он всегда считал меня шалавой,
он не верил мне никогда.
назвал однажды последней стервой,
и не понял, как было больно тогда.
казалось, сейчас обида поутихла
и стала немножко смешной
но врать самой себе я устала
и рана вновь завыла волчицей лесной.