Год назад мне было двадцать лет, и я весила 97 кг (при росте 178 см). Я была не просто толстухой с обвисшим животом, - я была уродливым жирохранилищем с толстым отталкивающим лицом, каким можно было пугать прохожих на улицах.
У меня были настолько толстые ляжки, что они тёрлись друг об друга когда я ходила, а вместо одного подбородка у меня было их три. Я понимала, что я очень толстая, но не могла не есть. В моей жизни еда была единственной радостью. Парни на меня не обращали внимания, на дискотеках никогда никто не приглашал. Когда я гуляла с подругами и мы знакомились с молодыми людьми, то больше после этого я их никогда больше не видела; моих подруг они просили взять в следующий раз с собой какую-нибудь другую девчонку, не меня.
В том что я была такой толстой, была виновата только я сама. Я ненавидела спорт, а все мои жизненные интересы сводились к еде. Еда был моим наркотиком, без еды меня просто ломало. Каждый день я съедала огромное количество еды, и все свои карманные деньги я тратила на чипсы, колу, сухарики, шоколадки, мороженое… Мои родители и брат ужасались: папа меня стыдился перед своим родным братом, у которого росли две стройные красивые дочери, мама называла меня «будущей старой девой» и вместо «доброе утро» говорила «сделай хоть раз в жизни зарядку», старший брат сделал моим именем слово «Свиноподобная».
Мама. Мама пыталась донести до меня весь ужас моей чрезмерной полноты. Поначалу она по-доброму рассказывала мне, что я выгляжу как 40-летняя тётка со своими складками жира на животе и по бокам, что у меня жуткие растяжки по всему телу, целлюлит; что плечи, шея, руки просто безобразно толстые, а мне же всего 20 лет. «Куда ты катишься?» - спрашивала она меня, - «На тебя же не посмотрит не один нормальный парень. Или ты собираешься за «Сникерс» замуж выходить?» Мама была права. И обычно после таких бесед я пыталась сесть на диету или даже поголодать недели две. Но максимум на что хватало моей силы воли, это на пять дней, после которых я срывалась, и тайком от мамы наедалась так, что не могла потом подняться со стула. А на следующие дни я уже ела привычно много и старалась ни о чём не думать при этом.
Переломный момент наступил, когда в одном из ночных клубов на дискотеке к нам с подругой подошёл красивый, стильно одетый молодой парень с бокалом мартини в руках и пригласил на танец, но мы не поняли, кого он именно пригласил из нас, и моя подруга уточнила, кого же именно он приглашает. Ответ был примерно таким: «Ну не тебя, конечно, бегемотиха. Зачем же ты сюда пришла вообще, только время тратишь, ведь не по адресу ты – здесь извращенцы не гуляют. Я вообще никогда не понимал таких как ты, - жрут небось килограммами и потом своими жирами ходят, трясут, фу.» Если бы это сказал какой-нибудь лох, то было бы просто неприятно, а тут… Очень хотелось умереть в тот миг. И перед подругой было очень неудобно; я знала, что она обязательно расскажет об этом и другим девчонкам, и хотя никто ничего мне об этом не скажет, но они будут обсуждать меня за моей спиной, рассказывать друг другу о том, как уже отзываются обо мне парни … (И позже, кстати, я узнала, что так и произошло. До меня дошли слухи, от совершенно посторонних людей из универа, о том, что меня «толстуху, мастерски опустил один прикольный парень»).
На следующее утро я позавтракала двумя штуками киви. Больше в тот день я ничего не ела. Чувства, эмоции, стыд были сильнее голода. На следующий день я выпила маленький гранатовый сок и записалась в бассейн. На третий день я съела морковину, на четвёртый что-то наподобие. Голод я испытывала все эти дни адский. Я ходила по продуктовым магазинам, рассматривала витрины, а у меня текли слюни, как у собаки, я даже вытирала их салфеткой. Я плавала в бассейне с жутким остервенением, я стала по утрам качать пресс, много просто прыгала (это очень помогает худеть). И стала есть я стабильно один раз в день, по утрам и очень мало. Было тяжело, но я поняла, что осознавать себя жирной кобылой и быть ею гораздо тяжелее. И хочу сказать, что первую неделю было пережить труднее всего. Есть хотелось нестерпимо сильно, я даже плакала от голода, я жалела о том, что родилась вообще.
Но это всё я пережила. За два месяца я сбросила 26 кг. Сейчас я вообще вешу 59 кг. А ведь год назад весила 97 кг! Я полностью изменилась, я абсолютно по-другому выгляжу, у меня другая, новая жизнь, где нет места моим старым привычкам также, как и моим сплетницам-подружкам.
Я считаю, что для меня это был единственный правильный способ похудеть. И, как мне кажется, такой способ похудеть подошёл бы многим здоровым кобылкам, наподобие той, какой я была раньше.
Вот только всю жизнь мне придётся себя огранивать, не так, конечно, жёстко, но тем не менее. Я могу очень легко располнеть. В еде меня окружают немалые ограничения, но всё же в еде ограничения лучше, чем они же в жизни…
Ограничения в еде лучше, чем когда ты приходишь на пляж и мнёшься, тебе очень стыдноо снимать штаны и показывать свои жирные ноги, когда ты стесняешься парней, стесняешься себя, когда ты сидишь дома вечерами напролёт одна, а подруги катаются по морям, по клубам с парнями, а потом тебе взахлёб рассказывают об этом, хвастаются тебе этим, зная, что у тебя такого никогда не будет, потому что ты жирная клуша, когда тебе некомфортно в собственном теле, когда ты ненавидишь себя, толстую тварь.
Поверьте мне: лучше забить на ту булку с изюмом, чем на свою жизнь…
Dekstosa
