Девушка звали Илина. Не простое имя, уходящее корнями к Кавказу, но ничего подобного у неё не было. К имени Илина прилагалась фамилия Матвеева и отчество Сергеевна. Она была русской. Именно эти три слова были написаны на больничной карточке. И проведены две красные полосы. Сама Илина сидела у окна и не знала, чем занять себя. Впервые за 17 лет девушка пожалела, что не курит- ей просто нечем было занять руки. Она тихо вздохнула и правела на больничной стене ещё одну зарубку. Ещё один прожитый день…а сколько ещё засечек она успеет сделать??? Сколько раз посмотрит за стекло и улыбнётся рвушемуся навстречу рассвету? Она не знала. А врачи-онкологи знали, но молчали. Девушка встала и посмотрела на свой мобильный телефон. Нет, никто не писал. Да и кто напишет? Кто пришлёт ей СМС? Любимый, до сиз пор такой любимый и незабываемый Серёженька оставил её тогда же, когда были известны первые результаты анализов. А ведь совсем недавно он клялся в любви, целовал утром в шею и называл «котёнком». Но кому нужна девушка с раком желудка? Да к тому же после нескольких химиотерапий продолжительных курсов лекарств её нельзя была назвать девушкой в полном смысле этого слова. Некогда густые тёмно-каштановые волосы резко поредели и посветлели, став грязно-русыми, большие глаза светло-карего оттенка, или пивного цвета, как их называла сама Илина, резко померкли. Она ела очень мало, но гормоны сделали своё дело, тело резко пополнело. Она почти никогда не смотрела на себя в зеркало, обходила его стороной, и, если ы не соседка по палате, Ксюха, сняла бы зеркало и из ванны. Ксения была необычной девушкой. Несмотря на то, что она была всего на год старше Илины, она, казалось, уже успела в своей жизни перепробывать всё: бывшая проститутка, курила травку, кололась дурью, и совершенно на задумывалась о своём будущем. Считала, что так будет всегда. Но кто-то нарушил её планы, и вот сейчас она тихо умирала на соседней кровати. Илина села рядом с ней и посмотрела в её серые глаза, ныне сравняшиеся по цвету с тусклым больничным потолком.
-Я умираю, сказала Ксеня. По щеке её сбежала слеза.
-Ты будешь жить, будешь!!.-почти прокричала Илина, схватив девушку за руку.
-Ты веришь? Ты в это веришь, да?
Илина кивнула и закусила губу.
-Ты ебанутая, Илин,-усмехнулась Ксения и тут же её лицо исказила гримаса боли. Илина выбежала в коридор и сказала сестре:
-Там Семёнова умирает! Вколите ей обезболивающего!
-Нельзя, почки сядут. К тому же она пока не умирате. Пока.
Илина горько вздохнула и села на свою кровать, обхватив колени руками. Слезы и хрипы Ксени перешли в крики. Илина не плакала. Она задумалась. Почки сядут. Нужны ли они ей, Ксюхи, весёлой и беззаботной, которая умрёт сегодня-завтра? И ей, Илине, которая не намного переживёт её? Нет. Нет. Илина подошла к зеркалу. Усмехнулась себе. Она не понимала жизни, точнее, не жизни, а суррогату жизни, жалкого существования Она без спросу взяла Ксюхину косметичку и провела дешёвой помадой по иссохшим губам. Потом подошла к окну и открыла его. Посмотрела вниз в четвёртого этажа.
Ксюха посмотрела на всё происходящее и попробовала встать.
-Слезь, дура, что ты надумала???
Илина лишь усмехнулась. Она распустила волосы. И шагнула вперёд.
Её сердце не выдержало. Илина умерла, не долетев до земли. Так потом сказали патологоанатомы.
Ксения пережила Илину на два дня.