там, глубоко, далеко от сюда, живут дети каждого из нас. те дети, которые когда-то были нами. и мы бы обязательно узнали в них себя. вот девочка, которая не слазит с деревьев не умеет плакать и дружит только с мальчишками, это я. это все изменится потом. позже я нучусь плакать, носить юбки и говорить с девченками. позже я пойму, что они больше не звонят сами посебе, все те, кто мне так нужен. что больше пожалуй никто не придет под окна и не закричит мальчишеским голосом - выходи, я покажу тебе сверчка. и небо больше не будет таким бездонным, а деревья такими большими. и горка в деревне на даче, казавшаяся огромной , станет небольшой возвышенностью, несмотря даже на то, сколько колен об нее было содрано...
все изменится, и из пацанки вырастет грустная девочка, которая звонит сама и ждет, тех, кто никогда не придет. и так будет долго. пока одним добрым утром все не начнет менятся. медленно и больно, но к лучшему. и я не знаю, что будет завтра. я не знаю. тогда, когда мы с тобой коротко встречались, мне было странно, как не было давно. что-то нежное и грустное и нервотрепное уходило из меня, из моей жизни. и что-то еще не разгаданно хорошее приходило в нее. я еще не знала, и здорово нервничала из-за всего происходящего... а теперь все подругому. и я звоню сама. и мне звонят тоже....

целую тебя, моя грустная морская девочка. мы не увидились в этот мой приезд, но я уверена, будут еще разы, огда мы сядем в "не горюе" и поговорим...