"За вашу поганую Ма-а-аскву!" - провозгласил вчера в ресторане дружкок, заехавший погостить на пару дней. А у него особенность - с каждой рюмкой голос все звонче. Рюмка была далеко не первая, поэтому услышали все. А услышав - набычились. Через минуту от соседних столиков пришел переговорщик. Накломился ко мне и тихонько спросил:
- Откуда гость?
- Из Питера - отвечаю.
- Тогда ладно.
Через пять минут официант принес бутылку водки: "Это вам вон от тех ребят" и показал в самый дальний угол заведения.
Москву не любят практически все. В понимании европейцев мы дикая страна - родина заснеженных матрешек. Для глубинки - богатеи-кровососы. Про поляков и украинцев вообще молчу. Но у петербуржцев какая-то особая нелюбовь - с историческими примерами и морально-художественной подоплекой. Практически готовая национальная доктрина. Довольно долго прожив в этом чудесном городе, я (в отличие от них) сумел эту нацидею сформулировать. Звучит примерно так: "Смотри, Ма-а-асква, в каком мы дерьме! Такие умные, красивые, образованные, а в дерьме! Мы вам живой укор. И не надо нас отсюда вытаскивать. Ибо мы - петербуржцы - нация такая. Сидим тут, среди болот, и презираем вас". И культура почти вся на этом построена - от мрачного Достоевского до трагического Башлачева.
Конечно, это не повально, но у подавляющего большинства. Ну ладно, берем петербуржца, усаживаем напротив и спрашиваем: "Чего тебе надо?". Давай, на работу хорошую устроим. Или столицу обратно перенесем. Или... Ну чего для тебя сделать? Тут и выяснится - ничего ему не надо. А главный смысл - чтоб... У барда Левина песня была. Не про питерцев, а вообще. Поется в ней о том, как умрет лирический герой и "...Вот тогда все заахают, заохают, вот тогда все заплачут-закричат. А я скажу им "Раньше надо было! Было надо раньше!". А потом совсем умру". Вы скажете - бессмыслица какая-то. Не более, чем их неприязнь к столице.
Но однажды и они меня спросили: "А вы, москвичи... То есть не лично ты, а вы - кого любите?" Тут я и задумался минуты на полторы. А вышло у меня, что нам кроме их, перебуржцев, любить-то и некого. Безответно.