Вот беда, так беда приключилася
У милиции нашей, у родненькой.
Довели их до белой горячечьки
Лишь одними ведерками синими.
И не смейтесь над ними родимыми.
Ведь понять то их можно бедовеньких.
Не по воле они, а в служении
На дорогах стоят в готовности,
В стойку в смирную передернуться,
Оттопыря свой зад и согнувшися
Раком, честь отдать до последнего,
Той мигалке, что с Членом правительства
Или Членом еще чего большего,
Что и знать то Вам ой не надобно.
Но, не детским ведеркам тем синеньким,
Что прикручены скотчем к копеечкам,
И другим погремушкам никчемненьким,
По ошибке за Членов правительства
В простодушии ими же признанными.
Тут поверьте обидно до гландочек
за их гордую честь офицерскую,
и за службу их многолетнюю,
незапятнанную, вдруг украденную, унесенную, да
уворованную, в тех ведерочках детски синеньких.
От обиды той крыша сдвинулась,
Как не скреплена была кантом фуражечным,
Мозг потек из ушей у родненьких.
Вот и стали хватать всех кто встретился
С детским ведерком синем синеньким
И на крышах скотчем прикрученными,
И в руках, у детей в песочницах.
Вот такая беда приключилася
У милиции нашей, у родненькой.