Хм...наверное, это сказка...а может - нет...в любом случае - это неизвестно что неизвестно почему привязавшееся ко мне...я и подумала, что если записать - оно отвяжется...

.....
За морями глубокими, за горами высокими, за лесами да за полями широкими стоит холм одинок - не низок не высок. В холме том ход черный да низкий, за ходом пещера темная да высокая, посреди пещеры - камень стоит, а на камне ларец - изо льда он весь. В том ларце ледяном, на парче золотой, на бархате красном, лежит-хранится душа твоя, милый мой.
Шла я за ней дорогами длинными, семь пар башмаков сносила, ноженьки вкровь истоптала...да дорогу море преградило мне. Плыла я по морю соленому - рученьки истомила, воды со слезами вдосталь наглоталась - да встала передо мною гора высокая. Не подняться на гору ту, вкруг ее не обойти...да назад уж идти немыслимо.
Погляжу я в небо высокое - журавли летят узким клинышком. Закричу я им громким голосом - "Ой вы журавли, птицы летные, вы возьмите меня, поднимите меня, отнесите меня к другу милому". Покружат журавли над моей головой, прокричат голосами высокими "Нам не взять тебя, не поднять тебя, ты сама лети да по небушку". Поклонюсь я им да скажу в ответ "Как же мне лететь да без крыльев-то?" Сжалились надо мной птицы добрые, обронили каждая по перышку. Собрала я те перья серые, да сложила себе крылья сильные. Как взмахнула крылом, как взмахнула другим - поднялась я в небо высокое, понеслась над горами каменными, над лесами да над долинами.
Опустилась на землю мягкую у холма того у заветного да вошла в пещеру глубокую. Там нашла ларец ледяной я, без замка ларец да без ключика. Я прижмусь к ларцу, обниму его, сердцем пламенным растоплю тот лед. Протяну я руку уверенно и коснусь души твоей, милый друг. Вот она в ладонях засветится, задрожит огоньком немеркнущим. Крепко я ладони сожму тогда, ото всех ее спрячу-сберегу, что бы вечно со мною была она, чтобы вечно любил меня милый мой.