Мох, е знаю, а она разве не читается?

ой, извини это я ступила-уоментарий то в первой записи от 31 декабря)

Мои папа с мамой разошлись когда мне было 6 лет, но я знаю, люблю и уважаю своего отца.
Где-то лет в 12 моя мама подошла ко мне с вопросом: как ты смотришь на то, чтобы с нами жил её друг....
Похожая ситуация, причем я его знал ни один год, уважал его и хорошо к нему относился.
Я подумал так же как и ты: как это в моём доме будет жить ещё кто-то...
И я сказал: " Мам, а зачем, разве нам плохо вместе?" Она промолчала и никогда больше не возвращалась к этому разговору. Они еще долго встречались, потом расстались. Я вырос, создал семью и в браке уже 18 лет, моей маме 65 и она совсем одинока, то есть у неё есть я, внучка,невестка, сестра, подруги,но она безумно одинока длинными унылыми вечерами.
Я никогда себе этого не прощу, и тебе посоветовать ничего не могу, так как понимаю насколько тяжело , муторно и неприятно терпеть в доме "чужого" для себя человека.....хотя...что будет если через полгода ты встретишь, в любишься и приведёшь, хотя бы теоритически....каково будет твоей маме?
Если б всё вернуть....помня о годах её одиночества и не счастья, я бы стиснул зубы, или улыбнулся бы и терпел любого, с кем моя мама была бы счастлива.... Правда я опоздал...на 31 год.

ну спасибо что не обозвал эгоцентричной кретинкой, даже поддержал можно сказать, но я думаю у меня получиться быть терпимее

Среди всех моих странно-дурацких привычек, у меня есть такая- когда я некоторое время с кем то откровенничаю, потом я спрашиваю, что обо мне думают. Ну этот вопрос настиг и тебя. Вот так вот меня опять распирает от любопытства)

Если честно, то я не анализировал....времени не было , да и задачи не стояло, но если навскидку, то:
Ты начитанная девица (в хорошем смысле слова - девица, без иронии), у тебя хорошая, цепкая память, ассоциативное мышление, ты импульсивна, но отходчива, у тебя есть свое мнение, доказывать что-то бессмысленно, а вот поговорить, объяснить - ты вполне можешь согласиться(если это не идет в разрез с твоими жизненными принципами), внутри ласковый ребёнок со смешливыми глазами, внешне в быту, иногда скрывающая это за маленькими(чуть не сказал язвительными) колючками, максималистична порой в суждениях, но это не упрямый тупизм, а просто возрастное, часто твои действия опережают твои мысли, любознательна.

Ну, пожалуй на первый раз всё, подскажи в чём ошибся , или не понял тебя вообще.

Ни фига себе…не одного плохого слова! Да я просто ангел!) Все таки как же хорошо читать про себя такие вот приятности. Хотя все конечно несколько не так- не думаю что у меня есть свои жизненные принципы, вот я вчера даже была на тренинге, сказали, что у меня некая каша в голове (с чем я полностью согласна) и что у меня шаткая позиция (даже самооценка- и та шаткая! С этим тоже согласна, кстати я даже об этом писала). А ещё мне понравилось- ты конечна упряма и тупа, но это пройдет…это ж возрастное)))) А рассказы ты мне больше не хочешь давать читать?

Сядь за стол и на листе напиши список: чего ты не сделаешь никогда в жизни, ни при каких обстоятельствах, и чего бы ты не хотела , чтобы сделали по отношению к тебе....оно и буит: твои жизненные принципы на данный момент жизни.
Про "кашу" в голове - согласен, я подумал об этом, но забыл написать)))


Вот тебе рассказ:



"Крылья"





Я с детства была не такой, как все, вернее не с самого раннего, а чуть позднее,
когда навстречу нашей машине выскочил вихляющий грузовик... Я помню глаза отца в зеркале заднего вида, обьятые ужасом понимания что уже поздно, его крик: "Держитесь...!" А потом - ничего, только тупая, раздирающая боль в спине и белый, в трещинках потолок долго-долго, и теплая шершавая рука
моей бабушки, держащая мою ладошку или смахивающая с моей щеки слезу...
Только через полгода я первый раз встала, и ещё через три месяца меня выписали из больницы. Нас провожало всё отделение, ставшее близким и родным.
И мы стали жить с бабушкой вдвоём.
Я так и не смогла оправиться после той аварии, спина продолжала болеть, особенно к вечеру, а весной её раздирало и жгло как раскаленными углями.
Я морщилась, горбилась, извиваясь, чтобы найти более спокойное положение и тихо плакала, чтобы не услышала бабушка, а рыжая врачиха из поликлиники назначала ЛФК и болеутоляющие.
Несмотря на мою замкнутость и кривоватость, у меня всегда было много друзей и подруг в школе.
Только с некоторого времени что-то стало меняться во мне, моё личико не портили прыщики, как у подружек в пору полового созревания, а вот спина... боль просто сводила с ума, где-то там... выше поясницы, почти между
лопатками и спасало только одно - пригоршня таблеток и теплая ванна.
Я вообще-то с физкультурой не дружила, а в такие дни было и вовсе не до школы.
В один из таких дней ЭТО и произошло.
Полванны воды, пены, таблетку и расслабуха - ни о чем не думать, закрыть глаза... все розовое вокруг... поплыла...
Очнулась я от тишины..... нет, ни вокруг, ни в доме, а во мне... какая-то звенящая, приятно-легкая тишина во всем теле и никакой боли...
Поежившись, я чуть потянулась, потом еще, до хруста и резко села и... ничего ни капельки не больно. Откинувшись снова и погрузившись в воду я нежилась, привыкая к новому ощущению радости. Потом встала, вся в пене, весело
мурлыкающая знакомый мотивчик, включила душ, стала вертеться перед зеркалом, подставляя себя под упругие горячие струи.
Не то, чтобы я удивилась - нет, скорее просто замерла, еще не осознав то, что я увидела: смываемая водой, пена обнажала какие-то полупрозрачные кожистые складки или скорее лохмотья на моей спине. Далеко заведя руку за плечо, я ухватила за один лоскут и потянула... не-а, тянется вместе с кожей и
не отрывается. Весь полупрозрачный какой-то, мягкий и внутри как хрящики перекатываются.
Ну всё... блин... в шестнадцать лет и монстр . Сев на край ванны, от горя я разрыдалась... "Фреди Крюгер" .. нет, тот всех резал, а я , кто я, просто " Нечто"? Выплакавшись и хлюпая носом, все же подумала - нет худа без добра,
хоть спина не болит, а ЭТО, это можно отрезать к чертовой матери, щас и не такое отрезают, ну останутся на спине еще пару шрамов, ну и что, у меня их и так после аварии не сосчитаешь....
Когда пришла бабушка, я в халате, сосредоточенно сидела на стуле, прямая как гвоздь, боясь облокотиться...
- Ба, у меня спина больше совсем не болит, -
- Ну и хорошо, ну и слава Богу.
- Ба, но у меня проблема... ты присядь пока...
Я скинула халат и повернулась спиной к бабуле.
Складки уже высохли и шелковисто шелестя, приятно защекотали спину.
Бабушка охнула и заморгав глазами перекрестилась.
- Лапуль, это же у тебя вроде крылья...
-Да поняла, что это крылья, - разозлилась я, - Делать-то чего теперь? -
Весь вечер мы с бабулей разглядывали, вертели, и щупали моё
"приобретение".
-Ба, может я ангел, а?-
- Так у ангелов вроде крылья с перьями.
- А я ещё молоденькая ангелша, неоперившаяся,- угрюмо пошутила я.
-Было бы обидно предполагать, что я этот, как его, ну... демон что-ли...
-Нет, ты не демон, - бабушка обняла меня, накрыв крылья руками.
- Ты у меня добрая, ты мой ангел...
Ни ученая степень, ни просто-таки энциклопедические знания окружающего мира не помогали , бабушка пребывала в полной растерянности и никак не могла объяснить произошедшее, ну в самом деле - не атавистические же это отростки!
Мы так и не пришли ни к какому решению, но в школу я на следующий день не пошла, и всю последующую неделя тоже, как впрочем и поликлинику.
Наверное, это было самым правильным решением, так как проснувшись в субботу, я увидела на кровати два маленьких, смятых, сиротливо лежащих крылышка, а подскочив к зеркалу, два розовеньких неровных шрамика.
- Ну вот и славно, - подумала я, хотя и с небольшим сожалением - ведь в сущности они мне не мешали, я почти к ним начала привыкать...
Всё решилось само собой, я успокоилась да и боль в спине не вернулась, стоило все поскорее забыть.
Вот только что-то в душе, тревожно что-ли...
Был май и конец учебного года, несколько ребят из нашего класса собрались в поход на байдарках и я напросилась с ними, клятвенно пообещав, что не буду ныть и вообще ни пикну.
Они может быть и засомневались бы, но, зная мой упрямый характер и чудеса выносливости на физкультуре за последний месяц, хмыкнув , сказали :" Да будет так..."

Пробежал год, такой новый, разный, с любовью и грустью, с радостью и разочарованиями.
И вот весной вновь повторилось ЭТО.
Не было боли, не было неприятных ощущений, просто некоторая тяжесть во всем теле и приятный, слегка навязчивый зуд - хотелось подойти к ковру, висевшему на стене и, урча и мурлыкая, потереться спиной...
А на утро - влажная простыня и два крылышка, правда, когда они высохли, они мне показались чуть побольше, может и вправду показалось, хотя...
Мне впервые вдруг захотелось рассмотреть их во всех деталях, и понять кто же я наконец.
Подошла к зеркалу, вот они..... без стыда, со смешанным чувством любопытства и страха я разглядывала себя со спины.
Тонкие и нежные, полупрозрачные два крылышка, каждый размером с половину наволочки, уже не свисали лоскуточками, как в прошлый раз, а натянулись и упруго расправились. Они не были похожи на птичьи, но и на крылья летучей мыши, по-моему, тоже не походили, впрочем, я летучую мышь и не видела никогда, разве что маленький скелетик в кабинете зоологии,
брррр....
Возникло жгучее желание взмахнуть ими, но сколько не тужилась, не надувала щёки и не морщила лоб, ничего не получалось. Попробовала подпрыгнуть несколько раз, лишь защекотало спину, да так, что глазки зажмурила.
Подумала - вот был бы прикол, небрежно раздеться на физкультуре и пройтись в одних трусиках и маечке, с выглядывающими из под нее крылышками, мимо обалдевших ребят...
Но тут же страх сжал мое сердце... захотелось забиться куда-нибудь в угол и замереть - не такая, я не такая, как все и как на это отреагируют ребята, мне и представлять страшно.
Второй раз ЭТО продолжалось дольше, я уже начала всерьез беспокоиться, когда в конце второй недели бабушка аккуратно завернула в чистую тряпочку отпавшие крылья и поехала среди недели на дачу, чтобы похоронить их в
одном ей известном месте.

Не помню когда произошло то необычное... то ли в четвертый раз, то ли в пятый...
Я уже давно училась в институте, но как-то по-прежнему была одна, ну не то, чтобы очень боялась своей тайны, в конце концов любят же и хромых, и безногих, и горбатых, даже глупых любят - во как! Да и придумать всегда что-то можно - мол, уехала по горячей путевке в дом отдыха на пару недель,
или заболела так заразно, что только по телефону и то, в марлевой повязке... хи-хи...
Нет, не в этом дело, просто не ёкало в груди, вроде и симпатичных много, а всё не то...
О чём это я? А, ну да, так вот: не припомню когда произошло, но однажды, отведя плечи назад, и нахально выпятив перед зеркалом свою упругую, без ложной скромности, оформившуюся красивую грудь, я вдруг почувствовала легкое дуновенье ветерка.... словно кто-то тихо подул мне в спину.
Снова отвела плечи назад и ... снова ветерок, потом резче, еще резче... крылья захлопали, обдув меня прохладной волной воздуха. В какой-то момент я испытала ощущение, как будто проваливаюсь в яму, и... поняла , что мои ноги не касаются паркета!
Так необычно, но совсем не страшно, прикольно, может за все эти годы я уже морально была готова к такому повороту событий?
Вновь и вновь повторяя свои попытки, мне довольно быстро удалось научиться парить в воздухе, но вот при этом уворачиваться от углов, ну никак не получалось! Меня нагло заносило или проносило мимо, я начинала размахивать руками, хватаясь за всё, до чего могла дотянуться. Перед глазами
крутились кадры документальных фильмов, с нелепо болтающимися космонавтами в невесомости.
И, ставя еще один синяк на бедре, со всего размаха налетев на очередной угол, я чертыхалась вслух, представляя мир одним сплошным углом....
Не, ну кто так строит... наши малогабаритки совсем не предназначены для учебных полетов, крылышки так и скребутся о стены коридоров... хи-хи.
Зато, когда вечером бабуля пришла со своего ученого совета, я небрежно подпорхнула к ней в прихожей, чмокнула в щечку, и отобрав пакет с продуктами, улетела на кухню.
Выглянув с кухни, увидела как она, медленно оседая на пуфик, бурчала, качая головой:"Я так и знала, что всё этим и закончится...."
После ужина, ужас и это... на полный желудок, я продемонстрировала бабушке свои успехи в воздухоплавании, то взлетая к самому потолку и стукаясь головой об люстру, то как калибри, зависая над одним местом, плавно
поворачиваясь вокруг своей оси. Уставала я с непривычки достаточно быстро, да еще и шуму производила - занавески и картинки на стенах ходуном ходили от потоков воздуха, создаваемыми крыльями.
Однако через неделю упорных домашних тренировок, я как всегда в это время года " болела" и не ходила в институт, я настолько освоилась со своими новыми возможностями, что порой ленилась двигать ногами.
И вот ещё что - меня страстно тянуло на простор, ну куда-нибудь на открытое пространство, если хотите - в небо.
Обсудив эту проблему, мы решились с бабулей на первую историческую вылазку за пределы квартиры во время ЭТОГО.
Оказалось все гораздо проще нежели, чем мы предполагали - ну платья и кофты отметались сразу же, в куртке или в пальто в конце мая, как-то... ну сами понимаете, да еще и дни стояли на удивление жаркие, а вот обыкновенный свободный джинсовый пиджак спокойно скрывал почти все недостатки моей фигуры, разве что я выглядела слегка сутулой.
Мы долго разъезжали по Подмосковью в поисках особо безлюдных мест, в конце концов бабушка, уставшая крутить баранку, сказала:" Всё, хватит, сворачиваем здесь, и вон на той опушке пробуем. Плевать, кто увидит, подумают, что им, придуркам, привиделось"
Посредине полянки я скинула джинсовку, стоя в брюках и маечке, растерялась, не зная с чего начинать : с разбега, или с места взлетать?
-Ну, поехали, - подтолкнула меня Ба.
Мне удалось подняться метров на десять, может больше, я не знаю, но от ощущения высоты дух захватило.... сумасшедше забилось сердце, особенно когда посмотрев вниз, не увидела опоры под ногами и... бабулечка... где-то там, далеко и... маленькая такая...
Я испугалась и запаниковала, но вместо того, чтобы рухнуть вниз, мои крылья распрямились и замерли, и я тихо спланировала почти к бабушке в обьятия.....
- Страшно было?- спросила она меня.
- В какой-то момент очень.
- Вот бы и мне попробовать, как это.... летать?
Вскоре ЭТО в очередной раз закончилось и, поверишь, мне было искренне жаль своих крыльев, я даже расплакалась.
Однажды, пару лет спустя, я стояла на балконе поздним вечером и курила. Ба позвонила с презентации, обещала быть только часа этак через три.
Скучно...
И тут мелькнула озорная мысль.
Затушив сигарету, я сбросила накинутую на плечи вязанную кофточку и перегнулась через перила...
Из падения перешла в планирование, а потом в полет.
Мне вдруг очень захотелось, чтобы меня увидели... ну хоть кто-нибудь, разочек.... и я устремилась к огням близлежащих домов.
Мужик на балконе разговаривал "по понятиям" : далеко отставив в сторону мизинец левой руки, с насажанной на него "гайкой" золотого перстня, указательным пальцем тыкал в воздух, как будто провинившегося щенка в собственную лужу.
Держа здоровенной правой ручищей миниатюрный, и кажущийся игрушечным мобильник, он повторял что-то нудным и нравоучительным тоном.
Подлетев к нему, и облокотившись локтями на перила, я, наивно хлопая крылышками, попросила: "Дядь, дай закурить...."
Он отмахнулся от меня рукой, потом вдруг как-то присел и замер, повернулся ко мне всем телом (короткая бычья шея не позволяла его голове поворачиваться отдельно от тела), сфокусировал на мне взгляд и ........ маленькая, дорогая, говорящая коробочка безвозвратно полетела вниз в черную бездонную ночь.
- Ух, бля, ух, бля, ух, бля... - запричитал мужик и получалось это у него не столько растерянно, сколько жалостливо.
- Понятно... некурящий значит, ну извини...,- сказала я и упорхнула в темноту.

Нахохотавшись вволю, я перевернулась в воздухе пару раз, делая пируэты, и заметила звезды - далекие, мерцающие и так меня потянуло к ним, так захотелось коснуться их рукой... я всё понимала, но..... рванулась ввысь что было силы.
Холодные порывы ветра все сильнее трепали меня, сбивали, относили в сторону, и город ночной удалялся, казался всё меньше, сливаясь в одно желтовато-световое пятно.
И я одна в этом огромном океане свободы - независимая и ... такая никому не нужная на этой странной планете....
Я почти совсем выбилась из сил, когда меня настиг дождь, его первые резкие капли хлестнули меня по лицу, по плечам и наконец он ливанул.
Джинсы мгновенно намокли, потяжелели, а майка прилипшая к телу холодила и сковывала движенья.
Нужно было срочно возвращаться.
Опустившись, я вдруг к своему ужасу поняла, что заблудилась, ну просто не имела представления, где моя улица, мой дом, мой балкон.
Но надо было что-то решать, я смертельно устала и замерзла.
К чертям... первый балкон, или парк, или мостовая....

Он стоял на балконе, опершись на ящики с цветами, и несмотря на дождь курил.
Слабый свет комнаты освещал его со спины, невысокого роста, с широкими плечами и крепко посаженной головой.
- Ему бы грузчиком работать, - подумала я, и обессилено вцепившись мокрыми пальцами в перила, выдохнула: "Подвинься, а......"
Он повернул ко мне свою русую голову, мгновенно подскочил и, подхватив на руки, аккуратно усадил на плетеное кресло.
-Да ты совсем мокрая, замерзла небось, - он приоткрыл балконную дверь, шагнул в комнату, и тут же вернувшись, накинул мне на плечи пиджак.
Мы долго и пристально смотрели друг на друга, его рубашка на спине тоже совсем намокла, дождь попадал на сигареты, они шипя гасли, и он сразу доставал из портсигара новую и прикуривал...
- Меня Лёхой зовут..., - наконец сказал он и.... зачем-то улыбнулся.
- А меня Настей, - ответила я , стуча зубами, но уже начиная согреваться.
-А чего мокнешь-то, дождики любишь? - съязвила, чтобы продолжить разговор.
-Очень люблю,- серьезно ответил Алексей,- особенно люблю танцевать под музыку дождя...
- А ты что, танцор что ли?
- Не, - засмеялся он, -
я грузчик... а еще поэт.
- Ну вот..., - протянула я обиженно, - тебе проще, ты вот знаешь кто ты такой, а я...
- Так я знаю и кто ты такая...
- И кто же ? - я настороженно замерла...
- Ты моя муза,- ответил Алексей и начал читать стихи......

Он всё читал и читал... дождь уже кончился, и я совсем пригрелась под пиджаком, забравшись на кресло с ногами, его голос меня убаюкивал, и я подумала засыпая: " Муза ...Вот оно значит как... вот значит зачем мне крылья-то... и кстати... а в каком мы районе?..."

Когда читала, думала, что это не ты рассказ написал, но концовка- это точно твоя!

То что я публикую для тебя написано только мной, можешь не сумлеватца)))

Мох, а можно ещё одну просьбу- ты мог бы писать ещё год написания?

Можно, усе мои рассказы датированы последними 4 годами, ибо из жизненного, устного творчества, они перекочевали в бумажный или электронный вид, с приобретением компьютера, а это как раз и произошло в 2000 -2001 годе))).А вот со стихами сложнее: я их начал писать очень давно, писал везде, на клочках бумаге, на газетах, обоях, в тетрадках и т.д.
Дарил друзьям и просто, забывая, выкидывал, но у меня была подруга, которая много лет , приходя в мой дом, собирала всё, что находила и, однажды подарила мне целую папку перепечатанных моих же стихов. Я ей безумно благодарен и с тех пор сам собираю всё, что пишется, поэтому среди конкретно датированных, есть стихи, которые я приблизительно написал когда-то.))

Пост.Скрипнул. Это почемуй-то ты подумала, что не я писал? Потому, от женского лица?)))
Вот тебе ещё подобный вариант.

Мох, а почему ты всегда пишешь о любви?

А вот и нет, а вот и нет, не тока об любви)))
Хотя ты конечно права - о любви в большинстве случаев.
Вообще в мировой литературе не так уж много сюжетов на различные темы... один мй друг сказал, что всего где-то 17 сюжетов.
Мне кажется, что любовь включает в себя все остальные и позволяет человеку наиболее полно раскрыться внутренне. В любви человек естественнен, беззащитен и правдив. Что бы при этом он не говорил, но его движения, взгляд, порывы и поступки...не дадут ему соврать.
Мне интересен человек в этом состоянии.
И потом....любовь - это же не только чувства мучжины и женщины друг к другу)))

Чёбы ты не думала, что я пишу только о любви, вот теберассказ(это судьба реального человека, я лишь придумал диалоги, все события не вымышлены)

Козёл.



- Лёха... сегодня двух пар не будет, может смоемся? - рыжий вихрастый Гришка, хитро прищурился.
Обратился он только к Лёшке, но загалдела вся их дружная компания: « А куда сегодня: на ВСХВ (нынешний ВДНХ), в Сокольники, может на Патриарши?"
Невысокий, красивый Лёшка Воронин, некоронованный король среди своих друзей, за честность, и готовность встать на защиту любого из них, рассудительно протянул: "Сегодня пятница и на ВСХВ народищу не протолкнёшься, в Сокольниках до поздней ночи все лавочки во влюблённых, а всё остальное подождёт. Давайте за бидонами, нальём пива, позвоним Нине и Галке и к Серёге на дачу до воскресенья".
Все повернулись к Сергею. Тот, чуть поправив тонкую оправу очков с круглыми стёклами, выразил общее
ожидание: "Конечно, поехали, речку, лес обещаю, родители
вернутся из командировки только во вторник".
Первые дни сентября и ребята ещё до конца не втянулись в учёбу , жаль было терять последние тёплые денёчки.
"Так, Никиша с Лизой и Костя в магазин за продуктами на два дня, Серёга за ключами от дачи, мы с Гришкой за пивом. Сбор как всегда возле Курского, на всё про всё - полтора
часа, там и девчонкам позвоним (телефон, большая редкость по тем временам, был у них один на двоих, так как их сосед по дому, молодой и игривый поляк, работал в посольстве и добродушно разрешал пользоваться телефоном всему дому) , они как раз после института уже дома будут", - распределил обязанности Лёшка, и ребята выпорхнули из институтского коридора как стайка воробьёв с аллейки парка.
Подошли все почти без опозданий, нашли свободный телефон-автомат, и Лёха набрал номер.
Но вместо привычно кокетливого: «Алло", он вдруг услышал незнакомый баритон: " Козёл слушает, говорите..."
На мгновение, изобразив удивление, Лёшка тут же ответил блеющим: « Бе-е-е"....
"Хулиган, безобразие" - возопила истошно трубка, и Алесей не сдерживая слёз смеха, согнулся в хохоте.
Когда он объяснил, недоумённо смотревшим на него друзьям, в чём дело, спешащие мимо прохожие шарахнулись в стороны от взрыва озорного веселья друзей.
Отсмеявшись, ребята дозвонились до девчонок, встретили их и шумной компанией устроились в загородном поезде, стоя около самого тамбура, так как место в переполненном вагоне, едва хватило для девчат.Всю дорогу обсуждали произошедший случай и беспричинно ухахатывались. "Самое забавное, что я, кажется, запомнил номер, по которому ошибся, когда звонил Галке, там надо было восемь, а я набрал семь..." - сказал виновник шутки.
А потом была тихая неспешная речка в Подмосковье, багровый закат и прохладная сентябрьская ночь около жаркого костра, печёная картошка, и песни под гитару: об Испании, о войне, об одиноком будёновце, погибающем где-то в бескрайних приволжских степях.
Два дня пролетели как мгновение, и было почему-то грустно возвращаться, девчонки молча смотрели в окна, а ребята курили в тамбуре, места опять на всех не хватило -
народ возвращался с дач.
"Хорошо отдохнули", - сказал Рыжий Гришка, - жаль, что в последний раз.
"В каком смысле - последний? " - обиженно спросила Лиза.
- А в том, что осень, а там и зима не за горами ... не позагораешь, - поддержал друга Серёга.
Уже перед самым выходом с вокзала, молчаливо сопевший, Никиша предложил: "Ребят, а пойдёмте ... "козлу" позвоним?"
В предвкушении маленького хулиганства, настроение у всех заметно улучшилось.
-Только, чур - звонить буду я, - загоготал Рыжий.
И вновь, красивый баритон произнёс: "Козёл слушает, говорите..."
И Рыжий сквозь слёзы проблеял: «Бе-е-е".
- Как Вам не стыдно, хулиганство, мальчишка! - бросив трубку, рассерженно прервали разговор на том конце провода.
Смеясь, ребята проводили девчонок и расстались... не надолго, до завтра.
Жизнь текла своим чередом: институт, сессии, шумные сборища и коллективные походы в кино, и... новая маленькая глупая традиция.... каждый раз, когда собиралась вся
компания, кто-нибудь из девчонок или ребят, набирал заветный номер и, слыша неизменное: "Козёл слушает, говорите..." трогательно с чувством выдыхал: " Бе-е-е..."
под общий хохот. Им казалось, что их уже стали различать по голосам, потому что возмущение и сердитые слова предназначались каждому свои и не повторялись.
Это был как бесконечный анекдот, который был знаком, и досягаем только этому кругу ребят, только для них, для посвященных, и стоило кому-нибудь из них многозначительно
сказать: "Да уж... "Бе-е" и ... ребята смеялись, девчонки прыскали в кулачок смехом, под недоуменные взгляды окружающих. И им было совсем всё равно, что за спиной у них, кто-то крутил пальцем у виска, кто-то неодобрительно бросал: "Ну, прям как малые дети".
Пролетела зима, лыжи были запрятаны на антресолях, а смазанные маслом коньки, аккуратно завёрнутые в тряпочки, скучали по звонкому льду катков, лёжа в диванах.
Весна проскочила ещё быстрее в ожидании летних каникул, ребята договорились всем вместе поехать в Крым дикарями с рюкзаками за плечами и вольным ветром на пару.
Но не получилось: как-то в самом начале июня мальчишки играли в футбол с дворовой командой из соседнего района и произошло то, что так часто случается - невинная глупая
случайность.
Никита, большой, сильный и добродушный увалень вместо импровизированных ворот угодил в окно близлежащего дома. Мяч легко и звонко прошел сквозь стекло, то брызнуло во все стороны осколками, казалось - ну с кем не бывает, однако из дома выскочил мужик в майке и галифе, с намыленной для бритья физиономией. Он начал кричать и грозиться, ребята пытались уладить дело мирным путём, но чем больше они
говорили и извинялись, тем больше багровело и искажалось яростью из-под мыльной пены лицо хозяина злополучного окна.
Подъехала, вызванная им, милиция и на вопрос: кто это сделал? Лёшка Воронин, не задумываясь, как всегда шагнул первым...
Странное это было время - светлое и страшное одновременно.
Мужик в галифе оказался директором военного завода. Лёшку обвинили в покушении на его жизнь и дали "всего" два года тюрьмы, а ведь могли и десять лет лагерей "припаять".
Правда, ему так и не суждено было отсидеть эти злополучные два года - через полтора месяца началась война, и Воронину удивительным образом повезло: приехала комиссия
разбираться в деле о дебоше пьяного майора-особиста, его соседа по камере. Офицеру о себе бы подумать, а он за пацана заступился...
Видно майор был на хорошем счету, потому как через полчаса Воронин, вызванный к следователю, уже писал заявление, а через три дня добровольцем ехал в эшелоне по направлению к фронту.
Лёшка, благодаря своей физподготовке и своему протеже, попал в разведроту и начался новый этап его жизни вперемешку со смертью...
В сорок третьем их отряд попал под миномётный обстрел, и рядового Воронина похоронили.
Зачастую после боя некогда было разбираться кто где, и хоронить-то не всегда была возможность, но Лёшка как всегда повезло, вот ведь везунчик, два солдата из похоронного отряда чуть задержались, чтобы покурить перед тем, как засыпать братскую могилу, и тут один из них заметил: "Гляди, а тот вон паренёк-то присыпанный, кажись шевелится..."
Так Лёха обрёл второй свой день рождения.
После контузии и госпиталя он попал радистом на военный аэродром.Свободного времени стало чуть побольше, не передовая всё же, но война всё равно остается войною.
От ребят письма приходили редко, все были разбросаны по разным фронтам и новости о друзьях чаще приходили в письмах из дома.
Девятое мая он встретил в Пруссии рядовым, награждённым орденом Ленина.
Это случилось в сентябре сорок пятого года, Алексей получил двухнедельный отпуск и рванул в домой в Москву.

Они сидели в ресторане такие разные, повзрослевшие, с сединой на висках, но всё такие же мальчишки и девчонки, правда, не все: Костя погиб под Сталинградом, Лиза ушла на
фронт санитаркой и погибла в Польше, а Нина, их смешливая Ниночка, попала под бомбёжку в эшелоне вывозившего оборудование и документацию оборонного завода.
Не было ещё Галки - она с семьёй пока не вернулась из эвакуации из Средней Азии.
На улицы города уже начал опускаться вечер, было много выпито водки, сказано слов, когда вдруг рыжий Гришка - юркий и заводной танкист, налёг всей грудью на стол и
выдохнул, прервав очередной рассказ одного из друзей: " Ребят, а давайте.... (он выдержал паузу, но все
вдруг заулыбались, поняв к чему, он клонит), давайте позвоним Козлу?...
Ребята сгрудились около автомата в фойе ресторана и, затаив дыхание, ждали, пока как всегда сосредоточенно-сопевший здоровяк Никиша набирал заветный номер.
- Алло, Козёл слушает....
Никиша, растерянно молча повернулся к друзьям, сжимая здоровенной ручищей чёрную трубку, и они увидели, как две слезы текут по его щекам....
-Ну же, - совсем неуверенно произнёс Серёга, всё такой же худющий, в очках, всю войну прошедший фронтовым корреспондентом.
-Алло, говорите же, - настойчиво повторили в трубке.
-Бе..., - прошептал по-детски Никиша.
Мгновение было тихо, а потом ребята услышали взволнованный радостный возглас:
"Мальчики, милые, живы, наконец-то позвонили! Я так ждал, всю войну! Только не вешайте трубку! Где вы? Сейчас же приезжайте ко мне!"
Мужчина, на том конце провода, скороговоркой, словно боясь опоздать, несколько раз продиктовал свой адрес...
Лёшка записал и, повесив трубку, ребята переглянулись.
- А что, поехали? - предложил Рыжий.
Они взяли водки, собрали закуску со стола и поехали, поехали туда, где их ждали все эти долгие военные пять лет.
Их встретил пожилой седовласый профессор одного из московских институтов со смешной и дорогой для них фамилией - Козёл, Фамилией из их мирной безоблачной
юности.
Они говорили всю ночь, рассказывали о себе, и слушали о том, как этот немолодой человек всё понял, когда прекратились звонки, как он наотрез отказался эвакуироваться из Москвы, посчитав, что если останется и, будет ждать, то тем самым он незримо спасет от смерти своих
дорогих шутников. Только вот... всех не уберёг ...

Окончилась война, и мирное время разбросало по жизни ребят, но долгие годы они дружили со старым профессором, и будучи в Москве приезжали и по одиночке, и все вместе в этот, ставший для них родным, дом, к этому близкому для них всех телефонному знакомому ....

(доброму и верному другу моей матушки Алексею Владимировичу Воронину посвящается)

спасибо за рассказы...


на ассоциацию...
(с)

Снежное зимнее утро. Таинственная пустота городских кварталов. На третьем этаже девятиэтажки - крохотная однокомнатная квартира. Неожиданный телефонный звонок. Снимает трубку ОН:
Голос в трубке: Чем занимаешься?
Он: Ничем.
Голос в трубке: Приходи сегодня, будут все наши.
ОН (в голос): Да, у меня дела. Вряд ли.
(про себя): Хотя, что, собственно, я собрался делать? Опять день
пройдет наедине с телевизором. Может пойти?
Голос в трубке: Какие дела! Праздник на дворе. Приходи, мы тебя ждем.
ОН (в голос): Ладно, приду.
(про себя): Эт, зря согласился. Или не зря? Но ведь опять все начнут
пить, опять эти идиотские тосты - снова придется делать
вид, что тебе весело. Да, но, с другой стороны, дома тоже
делать особо нечего. Черт с ним - схожу, развеюсь!
Тот же город. То же утро. Такая же однокомнатная квартира. Снова неожиданный звонок. Берет трубку ОНА:
Голос в трубке: Чем занимаешься?
ОНА: Да ничем, собственно
Голос в трубке: А планы?
ОНА: Да и планов, вроде бы никаких.
Голос в трубке: Отлично! Тогда ждем тебя сегодня к семи. Будут все наши.
ОНА (в голос): Я даже и не знаю...
(про себя): Что-то никуда не хочется идти и никого видеть.
Голос в трубке: Да, брось! Праздник на улице, чего дома сидеть! Еще
насидишься. А у нас - уже весело!
ОНА (в голос): Конечно!
(про себя): Кому весело, а кому тоска сплошная. Хотя дома тоже тоска.
Голос в трубке: Так мы ждем?!
ОНА (в голос): Ну, я не знаю..
Голос в трубке: Никаких "не знаю"! Ждем тебя к семи.
ОНА (в голос): Хорошо, я буду.
(про себя): Зря согласилась. Теперь нужно гладить красное платье, а то черное уже надевать
стыдно. Опять же - завивку делать надо. А с другой
стороны, куда я еще пойду в этом платье - мне и идти
особенно некуда. Схожу, чего уж там. Тоскливее все равно не будет.
Ранний вечер того же дня. Сумерки. За окном падает мелкий снежок. Все вокруг тихо и спокойно, даже лениво, в некотором смысле. ОН стоит у окна:
ОН (про себя): И зачем только согласился! Вот никуда идти не хочется!
Сейчас бы на диванчик, укрыться пледом, книжку хорошую почитать. И телевизор можно включить, так, для фона. Но придется идти - пообещал ведь. А погода хорошая, домашняя погода. Уютная, совсем не для гостей. Все же будет точно, как в позапрошлом году. В прошлом, правда не был, но, думаю все осталось по-прежнему. Тоска! Женщин новых тоже не будет. - Тоска.
Тот же вечер. То же время суток. ОНА:
ОНА (про себя): Зря согласилась. Ну, испекла бы себе пирог. Небольшой,
зачем мне большой пирог. Выпила бы рюмку вина - вот и был бы праздник. Так ведь уже и завивку сделала, и платье выглажено. Вот только настроения нет. Эх, красиво как во дворе сделалось! Сейчас бы в снежки
поиграть, можно даже подурачиться немножко, на то она и Зима. Впрочем, все равно не с кем. В прошлом году новых мужчин не было. Может в хоть этом что-нибудь изменится. Ведь из года в год одно и тоже. Тоска!
В гостях.
Первую рюмку выпили. Вторую рюмку выпили. Пьют третью - за любовь. ОН, обжигаясь водкой, смотрит на нее:
ОН (про себя): Странно, я ее в первый раз здесь вижу. Неужели новенькая!
Не красавица, но симпатичная. Лицо приятное. Может
попробовать познакомиться? Нет, не получится -
женщины ее типа такими, как я не интересуются. А жаль.
ОНА, пригубив вино:
(про себя): Ага, вот и он! Наконец-то новое лицо в нашем болоте. А
мужчина ничего. Не Шварценнегер, правда и не Антонио
Бандерас, но пьет мало, да и выглядит ухожено.
Подруга говорила, что не женат. Интересно, попробует
познакомиться?
Все еще в гостях. Период послезастольных танцев. ОН - стоит, не танцует, лишь смотрит. ОНА - потанцевала немножко, для приличия, и села на стул, у стены.
ОН (про себя): Интересно, тоже не хочет танцевать. Может подойти
все-таки, пригласить. Как раз и медлячок пустили..
Нет, откажет. Точно откажет. Но до чего же лицо приятное!
Жаль, не с моими способностями, с женщинами знакомиться.
Но, черт возьми - случай же хороший подворачивается! И не
приглашает ее никто, словно специально. А все-таки - если
откажет? Надо что-нибудь придумать на этот случай.
Точно! Придумаю - и пойду к ней!
ОНА (про себя): Ну, чего он топчется! Подошел бы уже! Может я на него не
так смотрю? Как раз и музыку медленную включили. Нет, не
подходит. Что я, укушу его, что ли! Вот ведь - не
решается. Самой может подойти. Нет, еще подумает, что
навязываюсь. Эх, надо было сидеть дома!
Медленная музыка уже играет почти все время.
ОН (про себя): Ну, все - иду! Сейчас приглашу ее на танец. А может она
под такое не танцует?
Интересно - это нормально, так вот, сразу. Еще чего
доброго подумает, что я кобель какой. Что же делать?
Наконец он решается и на пятой танцевальной паузе приглашает ее.
ОНА (про себя): Ну, наконец-то! Все-таки пригласил. Возможно, я даже
нравлюсь ему. А что - сегодня смотрела в зеркало, так
ничего, отражение. Или привыкла уже? Только что же он так
ведет странно, словно боится притронуться лишний раз?
Прижал бы к себе покрепче!
Что-то он какой-то нерешительный. Может самой поближе
придвинуться? Нет, наверное, не стоит, а то еще подумает
чего.
ОН (про себя): Господи! До чего же приятно она пахнет! Эх, обнять бы
сейчас, прижать к груди покрепче.
Ну, да! Чтобы она думала обо мне, словно я из тех, кто
руки распускает в первый же вечер. Нет, лучше пусть так.
И все-таки, до чего же она приятная, мягкая какая-то! И
руки хорошие, домашние!
ОНА (про себя): Что же он молчит все?! Сказал бы что-нибудь. Только
смотрит. Впрочем, хорошо смотрит,
мечтательно. Интересно, забрался он уже под платье?
OН (про себя): А тело! Какое у нее тело! Однако эти мыслишки подальше,
подальше. Эх, поцеловать бы ее сейчас! Интересно, как она
целуется? Губы на вид нежные, ласковые и смотрит
по-доброму. Однако хватит об этом.
Господи, ну почему все так сложно!
После третьего танца в полном молчании, она, наконец, не выдерживает:
ОНА (в голос): Вы бы не хотели представиться?
(про себя): Черт, что я говорю! Вечно вот все не так! Все время одни
только глупости получаются.
ОН (в голос): Простите, конечно! Зовут меня Савелий. Не очень красивое
имя, но его, как говорится, не выбирают.
ОН (про себя): Дурак! Дурак! И еще раз дурак! Надо же, забыл обо всем на
свете. О поцелуях размечтался! А она ничего - не
постеснялась меня физиономией ткнуть куда надо.
Молодец!
ОНА (в голос): Почему же? Имя, как имя.
(про себя): Да что это со мной! Хотела же сказать, что в его имени
нет ничего неприятного, а теперь еще подумает, будто мне
не понравилось, как его зовут.
ОНА (в голос): Между прочим, мое имя тоже не блещет красотой. Как
окрестили родители Матреной, так до сих пор и маюсь среди
всяких Снежан да Кристин.
ОН (про себя): А она ничего, веселая. И имя неплохое. Нет, точно
неплохое. Если попробовать сказать уменьшительно, то как
получится - матрешка? Вроде бы хорошо.
Только попробуй, скажи - вмиг обидится, ассоциации всякие
глупые в голову полезут, а хорошо было бы сказать:
"Матрешка моя!", и провести рукой по волосам..
Поздний вечер. У нее перед подъездом. Приближается минута расставания.
ОНА (в голос): Ну вот, мы и пришли.
(про себя): Звучит, как в старом потрепанном фильме.
Неужели так и уйдет? Может, поцелует хоть на прощание!
Даже обнять не пытался - что с ним такое?
ОН (в голос): Да это же мой дом! Только живу я в другом подъезде. Вон
моя квартира, на третьем этаже.
(про себя): Здорово, что она рядом живет. Может..
ОНА (в голос): А моя вон там, на шестом, где подоконник в зеленый цвет
выкрашен.
(про себя): Что я говорю! Какой цвет? Сейчас и окна толком не
разглядеть. Может пригласить его к себе, на чай. Впрочем,
нет. Мало ли что он подумать может.
ОН (про себя): Сейчас бы поцеловать ее! У нее лицо, словно свежее яблоко
на морозе. А глаза как блестят! Хотя, наверное, не
стоит. Даст сейчас по морде - я же к ней потом в жизни
прийти не смогу.
ОНА (про себя): Может телефон свой дать? Только правильно ли это будет?
Что же он молчит?
ОН (в голос): Что ж, до-свиданья. Приятно было провести вечер.
ОНА (в голос): И мне приятно.
ОН (про себя): Черт, ничего не получится. И ничего уже не придумать. А
как не хочется расставаться!
ОНА (про себя): Неужели так и уйдет сейчас?
Вот так. Молча раскланялись и разошлись по своим клетушкам.
Однако, у окон все еще..
ОН (про себя): Какой же все-таки снег на улице! Выйти бы, да написать на
таком снегу: "Матрешка, я люблю тебя!". Хотя, пожалуй,
Матрешка слишком фамильярно, да и насчет "люблю", тоже
может не поверить. Слишком уж быстро.
Тогда так: "Ты нужна мне!". - Нет, тоже не пойдет. Но, в
конце концов, можно написать просто: "С добрыми утром!".
Она поймет. Обязательно поймет.
Да, уж - мечты, мечты..
ОНА (про себя): Вот просыпаешься завтра утром, а на снегу во весь двор
надпись: "Матрена - я люблю тебя!", или что-то другое, но
хорошее, от чего сердце песней заходится.
Однако глупые мечты, какие! Слишком это уж старомодно, да
и имя ни к черту не годится.
Так и смотрят в мир два окна. Еще теплятся за ними какие-то мечты, но новый день слижет их со стекла, словно ночную изморозь, и пустота опять вернется в дом.
Да вот уже и утро. ОН и ОНА у окон. Двор замело снегом, кругом пусто и неуютно. Лишь одинокая цепочка следов тянется от дома к автобусной остановке. Ветер со снегом балуются, заметают их, и следы все тают и тают. Скоро их совсем не будет видно.
Эх, мечты, мечты, надежды наши и чаянья - все пыль снежная..


......(с)

Ой, какой замечательно грустный рассказец...спасибо.
Я так "его " (героя понимаю))) только я решительней...хотя тоже...сентиментальный)))
Вот Вам тоже на ...ассоциацию:


(....он стоял у окна, и рассматривал ночь)

Вечер,
За спиною тяжесть
Безмолвной квартиры стен,
И чашка остывшего кофе
Пепел сигары - тлен.
Я вздрогну рукой и Стинга
Голос печальный звук.
Устало глаза закрываю,
Ты прикоснулась вдруг....
Я весь с тобою родная,
Чувствую тяжесть бедра,
Плечи твои обнимаю,
Целая жизнь - до утра.
Трепет бархатной кожи,
Губами сосок ловя
Что ж так долго скитаться
Ты заставляла меня...
Опыт пыльных столетий
Я спрессовал в любви,
Приказывай! О, Королева!
Любые капризы - твои....
.............
Усталостью тело укрыто,
Ты, улыбаясь, спишь,
Я тихо пою на ушко,
Тебе про осенний Париж....
.............

Окно твое черным квадратом,
Меж нами стеклянный путь,
Двое в твоей квартире,
Ты и еще кто-нибудь...
Чужое, увидев счастье,
Я примерял с собой,
Еще одна ночь фантазий
Подарена мне тобой.....

красиво:-)


мой ход..


Рук сплетение,
Ног сплетение,
Это секс
Или развращение ?
Раз вращение,
Два вращение-
Наших тел с тобой
со-вращение
Со-вращение двух планет,
Это правильно
Или нет ?
Это правильно !
Тук
.......Тук
..............Тук
Сердца стук
И крови поток по венам
Я лечу
............Я дышу
..........................Я ещё жива!
наверное
..................ощущением прикосновения
Стой ! Мгновение
И опять мы вращаемся
И опять развращаемся
Учащаемся
.....................Замедляемся
.............................................в диком танце переплетаемся
Ритмом бешенным забавляемся
Наступаем и не кончаемся...
Жажду кончиком языка
утолю, поведя слегка
по травинкам твоей спины
по росинкам твоей струны
я сыграю на ней,
............................... замри !
Я тебе посвященье играю
Я играю и
....................я сгораю
Я взлетаю и
......................разлетаюсь
разрываясь и развращаясь !
Где конец мне, а где начало ?
Это стало совсем неважно -
мне с тобою почти не страшно !..
Развращение и растление -
Это наши с тобой мгновения
Это наша фантасмагория
Это наша с тобой история
на троих
................и не более...
Трое- это совсем не много :
Для меня
для тебя и
для Бога...


...(с)

Очень образно, воздушно...словно босиком по воде и в то же время....как поцелуй взасос))))

Моя очередь:


Я все слёзы твои соберу
И в отвар колдовской подмешаю.
А рецепт никому не скажу,
Только я это варево знаю.

А потом прочитаю заклятье,
Обжигая руки над паром,
И когда прокричат петухи,
Разолью эликсир по бокалам.

Пригубив неземное питьё,
Ты забудешь все горести, страхи.
Улыбнёшься доверчиво мне
И для страсти нам ночи не хватит.

Будут стены кружиться вокруг
И кровать изнывать от истомы,
И соседи завидовать нам,
Слыша наши любовные стоны...

(а рассказик можно?)))
Мне интересно Ваше мнение, я писал его от женского имени.

честно?? хороший стиш..
такое ощущение, что я его уже читала...
наверное, долгое время читая стиши в сети и имея уже довольно большую коллекцию у себя на компе, стихи такого ЗЕЛЬЕВОГО типа встречала не единожды...

они все чем-то похожи...
семантический ряд один и тот же - слезы, отвар, бокал, ночь. зелье...и в конце обязательно стоны :-)


мне больше нравятся стихи, со сломанными рваными рифмами...


вот такое например, про зелье, когда-то читала...


Я приготовлю зелье на крови
марина русова
--------------------------------------------------------------------------------

- Я-ведьма древняя как мир.
В реликтовом оккУльтном притяженьи
Играю цепкими фалангами
ТахИ-
кардийным в такт сердечных мышц движеньям
На тонких душматериях любви
Мелодию зовущую в ночи.
Из вытяжки сердечной боли
Я приготовлю зелье на крови,
Добавив эстрагона-нелюбвИ, замешанного
То лИ
На ревности, иссУшивающей твоё нутро,
То ли на чёрной дОле судьбы,
Играющей в рулетку-казино на чёрном поле
В азарте чёрном с чёртом заодно.
Ты мучаешься ревностью,
Текущей по веночкам огнём.
Открыта всем потерянным ветрам
В проЁме
Глаз душа твоя висит, и отраженьем дОли
Секунды жизненной на волоскЕ оборванная в горе,
вдруг упадет в отчаянной тоске
На чистый мир новорожденной мыслью,
Доставшейся мне даром и без бОли.

.....(с)

а что касается рассказика на ассоциацию...сейчас подумаю....


пожалуй, вот это ..ЗДРАВСТВУЙ..

Тихо и пусто в квартире. Уткнувшись лбом в холодное и пыльное зеркало в прихожей, ты обреченно прислушиваешься, как часы отсчитывают медные грошики секунд в свою копилку. Звонок. Короткий, оборванный, неправильный, чужой. Ты не двигаешься с места. За дверью задумываются, потом нажимают на звонок уверенной и твердой рукой. Тяжело вздохнув, ты покорно идешь к двери вопрошать извечное: «кто там?». Услышав в ответ одно короткое знакомое «я», ты решительно щелкаешь замком и, только взявшись за ручку двери, понимаешь, что не можешь определить КТО за порогом, но рука уже толкнула дверь. Та распахивается с несвойственным ей гостеприимством. Что-то туманное и невнятное тяжело переливается через порог и, концентрируясь на половичке, выдыхает: «Ну, здравствуй». Ты, оценивающе окидывая взглядом зыбкую фигуру, тянешь: «А…. Это ты…. Проходи», и отправляешься на кухню ставить чайник. Незваный гость мягко следует за тобой. Дверь бесшумно закрывается за вашими спинами.
«Садись», - ты неопределенно машешь рукой в направлении стола и погружаешься в холодильник в поисках съестного, хотя точно знаешь, что гость не голоден. Точно так же хорошо ты знаешь, что за этим долгим чаепитием ты будешь много и пространно говорить, нецензурно выражаться и даже плакать, а вот гость будет изредка вставлять тихие короткие шелестящие фразы, похожие на порыв ветра, шорох опавших листьев, поскрипывание снега, шепот летних трав. Не смотря на всю свою мягкость, они будут вонзаться в тебя как раскаленные иглы, но кричать нельзя. Точнее – бесполезно. Ты разливаешь чай по кружкам и плюхаешься на табуретку. Медленно позвякивает ложечка в гостевой чашке, размешивая сахар. Сама. Гость сидит напротив тебя, опустив подбородок на переплетенные пальцы и прикрыв глаза, кажется, что он вкушает аромат чая и медитирует. После первого же глотка тебя прорывает.

- М-да. Сколько про тебя сказано, сколько написано….. В стихах и прозе. Как тебя встречали, как покорно приглашали пройти. Как я сегодня. И никто не пытается сопротивляться. Уже давно. Тебе не скучно? Скучно. Вижу по глазам, хоть ты их и прячешь. Тысячи лиц, тысячи имен. Ты не устаешь: одновременно в стольких местах? Наверное, сложно в такой ситуации оставаться собой, да? Хотя…. А ты помнишь себя изначально? Имя, как тебя звали тогда?
- Никак. Я прихожу без зова.
- Хм, верно, да не совсем. Впрочем, тебе ведь и это скучно. Давай по старому сценарию? Слезы, проклятья, мольбы?
- Как хочешь.
- Как хочу? А как я хочу? Разве с тобой можно хотеть чего-то еще, кроме как избавиться от тебя?
- Не знаю.
- Не знаешь. А что ты знаешь, ты хоть что-нибудь знаешь, кроме того, кто будет следующим и по какой причине? Ничего ты не знаешь. Всем кажется, что ты злое, изощренное, очень хитрое существо, а ты….. Тупое и бессмысленное! Поэтому с тобой сложно бороться.
- Возможно.
- Что – возможно?
- Все - возможно.
- Ну, да, знаю. Это мы же и придумали, чтобы не сойти с ума от всех прелестей разумной жизни.
- Возможно.
- Э…. Заладил «возможно- возможно». Невозможно! Невыносимо это все! А, чего с тобой разговаривать – пей свой чай, выкладывай сегодняшнюю долю и проваливай.
- Ты же знаешь, что я так не уйду.
- Уйдешь, куда ты денешься. Я хочу остаться в одиночестве. Я имею законное право.
- Один на один со мной.
- Нет! Один на один с собой! Тебя с меня уже достаточно.
- Ты покончишь с собой, и я пойду к твоим родным и знакомым?
- Ха! И не надейся, размечталось одноглазое… Лихо! Во, как тогда тебя звали!
- И так тоже.
- А, что с тебя взять, воплощение аморфности? Что ты еще можешь, на что ты еще годишься в своей бесконечной унылой и занудной жизни? Впрочем, это – не жизнь.
- Не тебе судить.
- Мне! Очень даже мне, к твоему сведению. Я-то вот знаю, что такое жизнь, и все, к кому ты ходишь, тоже знают, а вот ты – нет.
- Я видел достаточно.
- Видел…. Еще скажи: в кино ходил, - ты фыркаешь и давишься чаем, прокашлявшись, продолжаешь – ты не живешь, ты существуешь. Пребываешь в пространстве и времени. Пространственно-временной континуум…. Хочешь водки?
- Ты хочешь выпить со мной?
- Нет. Собутыльник из тебя тот еще. Не отвяжешься потом. Устойчивость к алкогольной нагрузке у тебя слабая.
- Глупости.
- Глупости. Все глупости. Все относительно, а слова – абстракция. Вернемся к нашим баранам у старых ворот: ты существуешь или нет? А?
- Возможно.
- Ага! Возможно! То ли да, то ли нет…. Э, так тебя нет! Точнее, возможно, что тебя нет! – ты вскакиваешь и начинаешь мерить шагами кухню от двери к окну.
- Ага… Абстракция. Мы наполняем тебя смыслом, признавая твое существование. Пока ты довлеешь над нами – ты есть, как только мы одолеваем тебя в самих себе – ты исчезаешь.
- Умствования тебе не идут
- Защищаешься?! Где-то рядом….. – ты упираешься взглядом в окно, где небо стремительно синеет до черноты, и медленно, пробуя на вкус каждое слово, произносишь, - тебя нет. Ты был, и, возможно, вернешься, но здесь и сейчас тебя нет. Я тебя отрицаю. Мир вокруг дерьмо, все плохо, но завтра…. Завтра будет новый день. Без тебя. Мой день. И я встану, выползу из своего угла и пойду. Не знаю, куда, ночь длинная, я успею придумать, куда. А тебя не будет. Тебя нет. Я тебя переживу этой ночью.
Тихо и печально звякает ложечка в чашке. Часы продолжают откладывать грошики один за другим, сумерки сгущаются, как сливки, прилипают к стеклу. Ты поворачиваешься, чтобы включить свет, и понимаешь, что ты один. И на кухне, и в квартире вообще. Незваный, многоликий и многоименный гость исчез, только очень крепкий до горечи и очень сладкий до тошноты чай печально остывает в его кружке.
Гудит лифт. Ключ входит в замок, тот отзывается гулом пружины, дверь открывается, щелкает выключатель в прихожей. Любимый и родной голос произносит: «Ты чего сидишь в темноте? У нас кто-то был?». «Был, - буркаешь ты, - был и сплыл».
- Что? - шум воды ванной заглушает твой ответ.
- Была …. Беда. Да ушла пока. Ушла.
- Здравствуй, - любимые глаза пытливо ищут в твоем лице причину столь дурного настроения.
- Здравствуй, - произносишь ты и с легким вздохом ощущаешь, как когтистая лапа дурного предчувствия отпускает твое ноющее сердце, и улыбаешься – Здравствуй.
..........(с)

Ну так я и не считал никогда себя поэтом))),это так...для души и прикола.
Наверняка повторяюсь или кому-то подражаю)))

Как в этой пародии на Вознесенского:

В случайность встреч не верю,
Как палец с размаху дверью,
Как острым ножом по стеклу,
Как с крыши вниз и ку-ку...

Всё в этом мире законно,
Всему должна быть печать,
Увидел в толпе девчонку
Хватай - пора начинать...

Ты про любовь - она в хохот,
Нечего пальцем болтать,
Держи её крепче, до хруста,
Чтоб не смогла кричать.

И взяв у неё что было,
Отдай ей своё, что есть.
Любовь - не в сауне мыло,
Любовь-это совесть и честь.

Я сам был однажды влюблённый,
Это страшней, чем чума.
Какое к чёрту цунами-
Прошло всего полчаса.

Меня закружило вихрем,
Потом, как об стену - шмяк!
А подошли к поцелуям
Я и совсем обмяк.

С трудом всё же я отбился,
Выстоял, как Сталинград,
Но и в бега не пустился
И этому очень рад!

Так я несу свою ношу,
Судьбу, не кляня на руках,
Может когда- нибудь брошу,
Чтоб поиграть на бегах.

Нет, я не верю в случайность.
Всё предопределенно.
И это - моё вдохновенье,
И этим кайфофо оно...

А рассказик просился я написать, но Ваш мил, хотя чуточку предказуем... эта тема тоже обыграна ни раз : ожидание "беды", прихода "смерти",...
Вот если позволите два рассказа (ежели я Вас ещё не умучил)))на тему ожидания.
Они имеют под собой реальную основу, кроме несущественных выдуманных деталей, всё остальное, как и действующие лица вполне реальны.

"Встреча..."

Моей знакомой по Интернету, ее мужу - капитану дальнего плавания, их любви посвящается этот рассказ

Я проснулась с мыслью: сегодня...
Ощущение какой-то лёгкости переполняло все тело. Посмотрев в зеркало над умывальником и смешливо ужаснувшись, не захотела узнавать себя. С этим лицом надо что-то делать, но всё потом, сначала брызнуть на себя холодной струйкой, потом ойкнуть и, наконец, собравшись с духом, погрузить свою родную, любимую и сонную мордашку в ладони с ледяной водой.
Вот оно - яростное пробуждение, которое приходит вместе с покалыванием щёк и желанием сильно зажмуриться от холода....
После - короткая, но энергичная гимнастика, каждый раз себя перебарываешь, но зато окончательно просыпаешься, и сама, и каждая твоя клеточка, это лучше чем наливаться кофе в неимоверных количествах, хотя... в маленькой чашечке крепкого и ароматного всё равно себе не отказать, но... это уже другое, это удовольствие.
А дальше не то чтобы весь день расписан, просто надо его прожить и попусту не суетиться, не нервничать, не сходить с ума, считая минуты. Я научилась наоборот растягивать время, прочувствовать его, запомнить весь этот день с его мелочами и случайностями, вжиться в них, всей кожей впечататься в это ощущение ожидания...
В эти дни работа - табу, и первым делом "Дамский клуб". Прощеголяла по спортзалу в обтягивающем костюме, мимо зеркала... критичный взгляд на себя со стороны... нет, не стыдно (можно и ещё раз, и мимо зеркала, хи-хи). Стандартная программа по времени пробежки, по количеству отжимов, из-за вредного упорства - пару лишних... ну ещё один, и всё.
А-а-а! Вот и раздевалка: здрасте всем, сплетни в разгаре... Вдруг стало смешно: спросила однажды мужа, кого мужчины обсуждают в компании за пивом, он засмеялся - конечно, женщин, вот и выходит, что и мы обсуждаем сами себя гораздо чаще...
Бассейн, вот он - райский оазис в каменных джунглях. Короткий кивок знакомым и... погружение. Вода освежает и остужает разгорячённую кожу. Здорово, что здесь воду ионизируют. Лет в семь мама повела в открытый бассейн - потом от запаха хлорки несколько лет передёргивало. Ух, как вылезать не хочется, глазки закроешь и представляешь себя покачивающейся на волнах Черного моря... Абрау-Дюрсо, и дегустация вина "Изабелла", светло-розового, чуть терпкого, с привкусом малины (хозяин ресторанчика сказал, что это вино делает только один старик: винные бочки специально окуривает малиной), и его глаза... совсем рядом, смешливые, влюблённые и озорные... Надо намекнуть, до лета осталось всего ничего.
Всё, пора, а то не вылезешь. Срочно в салон. "Законное" место около окна и своя, особая атмосфера парикмахерских. Её никогда не спутаешь, она не раздражает, скорее как-то настораживает. Быстрые, теплые руки Наташи, - странно, почему она всегда так разговорчива, как будто человек, которому не хватает общения изо дня в день. Можно подумать, что она проработала всю жизнь архивариусом в какой-нибудь пыльной комнатушке без окон, и всё её общение сводилось к установке мышеловки и в попытке в неё кого-нибудь поймать. Так, главное, машинально отвечая на бесконечные: "Да? Ой, а как вы... Сколько? Ну, надо же, где?.." - не ляпнуть что-то невпопад. Обижать её совсем не хочется, она действительно хорошо работает и... наверное, даже привыкла ко мне.
Ну, вот я и готова. Готова к встрече. Встречи и расставания... маленькие чередующиеся события. Это плохо, когда расставание одно, неправильно, пускай лучше чередуются.
В нашем городе нет порта, и я только раз провожала его на пристани, сама напросилась и самой не понравилось - не знала что сказать и куда себя деть, какая-то очень маленькая на этом голом, неживом асфальте, среди толпы родственников и провожающих, и он, такой же маленький на огромной посудине, где-то так высоко и далеко от меня... ревела потом дней пять...
С тех пор мы прощаемся на вокзале, нет долгих последних поцелуев под перекрёстными взглядами толстых мужиков с баулами и престарелых мадам, шикающих на детей. Я просто прижимаюсь на мгновение носом к его плечу и тихо шепчу: "Я буду ждать... ты возвращайся скорей..."
А потом, в такси, не позволяю себе всхлипывать, глядя краем глаза, как шофер за мной наблюдает и, встречая мой взгляд, сразу делает безразличное лицо.

Ещё целых полдня... Сейчас я сяду в ближайший автобус, и он повезёт меня в центр, или на окраину, или в городской парк - заранее никогда не знаю куда. Я оказываюсь в тех местах, куда раньше и в мыслях не было заходить. Считаю остановки и прислушиваюсь к счёту и, когда вдруг циферка "щёлкнет" как на кодовом замке, выхожу и... остаюсь наедине с собой.
Вчера по улицам прошлась: поздняя весна, воздух прогрелся до плюс десяти, а сегодня подморозило, холодит щёки и скользко. Снег осел и грязноват - не очень это люблю, лучше бы он был чистым и пушистым и хрустел под ногами.
Я иду по старым улочкам в центре города, здесь нет неприступных, монолитно-стеклянных банков и заглатывающих людей торговых центров, только маленькие старые дома с тихими двориками. Интересно, какие-то из них ремонтируют, и они "игрушечно" стоят, выделяясь белыми или разукрашенными фасадами, а остальные грязно-серые, покосившиеся и обиженно вздыхают. Они печально смотрят на мир сквозь мутные стёкла в облупившихся рамах. В них тоже живут люди, наверное, тоже печальные, а может счастливые - тишиной этих улочек, неспешностью и уютом тюлевых занавесок. Я зашла во дворик через решётчатые ворота и присела на детские качели, возле нескольких лавочек с чугунными спинками. Их кривые ножки утопали в слежавшемся снеге, и лавочки казались совсем низкими, да и чтобы качнуться на качелях, мне пришлось высоко поднять ноги. Раз... ещё раз... ржавые петли скрипнули... Как в чёрно-белом кино шестидесятых годов.... Я сняла перчатки и дотронулась до железной цепи - и сразу почувствовала, как стынут пальцы... Мне вдруг отчаянно захотелось назад, в тепло, в нашу тихую родную квартиру, с привычными запахами и вещами, привычно стоящими на своих местах....
Я посмотрела на часы. Кругленькие часики, любимый подарок "из далёкой заморской страны". Да, мой капитан! Мне уже пора...
Я вернулась засветло, и последний солнечный мартовский лучик "делил" ковёр в комнате на две половинки, и обои казались сочно-персиковыми от его света. Ничего не надо было готовить, я всё сделала ночью накануне, только "заправить", разогреть, поставить....
Только ждать... ещё чуть-чуть...

У него есть ключ, но он знает, что я почувствую его приближение и не смогу сдержаться и рванусь к только ещё открывающейся двери...

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,


Ожидание.....

Я сидел в маленьком стеклянном кафе на набережной. Прозрачные стены, как ширма соединенные шарнирами, в зависимости от погоды складывали, и тогда с моря обдувал ветерок, принося прохладу в жаркий день, или, наоборот полностью закрывали во время непогоды, и создавалось ощущение, что ты в аквариуме и было тихо и уютно слушать шум капель по крыше, ощущать резкие порывы морского ветра на мокром стекле. Раз в году, в июле, один или с друзьями, я провожу две недели своего отпуска в этом курортном, рыбацком городке на севере Испании. Приятное "ничегонеделанье" расслабляет, заставляя на время позабыть о проблемах и работе, а тихая, неспешная и слегка сонная жизнь испанцев, "выдёргивает" из сутолоки и вечной спешки Москвы. Я приезжаю сюда вот уже пятый год, и каждый вечер прихожу в это кафе, и сажусь за один и тот же столик. Я заказываю апельсиновый сок для неё, обязательно натуральный и со льдом, и чашку двойного кофе с минеральной водой для себя. И жду... С шести, до девяти вечера. Я курю сигару, её хватает на час двадцать, запивая горьковатый привкус сладким кофе, а потом рассматриваю людей идущих по набережной мимо кафе. Порой создаётся впечатление, что этот людской поток нескончаем. Я многих из них узнаю, и мне становится смешно - всё кажется, что они идут по кругу, только изо дня в день, и из года в год меняют одежду и настроение на лице..... Иногда с удовольствием и некоторой завистью наблюдаю за группкой пляжных волейболистов, и, выбирая себе любимцев, искренне начинаю радоваться их удачному пасу. Это захватывает и слегка помогает отвлечься. К семи часам набережная резко пустеет - время ужина в гостиницах, зато к девяти узкая полоска перед пляжем наполняется разноязыкой и пёстрой толпой. Кроме дискотек и гостиничных мероприятий в городе больше негде показать свои наряды и здесь дамы "отрываются", устраивая настоящие "дефиле". Наши соотечественники особенно выделяются и узнаются почти безошибочно - женщины, прогуливаясь, как правило, парами, и надев на себя свои лучшие наряды, порой выглядящие весьма нелепо на отдыхе, и всё золото которое есть в семье, нарочито непринуждённо щебечут и скованно смеются, а семейные, как правило, ходят медленно, величаво, муж идёт во главе хозяином, а матери либо резко и зло одёргивают не в меру расшалившихся детей, либо, если ребёнку уже лет четырнадцать-шестнадцать, идут за мужем чинно и спокойно, не преминув всё равно время от времени сделать своему чаду тихое, но строгое замечание. Откуда такая напряженность в "наших" людях? Врождённая настороженность на "чужой " территории, или дань советскому воспитанию? Забавна ещё одна характерная особенность: если немцы, особенно молодёжь, выделяются своим естественно-поведенческим бесшабашным хамством, то представители стран СНГ по обилию мата в разговорах не знают себе равных, наивно предполагая, что их не понимают, я видел как одного из восточных торговцев, наводнивших испанские города, коробило и передёргивало от мата русского покупателя. Он морщился и долго отворачивался, а потом вдруг, к великому удивлению последнего, араб не выдержав, послал докучливого, бестолкового матерщинника, который по- моему сам не знал, чего хотел, на вполне "достойном" русском. Сегодня погода решила позабавиться и, как это всегда бывает в Испании, неожиданно брызнула коротким, но сильным дождём. Люди, испуганно ища укрытия, мгновенно набились в нашу кафешку, как в последний отъезжающий трамвай. Официант, проходя мимо моего столика, поправил стулья, как бы приглашая стоящих вокруг людей присесть, но я с таким неудовольствием обжёг его взглядом, что он тут же решительно, хотя и с явной неохотой переставил стулья за соседние столы. Ничего, "сглотнёшь" - злорадно подумал я, в конце концов, тех чаевых, которые я плачу ему, вполне хватило бы, чтобы он оставлял за мной этот столик даже когда я уезжаю. Это мой стол и моё ожидание, и я не хочу рядом чужих лиц. За все эти годы я сделал исключение единственный раз, для трогательной, влюблённой пары. Немолодые люди, высокий и худой голландец с белёсыми ресницами и маленькая, некрасивая, но с каким-то внутренним очарованием женщина из Колумбии. Я пригласил их присесть и мы "разговорились". Смешно, но моего английского и нашей с ним природной смекалки было достаточно, чтобы понять их историю. Они познакомились по объявлению, и год переписывались, а потом решились встретиться и поехали на отдых в Испанию. Он оказался налоговым инспектором, она служащей в фирме. Пока мужчина восторженно расспрашивал меня кто я и откуда, женщина достала из своей сумки пачку открыток с конвертами и, внимательно слушая наш разговор, стала подписывать открытки и распределять их по конвертам. "Это нашим друзьям, моим и её..." - радостно сообщил мне голландец. Они встретились взглядом.... мне понравилось, как они смотрели друг на друга - нежно и с улыбкой. Подозвав официанта, он сделал заказ и только тут заметил на столе апельсиновый сок и кофе с молоком. Удивлённо посмотрел на меня, хлопая ресницами. Откинувшись на спинку стула, я рассмеялся, понимая, что просто не смогу им объяснить всего, просто не хватит словарного запаса, но ему оказалось вполне достаточно того, что это сок для моей любимой, которая просто пока не пришла.... Когда мы прощались, я увидел как он, всё с таким же радостным выражением лица, спокойно и естественно, ни на секунду не замешкавшись, расплатился с официантом за обоих, и мне вдруг стало совсем спокойно за них, я не знаю, будут ли они вместе, но то, что он не обидит её, почему-то понял наверняка...
Это было давно, и больше мне не хотелось экспериментировать со своим настроением. Странно, но за все эти годы меня никогда не посещало отчаяние. Возникло однажды жгучее желание не придти и посмотреть, что из этого получится, но это лишь на мгновение.... так, мальчишеское озорство... Порой мне кажется, что я привык ждать и живу этим процессом, варюсь в нём, и мне совсем, не важно придёт ли она - главное ждать. Только это неправда, это лишь оправдание тому, чего я не в силах изменить.
Мы обещали друг другу, что однажды встретимся, именно в июле, именно в этом кафе и за этим столиком, будем смотреть друг на друга и пить, она свой любимый апельсиновый сок, а я кофе, двойной кофе под сигару. Единственная женщина, из немногих женщин в моей жизни, которой безумно нравится запах моих сигар. Смешная дань условностям, ... какая разница, что мы будем пить, или делать, и сколько вообще продлится наша встреча, и что будет потом.... ведь я не знаю, что с ней, с кем она сейчас и почему так долго, так мучительно долго не давала о себе знать.....
Дождь прекратился так же внезапно, как и пошёл, как будто ливанули из ведра и вот наконец, вся вода кончилась. Народ из кафешки стал быстро расходиться, прыгая через редкие лужицы, остались только несколько испанских семей, они сдвинули пару столов вместе и устроили шумный, общий ужин. "Так, "- подумал я, "скоро петь начнут... может мне тоже пора собираться?" Сегодня ещё один день я нанизал на чётки ожидания..... Да, пора к гостинице, наверно и ребята уже вернулись из поездки по Барселоне... Только уж очень не хотелось уходить от этого такого стандартного, но такого родного и уютного столика, в знакомых царапинках на его белом, пластмассовом лице.....

.....Она шла быстрой, энергичной походкой, такой же, как её характер, и каблучки чётко отбивали ритм шагов по плитке набережной. Она смотрела себе под ноги, как будто боялась поднять глаза и не увидеть меня ….

Добрый...вам Денннь....=)
прочитала про собаку....
и nxj-то смытно напомнило один рассказ...
"Письмо незнакомки"
там она исполняла в своей жизни роль этой собаки...=/
кто-то считает это любовью...мдя уж....а кто-то понмиает, что это - страх жить самому.....

Спасибо за коммент. Я не читал "Письмо незнакомки", было б интересно прочесть и понять почему Вы провели параллель.
И всё ж таки в случае с "Псом", мне думается что это любовь , а не " страх жить самому.....".
Ведь Пёс живёт сам по себе, добывая себе пищу, где-то ночуя , чему-то радуясь и от чего-то огорчаясь....просто приходя к подъезду в определенное время, чтобы увидеть ту, которая ему дорога.
Честно говоря, этот рассказик написан мною достаточно давно....может я в чём-то и ошибаюсь....