Кто-то жутко умный когда-то сказал, что, мол, пока вы строги с официантом - вы его монарх, но если вы с официантом добры, то тут же становитесь его рабом.
Этот жизненный афоризм я вспомнила сегодня, наблюдая за тем, как Антон морщит лоб в муках совести, решая сколько оставить официантке на чай. Вспомнила я не только афоризм, но и Дэвида - пожилого американца, с которым я когда-то работала.
Дэвид знал по-русски только три слова: "Привет", "Спасибо" и "Отъебись". Кстати, часто их путал, но это к делу не относится.
Накормив меня вкусным обедом, Дэвид достал из кармана бумажник обнадеживающе внушительных размеров и выразил желание рассчитаться.
- Девушка, - подозвала я официантку. - Счет принесите.
У девушки-официантки с математикой в школе дела, очевидно, обстояли еще хуже, чем у меня, ибо счет она принесла минут через двадцать. Сейчас я уже не вспомню точную сумму счета, но, скажем, обед обошелся нам в 70 гривен. Дэвид достал стогривенную купюру, положил ее на стол и тихонько спросил у меня:
- Отъебись?
- Нет, Дэвид. Спасибо!
- А-а-а, - хлопнул себя по лбу представитель прогнившего капитализма и обратился к официантке, - спасибо!
Мы стали ждать сдачу. Шли минуты. Десять минут, пятнадцать, двадцать. Я начинала испытывать чувство стыда за Родину.
- Может быть пойдем? - предложил Дэвид. - Пусть уже оставляет себе всю сдачу!
- Ну уж нет, - сказала я.
Поднялась из-за стола и зашла с открытой площадки внутрь ресторации. Нашла глазами обслуживавшую нас официантку, подошла к ней и сообщила:
- Девушка, вы бы могли поиметь очень хорошие чаевые. Но теперь у вас будет жалоба от работника американского посольства в жалобную книгу.
( Дэвид вообще-то преподавал английскую литературу в университете, но официантке об этом было знать необязательно).
- За что? За что жалоба? - плаксивым голосом поинтересовалась официантка.
- Как за что? Да мы уже полчаса ждем сдачу!
- Извините. Я думала он мне их оставил на чаевые! - и произнесла замечательную фразу: - Он же сказал: "Спасибо!"
Я вернулась с тридцатью гривнами для Дэвида и горько сказал ему: "Запомни! Пока ты в этой стране, никогда и никому не говори спасибо. Люди неправильно поймут!"
Дэвид страшно переживал... Думал у него сильный акцент.