Мы возвращались из Мадрида после завершения всех дел, в курортный городок под Барселоной, чтобы там отдохнуть и расслабится в оставшиеся четыре дня.
Дорога нескончаемой лентой несла машину по выжженной солнцем Испании, и этот пейзаж мне совсем не нравился. Степь с низкими провинциальными городками по обочинам, сменялась безлюдной полупустыней с бесформенным нагромождением песчаных валунов, создавая ощущения нереально-театральных кадров из ранних фантастических фильмов о Марсе. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, лишь иногда выскакивая на мгновение из-за далеких плоских холмов, освещая их грязно-оранжевым светом, тем самым ещё больше создавая иллюзию чужой, незнакомой планеты вокруг.
Дорога измотала и стучала в висках тупой, ноющей болью, шевелиться не хотелось, вообще ничего не хотелось и любимая кассета Трофима, прослушанная раз шесть за последние четыре часа, кривовато торчала из магнитолы.
Я глянул на друга... еще раз воткнет кассету... выброшусь из окна...
Он вел машину уже не расслабленно и легко как в самом начале. Сосредоточенно глядя вперед, он иногда, характерным движением, отрывая руки от руля, дотрагивался ими по очереди до своей головы, как бы проверяя, все ли на месте.
Эти его движения рук забавляли, хотя и казались опасными на такой скорости, но меня не напрягали: во-первых, я знал свою судьбу далеко наперед, а во-вторых, безмерно доверял его профессионализму водителя.
Мерное покачивание и приятная прохлада кондиционера усыпляли, но я боролся из последних сил , нечестно было оставлять друга наедине с самим собой, ведь он устал не меньше. И я усиленно хлопал глазами и шмыгал носом, создавая эффект бодрого присутствия.
Брошенная назад бутылка с пустым, пластмассовым звуком запрыгала по сиденью, и, потянувшись до хруста, я предложил: " Может, остановимся на пару минут в первом городке..... воды купим...."
-"Да", - сдержано ответил друг, - " Думаю надо".
Ага - нашлось занятие, и я с удовольствием полез в бордачек, и принялся шуршать картой, водя по ней зубочисткой.
Вы не замечали, что на картах дороги всегда прямее, чем в жизни? Кто так рисует?))
Ближайший городок на карте, Алканиз, был обозначен подозрительно маленькой точечкой. Х-хе , да пусть хоть деревня, мы сейчас были согласны даже на русский замызганный придорожный ларек.
Но в этом населенном пункте были даже дома..... даже четырехэтажные...
".....добрый день...." - с чувством я процитировал навязчиво-вежливого лося из анекдота.
Нам весьма повеселело.
Ох уж мне эти провинциальные европейские городки, ещё нет и одиннадцати, а улицы уже совсем пустынны, жалюзи или ставни плотно закрыты. И везде решетки на первых этажах, а, казалось бы - спокойная умиротворенная Европа... чего они боятся? Разгула бандитизма, или может нас ожидают...хих.
Варианта три (я весы и у меня всегда из любой ситуации имеется три выхода: да, нет, и пошел на ... ну, в смысле - состояние покоя))), так вот: не сворачивая мчаться дальше, ехать через город, высматривая по сторонам супермаркет и купив воды, продолжить путь, или остановиться около любой работающей кафешки и там не только напиться, но и растянувшись на стульчиках отдохнуть .
"Оба-на"- тыкнул я пальцем на заманчивую сине-неоновую надпись, - "хочу сюда, в ентот "Еротик шоу".
Мы проехали дальше, но на мое настойчивое: " Тормози, говорю, фигли кататься" - и друг послушался, остановился и сдал назад, ну и в самом деле, какая разница где - устали же.
Припарковавшись и выйдя из машины, хрустя и поскрипывая, попытались размять затекшие тела.
Заведение было конечно питейным, и конечно эротическим - неоновая завлекалочка не обманула.
Множество беспорядочно стоящих столиков около Т-образной эстрады с тремя стальными блестящими шестами, упирающимися в потолок, держась за которые, крутились и танцевали стройные девицы.
А народу здесь собралось, пожалуй, побольше, чем всех жителей этого городка, видно приезжали из близлежащих окрестностей. Друг поморщился - в таком шуме, и с такой музыкой не отдохнешь, да ещё удушливый сизый сигаретный туман, висел под потолком. А музыка, правда, была убойной в прямом смысле, просто ритм: бум, бум, бум, бум, полчаса и ты - дебил. Был бы оркестр, я бы денег дал и "Подмосковные вечера" заказал...
Опять три варианта: либо убегать, либо задохнуться и погибнуть, либо самому закурить. Я себе не враг, и сразу закурил сигару- пущай другие мучаются, а друг выбрал .... вариант номер два.
Свободных мест почти не было, но, углядев парочку около самой эстрады, подумали, что мы не нарушим им интим, решительно двинулись к их столику.
Друг остановился, спросить разрешения, но я, хлопнув его по плечу, махнул и первым уселся.
Я сидел вплотную спиной к эстраде, обхватив покрепче рукой влажный, прохладный стакан, чтобы не отняли, втягивал в себя "сосу-солу" с лимоном, никогда еще она не казалась мне такой вкусной. Холодная паутинка напитка разливалась внутри у меня - вот оно блаженство.
Над потолком крутились зеркальные шары, отбрасывая множество зайчиков на лица и предметы, все выглядели забавно пятнистыми, как сплошные леопарды.
Народ одобрительно хрюкал и гудел, глядя на сцену, знать что-то интересное, подумал я и обернулся.
Девушка, обхватив обеими руками мерцающий в огнях шест, кружилась в танце, то, повисая на шесте, то, томно приседая и скользя по нему вверх вниз.
Друг, перекричав музыку, бросил: глянь на левую... Ух, ты, у левого шеста стояла здоровенная деваха, гренадерского вида, правда надо отдать ей должное: она не была толстой, огромные мышцы рук и ног перекатывались под блестящей кожей. Надо же так себя накачать - меня аж передернуло. И вновь сосредоточил свое внимание на ближайшей.
Я прикинул, что не такая уж она и высокая, как показалось вначале, просто на каблуках, да и перспектива моего взгляда была снизу вверх, от этого ее тело как бы удлинялось. У неё высокая красивая грудь, плоский упругий живот и характерное южное лицо с горбинкой на носу. Мне очень нравились её длинные распущенные волосы сочно бронзового цвета и большущие смеющиеся глаза. Глаза действительно были очень красивые: голубые, с какой-то заводной искоркой, скорее нет - озорные с вызовом. На ней были лишь трусики и лифчик ярко-синего цвета и никакой подвязочки на ноге - куда обычно зрители засовывают чаевые (это я в кино так видел).
Я улыбнулся и приветливо ей подмигнул. Она мне ответила лучезарно и игриво, нарезая круги вокруг шеста, далеко отводя ногу.
Сидеть вполоборота, да еще вывернув шею, было неудобно, и я опять присосался к прохладному стакану.
Вдруг меня посетила озорная мысль, что все-таки можно куда-нибудь засунуть танцовщице купюру и ....
Черт меня дернул встать и, повернувшись, шагнуть к эстраде...
Страшный удар каблуком в голову просто свалил меня с ног.
Когда ко мне вернулся слух, я попытался открыть хотя бы один глаз.
Надо мной, страшно гримасничая, суетился какой-то мужик в пиджаке, и что-то тараторил на своем языке. Из всей тирады я понял только часто повторяемое слово - "бьен". Типа, на сколько "бьен", я себя чувствую...
- Какой .... "бьен", твою маман, да меня ваще уже убили, - простонал я.
Ворочая глазищами, администратор, или кто он там, набросился на растерянную девушку и стал на неё орать.
- Так, - подумал я, - пора знакомиться, и поспешил ей на помощь.
С трудом присев и изобразив на своей роже блаженство, как будто меня каждый божий день шарашили туфлей по башке, я ухватил за рукав мужика и потянул к себе.
- Всё О, кей...! У меня такой "бьен" , что лучше не бывает, - кудахтал я, дергая его, словно пытаясь стянуть с него пиджак.
Кивнув другу, мол, переведи, что все нормально и никаких "притензиев" мы не имеем, только пусть он подсадит к нам девушку, в смысле - компенсация, за нанесённый в голове ущерб.
- Я посижу с вами, только не долго - нам не положено -, ответила танцовщица на чистом русском!
- О как !.... и тут наши, -
Парочка, из-за нашего столика как-то быстро испарилась, видать от греха подальше и мы расселись втроем.
Дядька услужливо склонился и позвал официанта с выпивкой для нас за счет заведения.
Чтобы он не шипел и не ругался больше на девушку, я вежливо и ненавязчиво сунул ему в карман пятьдесят евриков, но так, чтобы он это видел.
Мгновенье и его унесло словно ветром.
Мы познакомились, девушку звали Жанной, она была из России и работала здесь по контракту уже два года.
Выяснив, что в заведении работают еще несколько россиянок и что среди них есть её подружка, мы предложили пригласить за столик и её.
- А что, в самом деле, мы сейчас по-назаказываем напитков разных... много, никто и не будет ругаться, даже ещё и довольны, останутся, - хмыкнул друг.
Вскоре Жанна вернулась с миниатюрной ладненькой блондиночкой, и наш маленький русскоговорящий оазис зашумел изысканными любезностями и смехом.
Мы сыпали анекдотами, которые шли "на ура", оказалось, что у испанцев ваще нет анекдотов, да и с юмором напряг, правда, для нас это не было открытием ещё при общении с деловыми партнёрами.
Девчонки сначала прыскали смехом, а потом и вовсе стали ухахатываться до слёз.
Время летело незаметно, но всё больше досаждал несмолкаемый шум, разговаривать было просто невозможно. В горле першило и по употреблению выпивки и прохладительных напитков, для смачивания оного, мы наверно переплюнули всю эту забегаловку.
- А давайте продолжим, когда вы закончите? - предложил я.
Девчонки переглянулись и вздохнули,
- Так мы здесь на всю ночь, до шести утра, -
- Так и мы, до "пятницы" абсолютно свободны, - хмыкнул друг.
- Ребят, мы ж после работы просто никакие будем, нам бы выспаться,-
У меня мелькнула идея: Тогда другое предложение, мы в этом городе проездом, и вот вопрос: вы сможете отпроситься с работы дня этак на четыре? -
Жанна слегка наклонила голову и, посмотрев на подругу, осторожно сказала
- Наверное, да, только за свой счёт, а что? -
- Ну, это-то как раз не проблема, - уловив мысль, воскликнул мой напарник.. Значит так, - категорично и "сурово" заключил я:
- Уже пол первого, работайте и с сегодняшнего дня отпрашивайтесь на четыре дня. Будет море, солнце и радость. Обещаем. Мы вас ждем в зелёном "Rovere" напротив входа, в дороге и выспитесь...
Наши новые знакомые, радостно кивнув, упорхнули, а мы, крякнув, расплатились (не европейцы, а пираты какие-то) и пошли храпеть остаток ночи.

И вновь дорога, утренняя, пустынная, с вяло и сонно плетущимися навстречу испанскими машинами, только теперь на заднем сиденье, через силу хлопая глазами,
пристроились две смешливые русские девчонки, неизвестно, как и зачем попавшие в эту чужую страну, с её чужой, для них жизнью.

Аккуратно перешагивая с одного раскалённого камня на другой, балансируя и нелепо размахивая руками, я подбирался к самой воде. В очередной раз, обжёгшись, чертыхнулся с оглядкой - за мной, ойкая, шли две очаровательные русалочки в купальниках, остановился на самом краешке каменного островка, далеко выдавшегося в море от песчаного пляжа.
Обернувшись, и показав им язык, я расслабленно плюхнулся в море.
Вода схватила моё, разгоряченное солнцем, тело, скрутило холодом глубины, и заставила "рвануть" вверх. Вокруг уже плескались, визжа, Жанна с Эллой, а друг с берега, на приглашающий жест, ехидно показывал нам фигу.
Потом с размаху на горячий песок и сквозь прищуренные веки нереально высокие почти совсем обнаженные женские фигуры, проходящие мимо, и снова море, и снова песок.
Насколько же устаешь за день лежания на пляже? Словно не отдыхал вовсе, а на работе вкалывал до умопомрачения.
Девушки предложили по мороженому и на моё ленивое: "М-м-м", товарищ потянулся за брюками.
- А ты накинул бы мой халатик и делов то, - пошутила Элла. Он хмыкнул, завернулся в легкий разноцветный ситцевый халатик, и, напялив широкую соломенную шляпу, нелепо подпрыгивая по горячему песку, поскакал к ближайшему киоску.
Я, первый раз увидев своего начальника в подобном виде, уткнулся мордой в песок от смеха, слыша как взрывы веселья всего пляжа сопровождают его поход за холодом.

С какого-то времени я начал понимать, почему испанцы устраивают сиесту с часа - до пяти дня. Дело тут не совсем в жаре, хотя она конечно, донимая, сводит с ума, а скорее в том что им просто нечего в это время делать.
Вот и мы после сытного обеда, сидя в прохладном баре гостиницы, с трудом перебрасываясь словами, не знали чем себя занять. Решив вечером съездить в соседний городок поиграть в боулинг, тяжко охая, разбрелись по номерам. "Пойдем побродим по городу, а то мне полнеть нельзя", - предложила Жанна.
Во перспективки: гулять по жаркому душному городу, либо ворочаться под мужской храп часа три... а-а-а... всё одно мне днем не уснуть.
И я поплелся аки телок на заклание за своей ведомой.
Что-то непередаваемо трогательное, успокаивающее есть в старых узких улочках приморских городков. Их вялая пустынность, настраивает на благодушный умиротворенный лад - забавное и непривычное ощущение.
Во время сиесты создаётся впечатление, будто ты бредёшь по городу, поспешно оставленному жителями, и слышен лишь гулкий звук твоих шагов по мостовой, и легкий шепот сандалий твоей спутницы.
Она тихо рассказывала мне о себе, а я разглядывал её, удивляясь, сколько событий пронеслось за какие-то не полные двадцать четыре девичьи года.
Не знаю почему, но все женщины достаточно откровенны со мной, может что-то доверяющее есть в моей сущности , а может просто судьба такая.
Только Жанна рассказывала по особенному - она ни на что не жаловалась, никого не упрекала, хотя могла бы...
Комментировать услышанное не хотелось, да и лишнее это, не для того говорилось.
Просто взял её руку, чуть пожал и притянул к себе.
Мы уже выбились из сил, бродя по закоулкам, когда моя спутница сказала: "Хочу чашку кофе"
-И круасончик, - добавил я,
-Пойдем, я знаю, где здесь кафешка с кондиционером.
-Неужели ты не наелся за обедом?! - ужаснулась она.
- Наелся, просто успел проголодаться, - "выдал" я, многозначительно погладив свой животик.
Нам оставалось пройти полквартала, когда я свернул в проходную улочку, чтобы сократить путь.
Вдруг Жанна потянула меня за руку назад, вглядываясь в витрину одного из магазинчиков.
Это был маленький зоомагазин и из-за стекла, теребя по нему лапками, смотрел на нас пушистый игривый щенок.
Девушка, присела перед витриной и приложила ладошку к стеклу. Псина тотчас принялась, радостно взвизгивая, лизать недоступную руку, при этом так активно махала из стороны в сторону хвостом, что её аж заносило.
- Сколько такая собачка может стоить? Я давно мечтала себе купить.
- Ну, я не большой специалист в породах, хотя в детстве у нас дома всегда жили собаки, но мне кажется, что это Йоркширский терьер, а они дорогие как..., - не найдя с чем сравнить дороговизну данной породы, я споткнулся на полуслове.
- ...как сволочи, - наконец выдавил из себя, не веря сам, что сволочи могут быть настолько дорогими.
- В России... ну где-то долларов 400-500, не меньше.
- Ого!, - воскликнула она огорчённо,
- много, всё равно накоплю и куплю.
-Силу в плечи, - хмыкнул я, тронув её за плечо.
- Пойдем, кофе стынет...
Но после кафе, Жанна снова потянула меня смотреть щенка.
Сиеста уже кончилась и, толкнув дверь, мы попали в маленький клеточный мир животных.
Цена на псину заставила меня поперхнуться - семьсот баксов! За эти деньги я ей быка производителя "Гаврюшу" куплю, в каком-нибудь разорившимся российском колхозе.
Видать и спутницу мою цена ошеломила, потому, как она осеклась, и взгляд её потух, став щемяще печальным.
Покрутив и нежно потискав щенка в руках, который исступленно облизывал ей то, до чего мог дотянуться своим мокрым розовеньким язычком, Жанна опустила его обратно в прозрачный сухой аквариум.
И обреченно, хотя и решительно направилась к выходу.
Догнав её на улице, я принялся утешать: "Да ладно тебе, что на этой собачке мир клином сошелся? Ну, стоила бы хоть в половину меньше, а вдруг подохнет за такие деньги?"
-Ну, как ты не понимаешь, у меня же никого здесь нет, подруга это же совсем другое, я бы о нем заботилась, как о ребенке, - яростно обернулась она.
- Ну, подумаешь проблема, - гыкнул я,
- ребенок, давай щас по быстрому и сделаем...
Видно я как-то совсем неудачно пошутил, и потому как она, остановившись, посмотрела на меня, мне стало неловко и стыдно.
- Ладно, извини, - бросил я и надолго заткнулся.
- Всё равно, накоплю и куплю себе такую, жалко, что не эту, - упрямо сказала Жанна, нарушив молчание.
-Угу, - согласился я.

Так мы и бродили все четыре дня по городу, вдвоём ли, вчетвером ли, но неизменно наша дорога пролегала через тот зоомагазин. Не, ну еще первые два дня мы её всем "гуртом" пытались отговаривать, но потом успокоились и отстали.
Она смирилась с неподъемной для себя ценой и просто ходила к щенку как на свидание.
Наступил предпоследний день нашего отдыха.
Я много раз бывал в этом городке, всё знал в нём и меня узнавали, и каждый раз прощался с ним, как с чем-то дорогим и близким. Мне всегда там было безоблачно и хорошо.
По традиции я предложил всем пройтись по "памятным" местам, но ребята отказались, а почему пошла Жанна, было не трудно догадаться....
Небо заволокло тучами как перед дождём, или может, это город расстроился, прощаясь со мной в очередной раз?
Не люблю прощаться...
Вот моя любимая кафешка на набережной, и по моим чаевым, знакомая официантка поняла, что завтра я уже не приду...
Чуть разбежавшись, утопая в песке, швырнул в море монетку, привезенную из России , а вдруг примета снова не обманет и я опять вернусь сюда.
Не забыть бы зайти в антикварную лавку, не прикупить сувениров, а просто побродить по тихим комнатам, дотрагиваясь до старой посуды. Выдвинуть скрипучий массивный ящик величавого старинного комода, ощущая тяжесть бронзовой ручки, послушать тихий стук настенных часов, сколько помню - они никак не продаются, может не хотят менять свое место жительства и останавливаются при покупателях? Если ходят при мне, то знать доверяют. Мне их и вправду не купить, и дело тут совсем не в деньгах, просто, с кем же я буду здороваться, приезжая в этот город?
Я прихожу сюда для памяти, и после смерти хозяйки, несколько лет назад, уже никогда ничего здесь не покупал...
Наконец все дороги свелись на улочку с " зоомагом"....
Жанна не решилась войти, и лишь через витрину смотрела, что происходит внутри.
К "нашему" щенку подошла семья туристов: отец, мать и великовозрастная прыщавая дочка.
Они долго смотрели пёсика, достав из аквариума, обсуждали, приценивались.
Жанна, прилипнув лицом к стеклу, жалобно выдохнула: "Они купят его..."
И столько было, боли и отчаяния в этом вскрике, что я невольно шагнул ближе и увидел, как крупные слёзы текут по её щекам.
- Не, не купят, не переживай, собачка слишком дорогая - их "жаба" задушит, - попытался я успокоить девушку.
Мой прогноз оправдался и папа, решительно сунув щенка обратно, не слушая свою дочку, вышел на улицу.
Дочь, плетясь за ним, продолжала гнусаво нудить: "Па-а-а-п, ну купи-и-и-и ..."
-Дорого!, - рявкнул, как отрезал отец.
Опять "наши".... х-хи, ну никуда от них не денешься.
-Да уж, - поддержал я папашу,
- Цены тут как на Байкануре - космические, мы вот уже три дня ходим, облизываемся.
-Три дня! Нас уже неделю каждый Божий де нь дочка сюда таскает, - пожаловалась мама.
-Вот, вот, а ещё кучу справок надо, просто так через границу не пустят, - поддакнул отец.
- Ну, к-у-п-и-т-е ...,- тянула своё девчонка с прыщиками.
- Не, ну со справками-то наверняка у них порядок, испанцы всё ж таки цивилизованные люди, - бросил я в ответ.
Небрежно привалившись к стене противоположного дома, я курил сигару, и по редкому шипению на табачном конце, понял, что начал накрапывать дождик.
Вдруг, мне стало смешно и радостно от принятого решения, я заурчал как довольный кот и, прищурив левый глаз, задорно спросил: " Ну чё, Жанн, собачку говоришь, хочешь? Иди, покупай, тока быстро... пока не передумал."
Повернулся к озадаченно остолбеневшей семье, и виновато улыбнувшись, подытожил: " Ну, чего не сделаешь, если девушка .... хочет..."
Те не оценили юмора, остолбенев, замолчали, будто я только что поднял брошенный ими выигрышный лотерейный билет. Папа несколько раз открыл рот, чтобы что-то сказать, посмотрел на жену, потом на дочку.... перевел презрительно-уничижающий взгляд на меня и ... обиженно насупившись, не попрощавшись, гордо повел своё семейство прочь.
Жанну как ветром сдуло.
Господи! Как же мало порой человеку надо для счастья!
Дождь разошелся не на шутку и через двадцать минут, спрятав дрожащего щенка к себе за пазуху, я тянул её в гостиницу.
Счастливая, с мокрыми волосами, она всё забегала вперед, чтобы погладить и коснуться своего сокровища и лицо при этом светилось так...
"Какие ж мы всё-таки дети": подумалось мне, но может это совсем и не плохо...
А тёплый испанский дождик плача, лил и лил, то ли провожая нас, то ли радуясь с нами.

Ребята, увидев нас, схватились за голову, а друг нарочито сердито бурчал, вытирая псину полотенцем: " Вот и оставь его на минуту, так и знал, что этим всё закончится..."

Выехав ночью, мы подъехали к дому, где девчонки снимали квартиру рано утром, времени совсем не оставалось, всё уже было сказано, поменявшись за рулем, я уступил ему место на обратный путь...

Машина плавно тронулась, быстро набирая скорость. Выгнувшись, я оглянулся: на тротуаре утреннего безлюдного испанского городка, стояли две хрупкие, стройные фигурки, одна из них бережно прижимала к груди маленького лохматого щенка.
Город остался позади, когда друг, как бы извиняясь, произнес:" Не люблю долгие проводы, вообще прощаться не люблю".
Мы потянулись одновременно, и, встретившись с его рукой, я тут же уступил - начальник все же ))).
Щелкнув, магнитола зашуршала кассетой и знакомые слова Трофима обретали новый смысл: " ...я сегодня ночевал с женщиной любимою, без которой дальше жить, просто не могу..."
До отлета оставалось четыре часа.....