А подмога не пришла
Подкрепленья не прислали,
Нас осталось только два,
Нас обоих наебали.
Все братушки полегли
И с патронами напряжно
Но мы держим рубежи
Мы сражаемся отважно.
Точка сдохла - все пиздец,
Больше нечем отбиваться,
Чтож закурим брат боец
Нам от смерти не съебаться.
Жаль подмога не пришла
Подкрепленья не прислали
Вот обычные дела - нас с тобою наебааалииии...
Вот взять Тоху Турбиноса, брацца моего по крови и по духу. В армии сей доблестный муж. Худой как бухгалтер Кащея Бессмертного. С утреца лазает по веревочке, ругается как татарин, пакетики из-под спитого чая под поебические ритмы по часовой стрелке раскручивает. Короче, несмотря на дамаги разнообразнейшего происхождения носа не вешает. Работает на огненной мельнице горючим ледяным зерном. Убегает без оглядки босиком туда, где пока еще никто не помер. Молчит, сцуко, взахлеб, хохочет, падло, навзрыд. Эххххх...
Племя это отличалось редкострой даровитостью; великих философов, живописцев, ваятелей, поэтов и драматургов было там пруд пруди, а если кто случайно не был знаменитым виртуозом или компоизтором, то уж наверное был астрономом, биофизиком или по крайности прыгуном-пародистом, да при том обладал еще роскошным баритоном, абсолютным слухом и цветными снами в придачу.
Блюстители Общего и Совершенного Счастья (в простонаречии Боссы) неукоснительно следили за тем, дабы все вместе и каждый в отдельности видом своим совершенную сатисфакцию выражали и общее благоденствие, что на практике оказалось безумно тягостно.
Надоел теплый чай. Я хочу горячего. Чай, суко, остается теплым как его не кипяти. Вот кофе - другая тема. Не очень люблю кофе, но его можно пить теплым - сильно хуже не будет. Ходили сегодня в кино.
Папка, книга и обтрепанный манускрипт с приказами об ангелах лежали рядом с моей ногой. Я мог пнуть все это. Однако не пнул. Я только размышлял - и чем напряженней я думал, тем яснее видел пустоту своих размышлений. Я вставал, ходил из угла в угол, пускал воду из кранов, закручивал их, изучая возикающее при этом завывание труб, корчил рожи перед зеркалом и даже немного всплакнул.
Музыка нужна для того, чтобы душа тлела/горела/взрывалась и чтобы душа не тлела/горела/взрывалась. (нужное подчеркнуть). А еще бывает музыка чтобы убить время.
Со мной здороваются незнакомые мне люди. Я на них смотрю, а они здороваются. Алмаз смеецца и говорит, что я строю им глазки, но это песдешь. Я просто смортю. Мне интересно - я смотрю. А они здороваюцца. Хуйня какая-то.