В колонках играет - АК - Кто украл мою звезду

Окна покрылись инеем. Наступила зима. Теперь ничего нельзя было увидеть за мутным стеклом.
И смотреть было больше нечего. Ранним морозным утром было видно как поднимается мутно-белый
холодный свет солнца... Но этот рассвет ничего не тревожило... Тихо и уныло звучала песня
тишины... А зима постепенно всё превращала в лёд. В открытое окно влетел холод...
Стены покрылись льдом... Ветер обвеял мертвые руки и холодно взглянул в глаза...
Потом обрушились ледяные стены... Стены из синего льда. Ядовито синего цвета, выжегающего глаза.
Наконец-то синева сомкнула их... Синий цвет превратился в темноту, густую и непроглядную.
Но не было ни дальнего света, ни тоннеля... Темнота вскоре просветлилась, едва можно было увидеть
,что перед глазами всё та же вода... И ничего не менялось. Только силы с каждой секундой
покидали. И уже можно было разбить покрытое льдом окно...
Соленый лёд... Это замерзшие слёзы тех кто здесь остался.
Из окна можно было увидеть накрытые шапкой тумана дома... На корнизе лежала погибшая от холода
птица, не успевшая улететь в теплые края... Где-то внизу завывала продрогшая собака.
Но никто точно не знает, что означает её вой... Может быть... где-то рядом была смерть.
И она приходила... Это она влетела в открытое окно, она превратила всё в лёд... она обрушила
стены синевы... И оставила воду... Всё ту же воду перед глазами... Черную-черную...
Уходя скрыла всё туманом, нельзя было найти обратной дороги... И вылетела оставив окно
открытым.
Где-то внизу все еще не стихал собачий вой и перекликался с воем ветра... С неба падали хлопья снега...
Кристальный лед отражал серость неба.
На фоне серости блестел свет, всё такой же холодный, он не мог развеять тумана. Не мог ничего вернуть,
не мог вернуть покидающую тело жизнь... И вот уже совсем близко, облаченной в белую рясу стояла смерть,
чего-то ждала и расстворялась с неизбежным приходом дня... Она ждала... Ждала, когда последняя капля жизни
покинет тело. Но день приближался и её силуэт становился всё тусклее и тусклее и вскоре совсем исчез,
оставив лишь боль и слабость. Вода уходила, а в замутненных глазах крутился какой-то светлый и непонятный
сон... Тьма исчезла, остался лишь свет... Ясный свет солнца, которого так не хватало.