В колонках играет - timo maas

О таких как я в милицейских отчетах пишут – «из неблагополучной семьи».
Отец мой – Борис Брониславович. Отставной полковник на пенсии, хрестоматийный мужик в потертой летной куртке и бутылкой 0,33 темного. Курил «бычки» зубами, сморкался пальцами в стакан и произносил вслух две фразы: «Салабоны нахъ» и «За присутствующих дам».
Однажды он подался в гастарбайтеры. Вечером пятницы продал свои кальсоны и приторговывая по дороге медными пуговицами со «звездой», добрался до Москвы, где и остался под колесами трамвая. Кто-то пролил масло…
Мама, к сожалению жива. Классическая красавица 3005 года с акцентом на Светлану Кенеген. Огромные блюдца-глаза, цвета голубого кафеля. Зеленое полотно волос, струящееся по спине и впадающее в хлопок морковной юбки. Длинные узловатые пальцы и русалочий смех. Любит, когда крепко за полночь, поставить руки в боки и бегать боком зарядкой. За что соседи грозятся отравить ее отваром травы хвоща полевого. Вечерами мама рассказывает, что родители ее потеряли, когда они семьей прилетели из Альфа-Центавра на экскурсию «Дятел – санитар леса». Об этой истории знают и все лепрозории Харькова… Но слушать больше не желают… Вот в общем-то и все.
Когда мне было 15, соседка Клара пришла за мясорубкой и прихватила с собой меня и тумбочку. Клара 87-ми лет воспитала меня в лучших традициях «Института благородных девиц», откуда ее изгнали за прелюбодеяние с самцом из зооуголка.
Но в 18 жизнь пошла в гору, и я заочно учусь на факе «Журналистов», провожу тургеньевские вечера, сытно питаюсь, езжу на «машинка будет через полчаса, выходите без звоночка» и живу…