Итак, у нас были три фонарика, две бутылки (0,75) сухого вина, яблоко, семечки, неполная пачка папирос «Сальве» у ребят, неполная пачка сигарет «Экспресс» у меня, пистолет «парабеллум» с 6-ю патронами, две коробки спичек, пару ножей, мел, веревка, лопатка и шалобол «дури», размером с советский пятак, толщиной в 1 см. Можно было жить. По моему, ни у кого не возникала мысль о том, что мы не выберемся на поверхность. Это объяснялось нашей молодостью и довольно абстрактным представлением о смерти. Вспомнился, почему-то «Том Сойер» и повесть В. Катаева «Катакомбы». Правда, было одно отличие от героев этих книг. Они были заперты в подземельях, о которых люди знали. Пусть они были не до конца исследованы, но в наличии их не сомневались. Мы же находились в местах, которым изначально было отказано в существовании. На дворе стояла осень. Конец сентября или начало октября. Часы показывали 7 часов вечера. Мы отхлебнули из бутылки и договорились впредь делать только по одному глотку в случае жажды. Ребята не унывали и рассказали об их странствиях под землей. Я услышал о складе оружия, оставленном немцами или румынами, о многих сохранившихся ходах в районе 6-го участка и Военных, о непонятных надписях на стенах подземелий. В колхозе был еще один парень, с которым я учился в одной школе в параллельных классах. Он тоже интересовался катакомбами, но хотел делать все официально. Ему было легче добиться этого, потому что он был членом партии и депутатом райсовета. Резко пошел в гору мой ровесник. Был он неплохой парень, не ставил себя выше нас, пытался спокойно отвечать на провокационные вопросы, но иногда ответить ему было нечего и он грустно молчал, попивая «билэ-мицнэ» в нашей компании. Ничего у него не вышло из попытки организовать поиски через горком комсомола. Он только рассказал мне о ходе, ведущем на батарею (маленький островок напротив морпорта). Прошмыгнувшая крыса прервала мои размышления. Меня заинтересовало откуда они появляются и куда исчезают. Я прошел вдоль стены и внезапно увидел отверстие в ней. Оно было небольшим, размером с домашнюю форточку.Просунув руку, я убедился, что там пустота. Нам понадобилось 20 минут
для того, чтобы расширить лаз для проникновения одного человека. Первым вызвался идти я, чувствуя некоторую вину за происшедшее. Тут и пригодилась веревка. Альпинизмом никто из нас не занимался, так что обвязан я был довольно по дилетантски. Полез я ногами вперед, держа в одной руке фонарик. Вскоре, ощутив под собой почву , я вытащил руку с фонарем и направил его вниз. В туже секунду ноги потеряли опору и я повис в пустоте. Фонарик беззвучно летел вниз и я не услышал стука от его падения. Свет погас. Я висел над бездной. Веревка больно давила под мышками. –Держите меня!-услышал я свой хриплый голос и меня вытащили на поверхность. Видать, не суждено было нам погибнуть в ту пору под землей. Иначе, никак не объяснить того, что не обвалилась вся стена. Мы получили подтверждение факта, что катакомбы располагаются в два или три яруса и глубина кое где достигает метров 300. В те минуты не имело значения- 30 метров было под нами или 300. Мы быстро отошли от опасного места и меня подлечили предпоследней бутылкой сухого вина. Как сейчас помню, я подумал о том, что я весь мокрый и меня продувает сквозняком. Какие мелочи, но откуда холодный воздух? Откуда звездное небо? Мы были на поверхности. Сзади, на гористом спуске чернела дыра, из которой мы вышли на берег реки. На другом берегу осталась лодка. Слышался звук трамвая. Город готовился ко сну.
