Я познакомился с ней, когда ей было 15. Уже не маленькая, но еще не большая, она была ни рыба ни мясо – ни то, ни се. Она уже потеряла детскую невинность и наивность, но ещ не нашла места в жизни как взрослый человек. Она не была уверена в себе, потому что друзей она уже растеряла, а любовь еще не нашла. Кроме того, свой необыкновенный талант она не замечала.
Мне тогда было 20, а точнее, уже 21, но это не мешало нашей дружбе. Она относилась ко мне как к старшему брату, которого ей так не хватало. Она была единственной в семье, но проблемы с родителями настигали и ее. Однажды она пришла ко мне на работу. Это не было так странно, она часто ко мне забегала после школы, только в то раз случилось нечто необычное и неординарное. Она просто спросила: «Если я сбегу из дома, можно я буду ночевать здесь?» У меня отвисла челюсть. Никогда я не думал, что услышу от нее эти слова. «Что?» - вскричал я, вскакивая со стула. Она устало улыбнулась и просто произнесла: «Они меня достали!» Мы говорили с ней около двух часов, пока я не понял, что она просто сказала мысли вслух и вовсе не собиралась убегать из дому по-настоящему.
А когда у нее сломался телефон, она просто над этим прикалывалась: «Предки смылись. А поболтать не могу». Ее чувство юмора меня удивляло. В какие только передряги она не попадала, но всегда выбиралась и потом рассказывала об этом, как о шоу. Она вообще считала всю свою жизнь театром. Совершенно одна во всем мире, она терпела все молча. А своего первого парня она вспоминала с улыбкой, хотя в то время слезы не высыхали на ее глазах. Она называла его лучшей страничкой в ее жизни. «И все это, все-все, написано у меня в сценарии, и все слова, все действия, мое имя, мой телефон, который сломался. Представляешь, я его даже не починила» - и она засмеялась своим переливчатым смехом.
А однажды она сказала, что любит меня. Я было подумал, что она снова шутит, но это было не так. Она подарила мне красивую открытку, стала навещать меня каждый день. И постоянно была весела. Как друзья, мы отпраздновали ее 17-летие, и вдруг она исчезла.
Просто однажды она не пришла. Ее не было неделю, две. Я звонил ей, но ее телефон был сломан, как всегда. В школе ее тоже не было. Ее не видел никто, говорили, что после дня рождения она уехала навсегда.
Вчера ей бы исполнилось 20. Где она – я так и не узнал. Хотя искал ее, искал так, как не ищет никто. Ведь когда она исчезла, я понял принцип ее жизни. Я понял все ее слова, смысл которых был для меня закрыт.
Я отключил телефон, и сегодня мне пришло письмо. Это была она. Она написала, что любит меня до сих пор и оставила свой телефон. Наконец-то она его починила.
Олиська, не пугайтесь, она у нас. О дальнейших наших передвижениях до тольятти и не очень читайте в следующих выпусках новостей.)))
