Когда-то мы все родились: кто-то позже, кто-то раньше…
Арсений родился в Рождество в год Кота в Иванове в семье студентов, у которых были и радости, и горести. Немного позже он отправился к бабушке, которая любила его так сильно, со дня его рождения и до своей смерти, а он не ценил этого, в Порхов. Однажды он выпал из коляски, и если б не молниеносная реакция бабушки и её крепкая рука, схватившая пеленку, он бы наверно пробил бы себе голову.
А потом вернулись родители и забрали его в Псков, где они успели обосноваться. Мама не смогла из-за Арсения закончить ВУЗ и поэтому стало домохозяйкой, на годы похоронив себя для общества, а папа стал работать кукольных дел мастером в театре кукол. Сначала в небольшой квартире в старом-престаром здании на втором этаже не было ничего, кроме детской кроватки. И единственным осмысленным воспоминанием Арсения того времени было то, как он сидел в тазу с водой, в распашонке, а вокруг него плавала его какашка, как спутник по орбите планеты.
Но дом решили преобразовать в музей, хотя позже снесли, поэтому семья Семёновых попала в коммуналку в здании «Ракеты», которое также, как и первое пристанище, находилось рядом с Псковским Техническим лицеем. Там жила семья, из которой мальчик запомнил только девочку чуть старше него, которую он однажды укусил до слез, и бабка, которую Семёновы называли Хусейнихой из-за её вредности, из-за неё, а именно устроенного ей сквозняка, он однажды и заболел. До этого он тоже болел и очень часто, а когда ему ещё и не было года он даже лежал в больнице, а мама спала прямо над ним, чтобы больные люди вокруг не смогли его заразить.
А потом была третья квартира, совершенно в другом районе города, и уже там, в 5-летнем возрасте, у мальчика появились друзья. Ромка, с которым так весело было кататься на велосипедах «Кросс» и изображать из себя полицейских, у которого была двухъярусная кровать, обклеенная сверху наклейками из «Терминатора», и с которым впоследствии был потерян всякий контакт, но он был на несколько лет старше, и это многое объясняет. Был Пашка, с которым мы собирали пауков под балконами, и которого Арсений впоследствии видел десяток лет спустя. Был Слава, с которым так классно было играть в пластиковых роботов с головами зверей, собирать картонки «Бэтмена» и играть в Денди. Ах да, был у мальчика компьютер, Коммодор 64, на которым только и можно было, что играть в игры с аудиопленок. Этот компьютер, научивший Арсения двум английским словам Run & Load достался ему вместе с телевизором Thompson из Риги от двоюродного брата Жана и его семьи. Телевизор же обучил мальчика любви разбираться в функциях и настройках техники, к которой тот всегда находил подход без инструкции. Были брат Филипп и Рита, близнецы, у которых он был на ДР, первом чужом в своей жизни. А ещё два раза в местах разрывов труб на него скидывали булыжники и пробивали голову, что кровь пропитывала всю куртку.
А однажды Арсений начал канючить и не пошел вечером с мамой в магазин, в котором та попала в очередь. На улице было темно и он вскоре стал боятся. Он прятался под одеялом и через каждую пару минут то включал, то выключал свет. Это был тот первый осознанный момент одиночества в его жизни, но потом он смог привыкнуть.
У него было не много игрушек, а половина была с помоек во дворе, помоек, которые все так любили поджигать, но за кинутую им шину однажды огребли по шее. И марки он тоже находил в помойках и собирал их. Как-то раз, когда он гулял с мамой, то вместе они заметили наклейку с коробка, на которой был ёжик, а дальше другую. Оказалось, что кто-то выкинул свою коллекцию в окно и она разлетелась по полю огромных размеров. А в кафе рядом с домом было желе слоями: белый, красный и вишневый.
Ему нельзя было бегать через дорогу к автобусной остановке Звездная, но он бегал, потому что там стоял ларек, где в Турбах были отличные вкладыши, которые он собирал вместе с другом Митькой, который несколько лет называл его Расением, так как при первой встрече неправильно расслышал его имя. Позже Арсений украл у него вкладыши, но из-за Митиной бабушки отдал, но все равно Митька потом наябедничал его маме, и она при Арсении смыла всю его коллекцию в унитаз.
А ещё был камень, который попал ему по затылку, но предназначался не ему…
И на протяжении всей этой жизни в этом дворе мальчик обрывал в клумбах перед подъездами цветы и носил их маме, к его уезду оттуда в клумбах никто больше ничего не сажал. В садик он не ходил, вернее был там 1 месяц, но после того, как чем-то заболел, больше его туда не водили, и все время он был рядом с мамой.
И много ещё чего было на улице Энтузиастов: и его первый самостоятельный поход в магазин, где он купил 4 литра молока, вместо пол-литра, и водяная ракета, и Сиреневый бульвар, и папина мастерская, и начало папы в предпринимательстве, и поездки к дедушке в Ичалово, и совершенно не родная тетя Света с маленькой Юлей в коляске, которым он тоже дарил цветы и любил гулять, был Детский парк, где он обожал игровые автоматы, и часто искал пятнадцатикопеечные монеты, упавшие на пол, и был там сторож с собачонкой, с которым Арсений очень любил общаться, а потом тот исчез…
Потом был первый класс и переезд в последнюю на данный момент квартиру. Во дворе он познакомился с Севой, который стал ему лучшим другом на протяжении долгого времени, но в конце концов предал, начав через других говорить плохо о моих родителях по телефону.
1 сентября. Арсений был в сшитом мамой костюме с огромным букетом. Вероника Владимировна, первая классная руководительница, которую тот пару раз по ошибке называл мамой, а она ему и была второй мамой. Класс, в котором он нашел лучшего друга – Вову, и которого обожал и продолжает это делать. Были: Дмитриев Сашка, Ирванцов Пашка, Тимофеев Олег, Костенков Костя, Иванов Сергей и Саша, Питошин Антон, Заволоко Коля, Теркин Саша, Рогов Миха, Баранова Настя, Макарова Машка, Титкова Ольга, Суровцева Оля, Каныгина Юля, Мартынова Нина, Оксанка и Маринка, Судеева Ленка. Ох, всех без фотографии и не вспомнить. Однажды с Сергеем, борясь, врезались в шкаф и на нас упал горшок: ему рассадило бровь, а мне всю голову, и снова кровь в волосах, а Вероника Владимировна нюхала нашатырный спирт. Это был класс изобразительного искусства. На хореографии Арсений танцевал почти всегда с Суровцевой – она занималась танцами, и он тоже научился танцевать. Потом в класс приходили новые люди: Милюков, Бушуев, Дятлова, Данилова, Горбачев, Серова, Желтобрюхова, Антоненко, Ванчихин, Кристинка, Сорвин. Арсений поочередно многих не любил и часто настраивал класс против кого-то из них, и класс шел за ним. Да, он был старостой три первых года своего обучения. А когда после 4 класса ушел Вовка, то дружить он начал с Дмитриевым, или просто – ДМ. А ещё в конце 4 класса Арсений заболел пневмонией и полтора месяца пролежал дома, после чего поправился на 20 кг и стал толстым. И ведь до этого он был одним из самых любимых и популярных людей в классе, а тут стал изгоем, и это дало ему урок, но только прибавило злости. Он перестал танцевать навсегда. А классная назвала своего ребенка Арсением…
В средних классах он так и оставался любимчиком учителей, кроме новой классной, которую он ненавидел из-за её любви не к результату, а к подлизыванию. Одноклассники тайком курили, а он и не хотел, жил дома, не выходил гулять, играл с Серым в Лего. Позже именно из-за Сереги, или Иванушки, как того называли, он увлекся Формулой-1.
Два первых места на олимпиаде по математике в ППК, одно первое – в северо-западе по «Кенгуру».
Средние классы прошли, с которыми были связанны не лучшие воспоминания, о которых ему сейчас и не вспомнить – так сильно он хотел их забыть, а в 9 классе он поступил в ПТЛ, в здание которого до школы ходил на подготовительные курсы. Да, Арсений только в 7 научился кое-как читать и сначала был одним из самых медленных чтецов, но из-за проснувшейся любви к книгам стал одним из быстрейших.
Он так и ездил через Москву в Ичалово к дедушке, носился за бабочками с сачком, засушивал их, выращивал гусениц, гонял с мамой по рощам на велосипедах, дружил с тамошними мальчишками, а они – с ним. Но это отдельная тема для описания.
До этого однажды он, катясь с горки, почти подвернул ногу, но почти раздробил пятку, поэтому несколько месячные занятия самбо были прекращены. Позже он покалечит и вторую ногу на стройке, поэтому иногда в плохую погоду они обе ноют, бывает он на них обе хромает. Был ещё английский в ДО и ещё одна чудесная женщина – Ирина Владимировна, которую он любил всем сердцем и всегда пытался рассмешить.
ПТЛ… Группу Арсений невзлюбил, половина была серостью, безкультурием и тупым гоготом. Но зато нравившаяся ему девушка затащила его в КВН, где он нашел ещё настоящих друзей. Стрелин – тренер, его просто восхищал, а капитан Высоцкий, Буфа, стал тем Человеком, которым парню хотелось быть. Первый год в лицее прошел вяло, и на сцене КВНа у его команды были тоже результаты не ахти. На второй год он за лето научился хорошо думать шутки и уже попал в основу команды, впоследствии начав помогать, тренирую новеньких – его шило организаторства проснулось в нем. Тогда и появился ещё один человек в его жизни – Картоха, который стал ему тем братом, которого никогда не было. Второй год – второе место. За тот год он научился играть в этой жизни, а не как раньше – просто от неё скрываться. Он похудел до нужных размеров.
11 класс. Он – неназванный капитан, он много времени тренирует команду, все время пытается задать направление, большая часть шуток – его. А ещё Картоха помогает ему попасть в Сборную Школьников. Но третье место. Подробнее не буду – обо всем этом есть в дневнике с самого начала. В апреле он признается девушке в пятилетней любви к ней, но получает отказ. А потом с другой девушкой происходят первые в его жизни детские поцелуи =) Хотя стоит заметить, что ещё с начала 11 класса он пробовал начать с Ленкой, тоже лицеисткой, но она отказала, а потом с другой Леной, которая пару раз гуляла с ним и потом бросила, и из-за которой он и начал вести дневник.
Все остальное (почти все) можно прочитать, но там нет Крыма, где у меня текли слезы и Арсений проклинал всё и вся…
А в конце появилась та девушка, которая одним своим первым появлением и прикосновением стала тем лекарем, который начал врачевать все душевные раны, которые другие люди оставили. Которую он не стесняется и которую обожает такой, какая она есть.
Он её любит и ни за что не покинет. С Викой он стал самим собой, маски для КВНа.
После 12 марта Ксю спросила у меня, какие три вещи я поменял бы в своей жизни. Я назвал: не потолстел бы, не держал родителей вместе, пошел в КВН с 3 класса. А потом я понял, что все сложилось так, как я и не мечтал и что я бы ничего не изменил, иначе был бы сейчас другим человеком.
Жизнь черно-белая, и не обязательно полосами, а может и клетками, как на шахматной доске. Так почему бы не идти по белой диагонали?
