Все одни, и все во множестве. Вот только множество слишком навязанное, да еще котирует одних. Тут, наверное, трудность в том, чтобы не создавать волну, а противостоять ей. У одного – тихая тайна, не волшебная, тайна самопреодоления – миропреодоления, такая детская тайна, не генитальная.
Вот скажем самоагрессия, опустошение – это речь, а там встреча, радость проникновения, мир на двоих – проживание, мычание.