Сижу в метро. Наш поезд застрял в тоннеле. Слышу крики крыс. Но никто не открывает окна и не хочет им помочь.
По поезду прошел слух, что глава РАО ЕЭС полез чинить кабель и что-то напутал в проводах. От того и катастрофа...
Не выдержав напряжения один из мужчин все же сошел с контактного рельса.
Не могу ни до кого дозвониться. Попробовал включить телефон. Получилось...
Отослал SMS: "Если я не доеду - прошу считать меня пассажиром"
Машинист объявил, чтобы мы не беспокоились. Саперы и пожарные уже близко.
Объединившиеся пассажиры послали вперед разведывательную группу. Группа вернулась через час с другой стороны состава. Это всех очень озадачило.
В окне показался Шойгу. Потом олень. Потом Шойгу на олене. Сильная жара. При жаре и не такое покажется.
Женщине стало плохо и она начала нервно голосить. Потом уснула. Всем стало хорошо.
На всякий случай нацарапал свое имя на стене тоннеля. Немного подумав, нацарапал его и в паспорте.
Пассажирам наконец-то разрешили вылезать на поверхность. Но где люки - не показали.
Пробиваемся к ближайшей станции метро. Прорыли уже десять метров.
Всем выдали лопаты. Работа пошла быстрее. Один мужик свою лопату использовать не стал. Сказал, что оставит ее для себя «на самый крайний случай».
Впереди показалась станция. Эскалаторов нет. Контролеров нет. Не туда прорыли. Это оказалась атомная станция.
Удалось выйти на станции Полянка. Народ рванул наверх. Нас удивляло, что сверху валила большая толпа вниз. Что же там наверху такого страшного, что они все ломятся сюда?
В магазинах отключены холодильники. Рядом с магазинами - люди в отключке. Жара.
На моих руках, не приходя в сознание, умер телефон. Я отрезан от мира.
По городу бродят ошалевшие толпы. Светофоры не работают. Водители едут на ощупь.
На одном из перекрестков увидел несколько инспекторов ГАИ. Они лежали на тротуаре, изображая зебру.
Говорят, в соседних областях тоже нет света. Прошел слух, что местами заканчивается воздух.
Опять видел Шойгу. Он охотно фотографировался с людьми на фоне техногенной катастрофы. Вместе с оленем.
По всей Москве - застрявшие в расплавленном асфальте туфельки.
Москва так боялась отключений горячей воды, но ее повсюду много. Все - в поисках воды холодной.
Люди все больше недовольны Чубайсом. Неужели это он провода перепутал?
«Интернет абсолютно не работает». Этими заголовками пестрят все сайты и форумы.
В моргах не работают холодильники. Покойники выходят из-под контроля.
Чтобы не опоздать на работу, решил взять машину. Таксисты и частники цены подняли слишком высоко. Но везде пробки. Мою машину обгоняют все пешеходы. После того, как ее обогнал фонарный столб, я решил тоже идти пешком.
Окна всех офисов то открываются то закрываются. Кондиционеры не работают. Сотрудники офисов никак не могут решить, что прохладнее - открыть окно или закрыть окно. На этой почве много драк и увольнений.
Видел упавшего в обморок оленя. Недалеко от обморока, в который упал олень, лежал и Шойгу. Загорал.
Какая же невыносимая жара! Мимо с сиренами проехал Чубайс. За машиной волочился моток провода.
Добрался до офиса. Застрял в лифте.
Наступала ночь. Телефон не работал. Воды не было. В офисе никто не остался. Я сидел в лифте и надеялся на то, что техногенная катастрофа все же закончится и меня выпустят из лифта.
Начал вести дневник.
В лифтовой шахте встретил Пятницу. Он оказался хорошим человеком.
Я сошел с ума, или мне кажется, что меня освобождают?
В окне лифта показалось улыбающееся лицо Шойгу. Я ему приветственно помахал рукой и попросил заходить еще. Мы обменялись адресами и договорились переписываться.
В лифт вошли люди в белом. Я так и знал, что эта катастрофа - дело серьезное!
Меня неплохо кормят. Одно жалко, Шойгу редко заходят, да и Чубайса давно не видел. Увидите их - передавайте от меня привет.
Москвич, переживший Техногенную катастрофу в Москве 25.05.2005, сиреневый блок западного крыла психиатрической больницы.
Юмор
