Пригодился дневник, созданный много лет назад.
Не было потребности что-то писать. А теперь... Надо разобраться в себе. Понять, что движет поступками. Ведь не всегда мотивы действий очевидны.
Неловко вывешивать такое личное на всеобщее обознение, но вряд ли кто-то прочитает это. Это нужно мне. Написать и освободится.
В четверг я встретилась с Лешей. Спустя полгода. До этой встречи я предполагала, что всё может получится. Всё складывалось именно так, как я себе это представляла. Нас познакомила Ирма, которая искренне меня любит. Она всё расчитала, всё узнала про него. И нашего круга и близкий под духу и мне понравился. Всё компоненты успеха. И вот встреча. А он болен. По-настоящему болен. И все мои надежды рухнули с грохотом. Я совсем раздавлена, беспомощна. И даже не могу понять почему это имело для меня такой сокрушительный эффект. Я 3 дня проходила как в тумане. Наверное, это настоящая депрессия, когда с утра не хочется вставать с постели. А зачем? Зачем трепыхаться если впереди какая-то стена, которую не сокрушить. Как построить эту личную жизнь, чтобы она сложилась. Что не так со мной?!! Хотелось лежать уставившись в потолок и одновременно кричать от отчаянья. Но тут меня озарило. Всё сложилось как в пазле. Все элементы картинки встали на свои места.
У нас с сестрой большая разница в возрасте. И вроде расклады отличаются. И шли мы разными путями, но пришли в одну и ту же точку. Мы обе имеем карьеру и деньги, квартиру и не имеем мужей.
Наша мама рассказывала, что спустя недолгое время после того, как они с отцом расписались она хотела уйти. Но отец очень жёстко ей сказал, что никакой, даже малой части квартиры она не получит. И мама оказалась в ситуации - без жилья, без денег, без работы, без прописки. Возвращаться в свою деревню поджав хвост или остаться с мужем. Она выбрала остаться. Я думаю, она сильно сожалела о том, как сложилась ее судьба. И мы с сестрой, ее любимые дочки, сейчас находимся ровно в этой точке. Мы можем сказать нашему мужу - КАТИСЬ К ЧЕРТУ!
Мы исполняем заветную мечту нашей матери. Не иметь мужей, которые бы обращались с нами так, как обращался с ней ее муж.
А как он с ней обращался? Наверное издалека всё видится более ясно. Спустя 5 лет после его смерти и 10 лет как я не живу с ними я могу сказать. Их отношения не были отношениями мужа и жены. Это были отношения барина и прислуги. А мы были прислугины дети. В моем представлении это объяснет многое, что я не могла понять. Я не могла понять как он мог бросить ее в больнице когда она лежала со мной на сохранении. Не навещать, бросить мою сестру слонятся по улицам голодной. И не встретить из больницы жену и даже не дать денег на такси. Как можно, имея свой автомобиль никогда не довозить нас до подъезда. Он высаживал нас с тележками, сумками и кастрюльками за 3 остановки до дома и мы пилили домой пешком. Хотя что стоит довезти нас до дома на машине. Как можно заставить маленьких дочек возить бетон и таскать кирпичи. И много-много другого. Он не брал нас на отдых, ни жену не детей. Он не дарил маме украшений.
Он был очень сильный и властный. Но силу свою он использовал не для того, чтобы закрыть нас, защитить и окружить заботой. Сила эта шла на подавление нас, чтобы самому жить легко.
Я всегда видела эту большую несправедливость, которая была в нашей семье. Будучи подростком, я была настоящим чегеварой. Сражалась с правящими классами за права угнетенных. Совершенно бесполезно, впрочем.
Теперь мы имеем, то что имеем.
Я - у меня отсутсвует сексуальность чуть больше, чем полностью. Я не могу общаться с мужчинами, если не отнесу их бесповоротно в категорию просто друзей. Я точно знаю, что не смогу обольстить-влюбить в себя просто так. Не важно как я выгляжу и сколько вешу. Я просто боюсь, что вдруг понравлюсь, придется выйти замуж и мне придется отыграть роль служанки. Итого, когда меня знакомят, я не знаю как себя вести, как говорить, что делать.
В журнале стори было опубликованно письмо отца Лили Брик к своей дочери. Меня поразило, что это было один в один похоже на то, как потом относились к ней ее мужчины в зрелом возрасте. Что-то вроде - мой милый друг, лишний день без тебя уже мука, скучаю. Мой отец мне говорил, что я обделавшийся теленок и мне следует молчать пока меня не подотрут.
Несмотря на все мои протесты и революционную борьбу за мои права человека, я и сейчас имею крайне низкую самооценку. Когда моя подруга Леся рассказывает, что ее муж привозит ей украшения из командировки, в то время когда он рабоатает один и они все по уши в долгах за квартиру - мне это просто рвёт мозг. Когда он отпускает ее на неделю в отпуск. а сам сидит с их детьми - я восхищаюсь. Но в я понимаю очень ясно, что если меня поставить на место Леси, я бы отказалась от украшения. Ну зачем мне это, давай лучше выплатим долги. Зачем меня отпускать, ведь ты устал на работе. А я потерплю.
У меня не будет сколько-нибудь счастливой личной жизни, если я это не переломаю. А это ох как сложно.
Мама не может избавится от вечного принижения себя. Почти 40 лет этого "брака" не прошли даром. Она не может принять заботу о себе, ей неудобно и страшно неловко. Не может принять подарок. чтобы не отдарить симметрично. А если не может отдарить, будет даже страдать. Не может понять, что нам с сестрой для нее не жалко ни денег, ни времени. Она по-прежнему, не терпит, чтобы ее довозили до подъезда. Лучше выйти за 10 кварталов и фигачить с сумкой наперевес пешком. Она пытается себя уговорить, мол вот, муж мне оставил квартиру, дачу и гараж. Как же это здорово. Сама принижает свои огромные усилия в постройке дачи. Пытается сама себя уговорить, как же всё хорошо было. Мне вот думается, если бы можно было забрать квартиру и дачу на тот свет, он бы ей ни копеечки бы не оставил. Все свои деньги он до последнего прятал и втухую таскал в банк. Ни одного договора депозита он своей жене не отдал в руки. Мы все документы на депозиты находили перелопачивая все его бумаги.
А еще она плачет на его могиле уже 5 лет. Стокгольмский синдром. Не плачет на могиле бабушки, а на его могиле плачет.
Знакомые советуют нам поискать женихов за границей. Там мол, жених ходит тучный и непуганный. Я теперь понимаю, что за границу мы замуж не выйдем никогда. Ведь там, мы окажемся в этой же ситуации, что и мама тогда - в чужом городе, без денег, жилья и каких-либо прав. Сестра могла выйти замуж в германию. Парень был чудесный и родня его чудесная и страна и город. Теперь мне понятно, почему это не могло состоятся просто никак.
В семейной жизни мы умеем играть только в одну игру. Но в эту игру мы играть не хотим.

трям