Сегодняшний день, разумеется, уже в истории. И история эта слагается из множества сиюминутных зарисовок, каждая из которых ценна тем, что отразила уникальные, уже никогда не повторимые мгновения, движения времени, оттенки, ощущения, эмоции, мысли.

Дерзну внести свой вклад в составление общей картины того, что происходило в Храме Христа Спасителя накануне и сегодня, в сам день интронизации.

Вчера храм незапланированно открыли; оказалось, что после окончания Поместного собора убрать удалось быстро, и не было причин не пускать людей. Но, поскольку заранее было объявлено, что храм будет закрыт, да и суббота всё-таки — народу было немного.

Женщина в свечном ящике сидела задумавшись. Может быть, о том, каким будет завтрашний (то есть сегодняшний уже) день.

 

В галерее за алтарем ждали своего часа цветы, которые потом расставили у главных икон.

А в алтаре, тихом и покойном, стояла Феодоровская икона. Патриаршее место — синтрон, как можно видеть, было уже приготовлено для интронизации.

А между тем храм был весь во власти телевизионщиков: съемочные группы приезжали одна за другой, торопясь снять сюжеты в преддверии интронизации.

НТВшники вообще забрались на кухню, где терзали повара Фархода на предмет меню праздничной трапезы. Это всё было вчера.

А потом наступило сегодня.

Утро было жутко холодное. Я не посмотрел на градусник, но, когда прибежал в Храм Христа Спасителя, мне сказали, что на улице минус девятнадцать.  Бедные солдатики-милиционеры, стоявшие в оцеплении!

На пандусе храма в уголке образовался целый паркинг из машин ВГТРК. Трансляция — дело серьезное. 

Это вот та самая ПТСка, про которую я уже писал — купленная к олимпиаде в Сочи и опробованная впервые на Соборе и интронизации. Внутренности, как говорится.

"Signal lost!" — при всей кажущейся тревожности надписи она, как выяснилось, никому не мешала спокойно работать :) 

В очредной раз главный режиссер рисовал схему работы камер. 

А в это время в самом храме уже было полно народу. Хотя до начала службы еще почти целый час. Архиереи, кто подисциплинированнее, уже облачились; остальные потом облачались второпях и в жуткой толкучке.

То же самое касалось и журналистской братии: кто более внимательно отнесся к делу, занял более выгодную позицию заранее. 

Народ уже томился в ожидании. Простых прихожан практически не было: кроме делегатов Собора, сопровождающих их иподиаконов, диаконов и прочего духовенства, были только несколько сот человек гостей. Как мне сказали, всего в храме присутствовало что-то около 2 тыс. человек.

В галерее за алтарем были установлены жертвенники, на которых несколько архиереев совершали проскомидию. Иподиаконский и всякий прочий люд толокся тут же. 

Вообще, главными действующими лицами любого подобного действа, как известно, являются иподиаконы. Они хозяева положения; от них зависит настроение архиерея, и значит — практически всё :) 

На стуле в алтаре лежал Великий параман, который вскорости будет возложен на нового Патриарха. 

Кстати, богослужебные облачения, в которые облачили Патриарха Кирилла — не новые. Эти облачения надевали поочередно при интронизации Патриархи Алексий I, Пимен и Алексий II. И теперь вот — Кирилл. Но за саккосом на вешалке — новая патриаршая мантия.

Шли последние приготовления к службе. Митрополит Амфилохий, облачаясь, успевал приветствовать кого-то из своих знакомых иерархов. 

При входе в алтарь стоял т.н. сион — дарохранительница кафедрального собора. При совершении чина интронизации на Великом входе ее вносят через Царские врата.

Десять минут до приезда нового Патриарха. 

За это время иподиакона успевают аккуратно разложить на подносах символы патриаршего достоинства: мантию и куколь. Посох святителя Петра, привезенный утром из Кремля, стоял тут же.

Пока еще митрополит Кирилл читает входные молитвы. 

Включенный микрофон валяется в алтаре. Обычное дело: еще при покойном Патриархе Алексие иногда можно было вдруг услышать в храме приватные разговоры духовенства, обсуждающего в алтаре дела насущные :) 

К Горнему месту понесли патриарший саккос. Через несколько минут митрополита Кирилла переоблачат. А потом трижды посадят на синтрон — что и будет, собственно, считаться актом поставления в Патриархи.

Любопытный факт: покойного Патриарха Алексия посаждали на синтрон два Филарета, Киевский (Денисенко который, расстрига нынешний) и Минский. Нынешнего Патриарха Кирилла возвели на престол два Владимира — Киевский и Санкт-Петербургский. 

Кто-то из архиерев аккуратно, как прилежный ученик, следил за чином по специально отпечатанной брошюре. 

Но, разумеется, лучше всего рассмотреть момент интронизации удалось тем шустрым иподиаконам, которые заняли наиболее выгодные места у кабинки комментатора в галерее. 

Благо, к этому моменту проскомидия уже закончилась. 

Мне всегда было интересно: кто съедает хлеб-соль, оставшиеся после торжественных встреч? Эх, надо было отщипнуть на память кусочек..

А тем временем на хорах жизнь текла своим чередом. 

Телевизионщики у мониторов сладко спали, а у них за спиной толпилась любознательная публика. Оно и понятно: вся трансляция — вот она, перед тобой; а звук — вживую, прямо из храма.

Кое-кто из хористов (хористок?) пришел на службу с детками. Получился почти что табор. 

Техника была задействоваана надежная и опробованная на самых рейтинговых проектах, судя по наклейкам на кофрах :)

То же самое касалось и осветительного оборудования. «Поле чудес» — это практически знак качества на своременном отечественном ТВ. Оговорюсь: в смысле техники.

Широкие спины певчих из братского хора Троице-Сергиевой Лавры одним своим видом внушали спокойствие :)

Отец Матфей, конечно, злился на вездесущих журналистов, но старцу пришлось-таки смириться, и он регентовал буквально в окружении пишущей и снимающей братии.

На хорах было красиво и даже просторно.

И не просто просторно, но даже как-то покойно. Настолько, что у меня даже возникла мысль поднять голову и посмотреть вверх (чего в обычной нашей суете мы делаем крайне редко, согласитесь). А вверху была красота.

Между тем служба продолжалась. Диакона готовились внести в алтарь допонительные жертвенники для причащения почти двухсот архиереев.

У кабинки комментатора фанатеющая публика пыталась снять на камеры мобильных теелфонов (через стекло вдобавок!) мониторы с изображением нового Патриарха.

Кстати. Сегодня я увидел рекордное количество архиерейских митр единовременно. Да еще и расставленных аккуратными рядами на полу. Будет что вспомнить.

Патриарх Кирилл долго принимал поздравления от архиереев.

Кто-то даже в этой сумасшедшей сутолоке умудрялся найти возможность для молитвы.

А суматоха всё усиливалась. Подтянулось духовенство, и в алтаре стало невозможно передвигаться.

Первое причащение в сане Патриарха. Мантия, куколь и посох еще стоят в сторонке. Они будут вручены Патриарху Кириллу в самом конце службы.

Привычный силуэт... И непривычное пока лицо нового Патриарха.

Белый клобук все-таки здорово смотрится.

Светское руководство честно отстояло всю Литургию до конца. Медведев в этот момент пошел поздравлять нового Патриарха.

Александрийский Патриарх Феодор приветственное слово прочитал по-русски. Молодец, получилось.

Лаврские монахи преподнесли Патриарху образ преподобного Сергия. Однако на отпусте титул Патриарха прозвучал как «...Святейшего Патриарха Кирилла, Свято-Троицкия Александро-Невския Лавры священноархимандрита"... Неужто и здесь питерское влияние возобладало?.. 

Отец Андрей Мазур разоблачалася после поставления уже четвертого на его счету Патриарха.

Символ нашего времени: атрибуты патриаршего богослужения и вездесущая телевизионная камера.

Первое Первосвятительское слово Патриарха Кирилла слушали и в храме, и в алтаре.

Посох святител Петра отправили обратно в Кремль не сразу. К нему прикладывались архиереи, духовенство, миряне; но после этого все в обязательном порядке еще и фотографировались рядом со святыней.

Служба почти закончена. Напряжение спало.

Последние поздравления.

К концу службы, кстати, в храме царила полная неразбериха: алтарь наполнился уже совершенно непонятными персонажами.

Фотографирование на Горнем месте.

Сразу после фотографирования посох святителя Петра увезли обратно в Кремль.

Прошло буквально двадцать минут после того как Патриарх ушел — и почти невозможно было сказать, что сегодня здесь произошло такое неординарное событие, как интронизация; бабульки привычно терли подсвечники, тут же стало тихо и уютно.

Сотрудницы споро принялись отмывать-отпаривать кафедру.

А телевизионщики по отработанной программе сворачивали всю свою дорогостоящую машинерию.

Только на улице почти ничего не изменилось. Разве что вышло солнце и стало немного теплее. Милиция, однако, всё так же бдительно охраняла спокойствие граждан.

Вот и всё. Как образно выразился один знакомый владыка, «Ну, с обретением новой главы!»

***