Поздно ночью дым разбудил во мне голод.
Выбирая между макди на Невском и бистро в соседнем переулке, я поплелась на кухню, неся в руках сковородку и десяток яиц.
С тех пор, как алкоголь решил уничтожить Тёмину печень, мы готовили в электрической пароварке и не имели нужды выходить на кухню.
Я подошла к окну. Всё теже расшатанные окна, смотрящие в колодец. Трогательный игрушечный дворик. Я, вспомнив старые привычки, закурила сигарету.
Вот так это обычно и бывало в те самые счастливые первые месяцы в старом доме на Марата. Мы с женой поздней ночью на кухне. Открытое окно во двор тающей белой ночью. Одна сигарета на двоих, затем вторая, третья... Так улетала пачка. А мы сидели на подоконнике и болтали. Обо всём и обо всех.
Что-то похожее бывало в Краснодаре. Только чёрные ночи, но всё те же подоконники, сигареты, дым и яйца на плите.
Что-то похожее бывало в каждом городе, где я ночью оказывалась в гостеприимных домах.
И когда в соседнем окне я вижу сидящую фигуру, я ощущаю какую-то странную похожесть между собой и тем человеком.
Привет, братья и сёстры ночных подоконников и бессонных окон!
Ведь когда мне грустно и одиноко, я подхожу к окну, всматриваюсь в дома напротив, я убеждаюсь, что не одна в этом мире.
Настроение сейчас - сладкий туман
