В колонках играет - SPACE
Когда-то я уже писал, что музыка для меня-своеобразная машина времени. Попробую немного прокатиться на ней.
"Deep Purple". Армия. Сколько раз были прослушаны "Deep Purple in rock" and "Machine Head". Мы сидим в нашей маленькой каптерочке. Молдавское домашнее вино и нехитрая солдатская закусь. Хлеб, сало, лук. Потрескивают дрова в печи-голланке. Сначала просто слушали, потом пытались выучить каждый свою партию и сыграть. Но соревноваться с этими ребятами было смешно. Слушали " Свободную Европу" на румынском языке. Разумеется музыкальные программы и новости. На саксофоне и кларнете у нас играл молдаванин, и он переводил самое интересное. Уже под конец службы вышел альбом "Burn". Без Йана Гилана и Роджера Гловера. Петь стал Дэвид Ковердейл, а на басу играть Гленн Хьюкс. Все было впереди у нас. Казалось, что после армии не будет никаких забот, подьемов, отбоев и т. д. Даже договаривались продолжать играть на гражданке. Ничего этого не получилось. Заботы только начинались.
"Kansas". Получили сразу три диска этой замечательной, доселе неизвестной группы. Я работаю на железной дороге. Мы с моим помошником Серегой Белым идем проверяем рельсы ультразвуком. Жил я тогда у жены, жел-дорога прходила недалеко от ее дома. -Серега, говорю я,- ну его на фиг, занесем аппарат ко мне во двор, завтра закончим проверять, Я тебе такую группу сейчас включу.
Включал, слушали, попивали винцо или пиво. Мне было 25. Опять казалось, что жизнь только начинается.
"Space". 1 января 1979 года моему другу Стасу Некрасову исполнялось 30 лет. Он был на 4 года (почти на пять) старше меня. Сейчас я старше его на 4 года, и буду все старше и старше. А ему навсегда останется 49. Так вот, на свой день рождения Стас соорудил очередную свето-музыку. Все стены в его комнате были завешаны разными лампочками. Шар, сделанный из глобуса был оклеен зеркальными осколками. Когда он включил всю эту систему, и зазвучал "Magic Fly" and " Deliverance", нам показалось, что мы попали в страну чудес. Загадочно улыбаясь, Стас достал маленький черный шарик.
-В честь 30-летия,-провозгласил он. Мы сделали несколько папирос, покурили и продолжили слушать. Жены не курили, особого восторга по этому поводу не выражали, но отнеслись мирно. Умные у нас были жены. :) Мама Стаса подавала нам на стол. Она, конечно услышала запах, поняла что это (а запах был потрясающий), но тоже ничего не сказала. Сыну тридцатник, все-таки. Только удивительно было ей, что нет пьяного галдежа. Мы сидели тихо, прислонившись к своим женам. Свет органично соединялся с неземной музыкой "Спэйс". А когда зазвучал Жан Мишель Жарр-"Oxigene"..... Потом зашел разговор о жизни и смерти. Было много философских фраз, фантазий. Да и где смерть, а где мы?
Из моих близких друзей, которые были на этом дне рождении, да и самого Стаса никого нет в живых. Стас погиб в автокатастрофе. Какие-то подонки бросили его лежать посреди улицы. А у него, кроме больной ноги еще была гемофилия. Когда я уезжал в Израиль, все еще были живы.
Моя судьба повернулась на 180 градусов. Я побывал там, где и не мечтал, у меня есть то, что тогда считалось фантастикой, я был на концертах групп, которые слушал затаив дыхание на магнитофоне. Если бы мне кто-то предсказал это, я счел бы данного человека ненормальным, или покорил бы за жестокую шутку. Сейчас у меня в колонках звучит "Space". Из окон салона и кухни открывается замечательный вид. Видна гора Тавор, где Иисус творил чудеса.
Жизнь тогда, и жизнь сейчас-это небо и земля. Тогда все были одинаково нищи и счастливы (только сейчас понял) от своей молодости. Но, глядя из окна, нет-нет защемит сердце, подкатит комок к горлу.
И смерть для меня сейчас не абстракция, а закономерный финал на горизонте.
