"Она пригляделась к воде: единорогов нигде не было видно. Не слишком ли поздно? Что если последний отлив унёс их далеко в открытое море, куда, опасаясь кракенов и морских змей, не заплывают корабли, где царят плавучие джунгли водорослей, опасные даже для этих чудовищ? Она никогда не найдёт их. Захочет ли она остаться со мной?
- Для чего же тогда магия?! - свирепо выкрикнул Принц Лир. - Для чего же тогда магия, если она не в силах спасти единорога? - Чтобы не упасть, он крепко ухватился за плечо волшебника.
Шмендрик не повернул головы. С печальной усмешкой в голосе он сказал: - Для этого на свете существуют герои.
Громада Быка скрывала единорога, но внезапно Она повернула обратно и пустилась по берегу к ним. Слепой и терпеливый, как само море, преследовал её Красный Бык. Копыта его оставляли в мокром песке громадные ямы. Они неслись вместе, не удаляясь и не сближаясь, словно огонь и дым, волна и пена. Принц Лир тихо и понимающе хмыкнул.
- Да, конечно,- согласился он. - Именно для этого и созданы герои. Когда даже волшебники ничего не могут сделать, тогда должны гибнуть герои. - Улыбаясь, он отпустил плечо Шмендрика.
- Ваше рассуждение несправедливо в своей основе... - негодующе начал Шмендрик, но Принц так и не услышал, в чем он был не прав. Она промелькнула мимо них, словно молния, из ноздрей били сине-белые струи, голова её была слишком высоко поднята, - и Принц Лир преградил дорогу Красному Быку. На мгновение он пропал, словно перышко в огне. Бык пронесся мимо, сбив Принца на землю.
Он упал, не издав ни звука, Шмендрик и Молли застыли столь же безмолвно, но Она обернулась. Красный Бык остановился вслед за ней и вновь попытался оттеснить её в море. На этот раз на приплясывающий тягучий натиск Она обращала не больше внимания, чем на токование тетерева. Не двигаясь, взирала Она на изувеченное тело Принца Лира...
И тут Она крикнула. Это был не тот вызывающий трубный звук, с которым Она встретила в первый раз Красного Быка; это был уродливый, квакающий стон, полный печали, потери и ненависти, стон, который не может вырваться из бессмертных уст. Замок пошатнулся, закрыв лицо рукой. Король Хаггард отпрянул от парапета. Красный Бык колебался, переминаясь с ноги на ногу и клоня голову.
Она крикнула снова и саблей откинулась назад. Это было так прекрасно, что Молли закрыла глаза. Открыв их снова она увидела, что Бык увернулся от её удара. Рог единорога вновь светился, и свет его трепетал, словно крылья бабочки.
Она ударила снова, и Бык опять отступил. Он был тяжел, но движения его были легки, как у рыбы в воде. Его рога напоминали молнии, и малейший поворот его головы заставлял её уклоняться, но он отступал, отступал вниз к воде, как только что отступала она. Она бросилась на него, пытаясь убить, но не могла. С тем же успехом она могла бы пытаться убить тень или память..."

Питер Бигл. "Последний единорог".