Он мне Никто
Рилина наглое существо, Рилина забила на все заказы и пишет для себя.
Он мне Никто
Те же звезды на небе.

Сколько раз девушка не приходила в это место, звезды всегда были те же, и на том же месте. И светили так же - дарили свет, а тепла- ни капли.

Но их тепло ей было не нужно. Девушка шла в то место, надеясь найти там другое тепло – более конкретное и ощущаемое.

Она мягко садилась на холодную землю. И, тихо вздохнув вместо приветствия, опиралась спиной о спину своего давнего друга. Юноша осторожно накрывал её руку своей ладонью.

-Всё так же?

-Всё так же.

И тишина. Девушка молча считала звёзды, перебирая в уме события прошедшего дня. Юноша задумывался о чём-то своем - может, о работе, может, о прошедшем. Девушка не спрашивала. Она никогда ничего не спрашивала первой, пока люди не начинали сами ей рассказывать. Она с радостью слушала, давала советы. Смеялась, когда рассказчик хотел, чтобы она смеялась. Успокаивала, когда собеседник вызывал к себе жалость. Но его, своего друга детства, она любила за то, что он никогда не просил советов, не требовал внимания, не засыпал её расспросами. Просто молча сидел, крепко держал её руку, давая ей уложить в голове то, чем её закидали в тот день очередные «новые знакомые» или

«друзья на всю жизнь». Или и первые, и вторые. Или первые, плавно перетекшие во вторых.

Юноша был старше. Юноша был старше, и оттого - серьёзней. Юноша не слушал других, он был увлечен сначала учёбой, потом – работой. Но при этом, он смог сохранить лучшие чувства, которые только человек может вынести из детства. Он умел веселиться, умел развеселить, умел быть веселым. И просто умел быть рядом в нужную минуту. Знал, кому надо протянуть руку в трудную минуту, а от кого её убрать.

Они были совершенно разные, но в то же время- обычные юноша и девушка, со своими мечтами и идеалами.

И каждый день они сидели на берегу этой тихой реки, осторожно взявшись за руки, прислонившись друг к другу спинами. И они давали тепло, особое тепло, именно ту часть тепла, которой не хватало и ей, и ему.

Час, два, три… Юноша никогда не уходил раньше, прежде чем девушка собьется со счета звезд. Он был готов ждать, и ждал, даже когда она прекращала считать звезды лишь с рассветом. Он осторожно протягивал ей руку, помогал подняться. И провожал до дома. Всё это время – молча.



Иногда подруги девушки спрашивали у неё:

-Что ты делаешь с этим юношей? Вы же не встречаетесь, он не твой парень! Прекрати каждую ночь убегать с ним! Кто он тебе? Чем ты ему обязана?

И она всегда отвечала – со скромной улыбкой, которую она никогда не дарила Подругам, только потому, что та была искренней:

-Я ничем ему не обязана. И он мне – Никто. Поэтому, мне так легко и хорошо рядом с ним.



(С) Hivernale, 14.07.08