Полупустая кружка пива за моим локтем стоит близко. Я чувствую рассеивающийся холод от постепенно оттаивающего высокого стакана. Смотрю в другую сторону, делаю все чтобы не замечать претворственно манящей игры света на ровном, гладком горле, стараюсь не обращать внимания на тепло-желтый игривый цвет, стараюсь не вспоминать ощущения, того как касаешься рукой влажной поверхности стекла, как смотришь на текущую на тебя жидкость , медленно наклоняя стакан, как касаешься губами холодного гладкого края, как чувствуешь любимый вкус, как стремительно глотаешь. Я смотрю на сидящих за столами людей, въедаюсь взглядом в детали их одежды в мимолетные выражения их лиц, гадаю о чем они думают. Мне хорошо сейчас, мне покойно. Каждый глоток открывает мне все больше красок и оттенков этого мира, как раскрашенные фотки, как кадры красивого фильма , смонтированные в моем сознании, как сотни тонов белого.
Я ничего не вспоминаю, ничего не жалею, я просто здесь. Где здесь? Где- то .
В моем сознании на удивление пусто. Покоя мне не дает лишь этот близко стоящий стакан пива у локтя, холодящий кожу. Я сижу к нему спиной, но он занимает все мои мысли. Мне кажется , что вот я чуть двинусь, задену его локтем, и он соскользнет с барной стойки. Немного накренясь он двинется, сперва немного проедет по полированному дереву, желтая теплого цвета жидкость бултыхнется и гладь наклониться в сторону, что полетит к земле первой. Характерный звук и стакан уже в воздухе, он летит разбрызгивая жидкость, летит под наклоном, все больше и больше кренится и вот на пол начинают падать первые капли, выплескиваться наружу, за стеклянные края стакана, жидкость слегка запенится, доли секунды, мгновения летят в моей голове медленно , как заевшая пленка старого проэктора, постоянно возвращаясь назад, стакан падает снова и снова, чуть поразному каждый раз чуть меняя траетторию, пока один из гладких, блестящих на свету, прозрачной толщей стекла, краев не коснется пола. И тут медленно летящий , как в замедленной съемке стакан, ускоряет падение, словно вес его многократно увеличился, он бьется вдребезги. Сначала отлетает дно, и пиво пенясь, расплескиваясь волной летит в сторону, соприкасается с полом оставляя на нем мокрые пятна. Само дно откатывается по дуге и стукается об стенку стойки. В это время поверхность пола достигает верхняя отколовшаяся часть, блики на стекле причудливо играют на неровно отбитом крае, который разбивается на сотни мелких стеклашек, десяток осколков по-больше. Гулкий звон, стук, плеск, долго стоящий в ушах звук бьющегося стекла. Летяшие в сторону осколки, секундное разрушение, проигрываемое в моей голове, и холодок оттаивающего полупустого стакана пива, которое я все еще чувствую сидя спиной, разгдядывая мимолетные выражения лиц и буйство красок.