Стою на дороге Я,в лыжи обутый.И дорога эта ведёт в какое-то доброе,хорошее место,куда обязательно надо приехать первым, а то капут.А лыжи не едут.Ни в какую.
И тут Меня начинают обгонять.Все обгоняют:америкосы,немцы,ненцы,французики всякие,
Ющенка этот щербатый на свинье Меня обскакал.И китайцы.Обогнали ,косые,и поклон сделали,типа вежливые.
А Я думаю:может быть Мне надо погрузиться глубже,вообще лечь на грунт ,гусеницы выпустить и по дну ехать?А потом сообразил : ракеты на носу взорвутся ,опять Мне придётся говорить всем, что наша лодка , мол , потонула.Не годится.
И тут оказывается,что дорога эта - из Петербурга в Москву, а китаец , который Меня обогнал - Радищев. Идём с ним , значит , и разговариваем , кажется , что-то о высоких и низких чувствах, а за нами китайцы идут , и их всё больше.
А дорогу развезло, распутица.
И вдруг из полыньи вылазит Распутин,весь в бороде,смеётся.Тоже китаец.
Подходит он ко Мне , пальцем в себя тычет , говорит : "Раз-Путин."
Потом на Меня показывает : " А Ты , -говорит, -Два- Путин!"
И смеётся опять . А все китайцы кругом тоже смеются :"Два-Путин, Два-Путин!"
Бегают они ,друг в дружку пальцами тычут, кричат:" Миллиард четыреста миллионов восемьсот сорок две тысячи пятьсот сорок три - Путин!"
"Семьсот восемьдесят три миллиона сто пятьдесят две тысячи пятнадцать-Путин!"
И гогочут.Окружили Меня со всех сторону , спасу нет от них . "Всё,-думаю,-хана".
Но тут выходит мужик в ушанке , в валенках и в телогрейке, и с конца у него капает.
"А я ,-говорит,- Триппутин!"
И начинает он капли с конца в конвертики заклеивать и китайцам раздавать. А они мрут один за другим, носятся в панике , орут : "Сибирская язва , сибирская язва!"
Скоро совсем китайцев не осталось почти. Так,миллион триста тысяч шестьсот сорок два-сорок три. А у мужика - то , оказывается, не конец,а нефтяная вышка. И в то же время баллистическая ракета.
Подхожу Я к нему , говорю: "Спасибо, избавитель ты Мой."
Он сразу начал Меня обнимать,обнимает всё , обнимает,да и по карманам шарит. А я всю зарплату Людмиле отдал,на пиво немножко оставил. Самому денег не хватает. А мужик никак не отцепится, всё Меня лапает и лапает. Ну , ткнул Я в в него лыжной палкой и побежал прочь.
Бегу Я по дороге , бегу . И как-то тяжко Мне. И кажется Мне вдруг, что Я - не Я, а я.
А этот я - какой-то китайский император, Ель Цин.И так тошно от этого, сердце щемит , исходу нет. И вижу я : по телевидению меня показывают,с ёлкой . Говорю я , что устал очень и ухожу , и теперь править буду Я.
И ещё хуже стало - опять , стало быть , мучиться.Уж и не знаю , что сделать,мечусь,плачу...
И вдруг как-то спокойно стало , даже радостно.
"Хорошо,- думаю,-это я придумал, вроде уже и не у меня власть , а всё равно у Меня."
И проснулся.

Уйдите , вы , со шприцами! Не приближайтесь! Твари , сволочи,ненавижу...