мне, в меня. Космос, как, откуда мне вырезать мое желание - я хочу, чтобы у этого мира не было Апокалипсиса. Никогда-никогда. Где это написано? Кем забыто? Я могу даже забыть, как это любить жизнь, чтобы эта любовь долбанула меня неожиданно как-нибудь между десятой сигаретой и третьим получасом слов. Где эта чертова кнопка? Какой он - правильный ответ?

Я совсем не гребаный альтруист. И вовсе не люблю Вас, мерзкие крысы.

Я зову. Я гоню.

И очень хочется, чтобы шел дождь. Но идет снег.

Это мир так хорош за секунду до взрыва

Почему люди все ещё играют в любовь? Каждый же знает, что за то, что ты лежишь сейчас в темноте, раздетый, даже кожу с тебя сняли и повесили на спинку стула за ненадобностью, за иллюзию неодиночества, когда кажется, что ты одно и с этим человеком и так будет отныне и навсегда, будет светить солнце, кувыркаться водичка, а ты будешь щекотать его прядкой волос и смеяться, оранжевое небо, оранжевый верблюд, за все это придется платить так, что мало не покажется?
И ты, точно так же без кожи, взойдешь на плаху, в темном переулке или на лобном месте, в тебя полетят камни, а ты закусишь губу, выматеришься как сапожник и заорешь в небо "за что?!?!" Все эти слезы в подушку, разбитые в кровь руки, распитые литры алкоголя, сигареты, исписанные нервные почерком листы бумаги, бокалы, которые бьются в руках - это все неизбежность, как бы мы не обманывали себя. Никто ещё не выдумал, чтобы можно было без мук целовать, целовать, целовать, а потому сгибайся пополам, едва оставшись один, но пусть пружина работает как часы и тебя разгибает за секунду до того, как кто-нибудь войдет, улыбайся в переполненном автобусе так, чтобы людям казалось, будто светит солнце и умирай, выкуривая сигарету в одиночестве. Все ведь знают, как это сидеть и молча молить о том, чтобы избавиться от боли этой, любым методом, слышишь, Мефисто, только бы не чувствовать, только бы не быть, а то вывернет душу наружу, что останется?
Знаем же, что за все надо платить, а вот смотри ж ты, бросаемся в этот поток снова и снова, ничему нас жизнь не учит. Ждем ещё, призываем громы и молнии на свою голову, вот смешные. Как можно сознательно, на такое? Все равно бы, как Карл ткнул бы локтем в бок Кромвеля и нервно хихикая предложил бы ему повести революцию, в которой непременно предусмотрена казнь короля.
Мы так постоянно делаем, особенно в юности. Разве можно так легкомысленно к себе относиться, а?

Свобода

Всё бегаем, всё не ведаем, что мы ищем;
Потянешься к тыщам хватишь по голове.
Свобода же в том, чтоб стать абсолютно нищим
Без преданной острой финки за голенищем,
Двух граммов под днищем,
Козыря в рукаве.

Все ржут, щеря зуб акулий, зрачок шакалий
Родители намекали, кем ты не стал.
Свобода же в том, чтоб выпасть из вертикалей,
Понтов и регалий, офисных зазеркалий,
Чтоб самый асфальт и был тебе пьедестал.

Плюемся люголем, лечимся алкоголем,
Наркотики колем, блядскую жизнь браня.
Свобода же в том, чтоб стать абсолютно голым,
Как голем,
Без линз, колец, водолазок с горлом, -
И кожа твоя была тебе как броня.



17 декабря 2006 года.

Автор: umnitsa@inbox.ru

http://vero4ka.livejournal.com/314174.html

«- Когда это закончится?
- Так будет вечно!»

Она смотрела на своё отражение в зеркало. Гордый подбородок, высокий лоб, тонкий изящный нос, по-детски капризные губы и глаза… Бездонные, как озеро в горах, далёкие, как берега моря… одинокие, как птица в небе.

- Почему? – спросила Она, продолжая смотреть в зеркало. Вопрос упал, словно первая капля дождя на землю.

- ПОЧЕМУ МУЖЧИНА НИКОГДА НЕ ПОКИНЕТ ПОЛЕ БИТВЫ, РАДИ ЖЕНЩИНЫ?

Он обернулся, разрезав тонкий воздух ночи острым взглядом.
- Почему? – повторила Она.
Он помолчал, посмотрев на звёзды, и ответил:

- ПОТОМУ ЧТО ОН ЗНАЕТ, ЧТО ЖЕНЩИНА БУДЕТ ЖДАТЬ ЕГО!

Она закрыла глаза, что бы не видеть, как тонкая морщинка прорезала лоб. Он отвернулся, что бы не увидеть, как Она не заплачет.

- Когда это закончится?
- Так будет вечно!

Что-то все вдруг вокруг меня хором заностальгировали по Эсэсэсэру.
Таксисты, дневниковцы на форумах, люди в телевизорах...
Вон, даже Гоблин Переводчик Фильмов, к которому я до сих пор относилась к откровенной симпатией, вывесил недавно у себя на сайте гигантский пост, о том, какое это было расчудесное государство и как замечательно всем там жилось.

По-моему эту страну по утрам нужно из шланга антисклерозными препаратами поливать - каждый двор и улицу.

Нет, я уже не говорю про свободу там слова, передвижения, труда, политической деятельности и прочих таких аспектах. Я уже с интересом выяснила, что очень многие люди искренне считают, что все это вещи ненужные и даже вредные. Видимо, это только некоторые инвалиды вроде меня не могут без них существовать - как диабетики без инъекций инсулина - а все остальные, нормальные и здоровые, великолепно без этих свобод обходятся.

Ладно. Пусть. Но откуда прочий амнезийный бред-то берется? О всеобщем благополучии советских граждан????

Советские граждане и благополучие - это же антонимы. Я-то все это помню....

Город Вологда. Семидесятые-восьмидесятые годы. Колбасных изделий на человека - полтора кг в месяц, сахара - 1 кг, масла- 250 граммов. Гречку только ветеранам труда, консервы с тресковой печенью или лосось - только больным детям по справке из поликлинике. Когда в магазин завозили рыбу - синюшного хека или скумбрии в стадии разложения - магазины брались штурмом. Народный фольклор повествовал о том, что однажды в центральном универсаме были замечены бананы - слухи об этом явлении еще годы циркулировали по полумиллионному городу.

Разумеется, половина Вологды каждые выходные ездила в Москву за провизией. Мои родственники не были исключением - и каждый их приезд превращался для меня в испытание на прочность. Потому что в Москве ту же колбасу больше двух килограммо на руки не давали - и в такой ситуации ребенок - объект незаменимый. До сих пор помню сцену. Мне лет пять. Зима. Уже третий час мы с тетей Люсей и дядей Сережей стоим в Елисеевском магазине в очереди за краковской колбаской. Моя пятнистая шубка из искусственного меха расстегнута и шарф размотан, но все равно - дышать тяжело, очень жарко и болит голова. Меня качает, я утыкаюсь носом в чьи-то брюки...
- Нас трое, нас трое! - слышу я голос тети Люси. - Сереж, подними ребенка, чтобы продавец видел! ребенок тоже колбасу покупает!
Я взмываю в воздух над толпой...

Дефицитом было все. Сапоги, детские колготки, мужские носки, вата и лампочки. Туалетная бумага встречалась в природе реже красноногих ибисов. В очереди за швейной машинкой стояли четыре года, за стиральной - пять.

Почему я вс это помню, а другие - забыли? Я что - особо злопамятная что ли?

Медицина... бесплатная... лучшая, блин, в мире.
Мой дед, брат знаменитого хирурга Бакулева, скончался от сердечного приступа, пролежав двое суток в коридоре больницы - в реанимации не было свободных мест. Маленького ребенка моих знакомых не смогли спасти, потому что не успели раздобыть прописанную ему кокарбоксилазу - коробки с этой проклятой кокарбоксилазой приехали от родственников из Риги в день похорон.
Да вы вспомните просто, что творилось в этих больницах, поликлиниках, кабинетах стоматологии... Лекарств - нет, сиделок - нет, запись на кардиограмму - за три дня.

И не надо смотреть эти советские фильмы, хватит. Вранье на вранье там едет и враньем погоняет.Родители, помнится, все время удивлялись - зачем это там все время показывают изобильные прилавки, заботливых докторов, нарядные одежды, большие квартиры, чистоплотных дворников. И где героиня, интересно, раздобыла этот кофе, которым она героя из дефицитнейших чашечек производства ГДР поит? Она же вроде как школьная учительница. А манитофон у учительницы откуда? И вот эта стенка чешская - за которой в очереди годами даже нехилые чиновиники из Главка стоят?
Нет, все понимали, что это - художественная условность, только не понимали, кого это может обмануть?.
Оказалось, нас и обманывает. Только спустя двадцать лет...

Я прошу прощения за длинный пост, но все-таки продолжу. Накипело, правда.

Преступности не было? Не было, точно. В газетах. Разве что уж совсем разбушевавшийся выборгский маньяк после тридцати убийств удосуживался статьи в прессе - но только после того, как доблестная милиция его поймала (скоро, правда, выяснилось, что поймали - и расстреляли - вовсе не маньяка, а совершенно невинного человека., но это уже детали).
Но когда я сбежала в четырнадцать лет из дома,мои дядя с отцом, разыскивая пропавшее дитя, за неделю ездили опознавать 10 "неустановленных" девичьих трупов с признаками насильственной смерти. Десять. Моего приблизительно возраста. За неделю в Москве.

"Сенйчас жизнь жесткая и неискренняя. Тогда были другие ценности. Мы разговаривали, общались, много читали" написал мне в ответ на форуме вполне неглупый и приятный человек.
Читали, значит. А что читали, если не секрет? "Сельский праздник" Ивана Афоничева? "Молодежь шагает весело" Бахыта Ирзоева? "Раздумья о красоте и вкусе " мадам Земляникиной?
Что в книжном магазине можно было купить всегда - это труды Ленина энд компании, плюс опусы членов республиканских отделений Союза Писателей. Причем таких членов, которых при рождении добрая фея долго лупила скалкой по голове - чтобы выровнять любые возможные шишки литературы: Айтматова, к примеру, уже фигушки, так просто не найти было.
Километровые очередеи за макулатурными Дюма и Моэмом, совершенно недоступные (только в "Березке", за чеки) Ахматовы, Мандельштамы, Азимовы, и Шекли....
Я помню. Как такое можно забыть.
Аня, дочка знакомых, прочитала однажды в гостях "Алису в стране чудес" и год бредила этой книжкой. Папа с мамой согласны были даже за безумные деньги купить ее у спекулянтов - но им не повезло, "Алисы" не нашлось.
Тогда мама, кандидат наук, пошла в Ленинку не поленилась там эту Алису всю переписать. от руки (ксерокс, если помните, тогда был уже вовсю изобретен - но у нас запрещен к использованию, как вешь подрывная. То есть, ксероксы были в крупных библиотеках, но рарешение на копирование страниц раздобыть было нереально - требовались подписи директора твоего предприятия и разрешение какой-то цензурной организации...) Так что тетя Наташа две недели "Алису" переписывала, а потом дома на машинке перепечатывала. А ее муж, дядя Юра, прекрасный художник, нарисовал дивные к ней иллюстрации и сшил все это в большю книжку, которую родители на день рождения Ане и подарили.
Несколько лет эту книгу, завернув в толстую бумагу, бережно передавали почитать всем знакомым детям - так и я впервые познакомилась с произведением Льюиса Кэррола.
А потом какая-то сволочь-таки стукнула, и в доме у тети Наташи и дяди Юры был обыск - искали самиздат. Нашли только "Алису" - поэтому не посадили (а вот за Солженицына самопального, к примеру еще в середине восьмидестяых легко было лет пять на зоне схлопотать)
Книжку конфисковали.

О чудной советской жизни я могу расказывать еще километрами. Для освежения памяти. Но не буду.

Напоследок, маленький эпизод.

Захожу я лет двадцать назад в продуктовый магазин на Петровке (тот самый, где сейчас один из лучших московких гастрономов - "Азбука вкуса" расположен). И смотрю, что там такого продается, чтобы домой купить было можно. Типа для поесть.
А продается там...
Ну, во-первых, соль.
Во вторых - бумажные пакетики с лавровым листом из Грузии ( и этими пакетиками - в стопочках, пирамидках и кружочках декорированы все прилавки, чтобы пустыми слишком не выглядели).
В-третьих - деревянные навесные вешалки в прихожую. Из кривых таких реечек.
В четвертых - большие пластмассовые буратино в жилетках.
И еще какая-то бордовая жидкость в больших пыльных банках - не то сок черноплодной рябины, не то - свекольные выжимки.

А в рыбном отделе в витрине стоит большой лоток, наполненный какой-то странной розовато-серой смесью. И впереди - ценник

СТУПНИ КАЛЬМАРА
1 рубль 90 коп.

- Что это? - полушепотом справшиваю у продавщицы. - какие... ступни?
- Ну у них есть щупальца, а это такие блямбы на их концах.
- Присоски что ли?
- Да какая разница? Люди берут - их если часов пять варить, потом в салат можно класть- только немного.


- Ты не понимаешь, - говорил мне совсем недавно еще один очень приятный человек. - Сейчас время - прохиндеев и негодяев. А тогда - это было время чудное, поэтическое...
- Ага, поэтическое, знаю. Ступни кальмара, веки лосося...

Но он, конечно, не понял, что я имею в виду.