– Закройте окна, – попросил Семен.
Через минуту в машине стала стремительно холодать. Запахло морем – солоновато, зыбко. Я даже понял, что это ночное море, и не слишком то далекое – обыкновенное крымское побережье. Йод, водоросли, тонкая нотка полыни. Черное море. Коктебель.
– Коктебель? – спросил я.
– Ялта, – коротко ответил Семен. – Сентябрь, десятое число, тысяча девятьсот семьдесят второй год, ночь, около трех часов. После легкого шторма.
Илья завистливо цокнул языком:
– Ничего себе! И такой букет ты до сих пор не истратил?
Юля виновато посмотрела на Семена. Консервация климата давалась нелегко любому магу, а истраченный сейчас Семеном букет ощущений мог украсить любую вечеринку.
– Спасибо, Семен Павлович… – перед ним девочка почему то робела, словно перед шефом, и звала по имени отчеству.
– Да мелочь, – спокойно ответил Семен. – У меня в коллекции есть таежный дождь девятьсот тринадцатого, есть тайфун сорокового, есть весеннее утро в Юрмале, пятьдесят шестого, кажется… есть зимний вечер в Гаграх…
Илья засмеялся:
– Зимний вечер в Гаграх – фиг с ним. А вот таежный дождь…
– Меняться не буду, – сразу предупредил Семен. – Я твою коллекцию знаю, равноценного у тебя ничего нет.
– А если на два… нет, на три…
– Могу подарить, – предложил Семен.
– Пошел ты, – дергая руль обиделся Илья. – Чем я отдарюсь за такое?
– Тогда позову на расконсервацию.
– И на том спасибо.
(с) Ночной дозор

В свете нашей погоды - я просто млею!