*  *  *

 

Идеалы людские —

Лишь для мудрых и сильных,

Остальным надо что-то,

Что реальней и всласть.

Ничего не досталось,

Лишь одни идеалы,

Уцепись в них — ты чистый —

В них моральная власть.

 

Я был сказочный малый,

И на всём земном шаре

Ничего не имел я,

Но имел над Землёй.

Был упрям и спокоен,

Только грех затаённый

Притаился на сердце

Бессердечной змеёй.

 

Слёзы льются и сохнут —

Знаю — делаю плохо,

Ухожу непрощённый,

Незабытый, один.

Я был верный и чуткий,

Целовал её руки,

Только грех затаённый

Разгорелся, ожил.

 

Но куда б я не бегал —

Её образ, как эхо,

Отражался в ущельях,

Как от комнатных стен.

Эхо гасится, кружит,

А ущелие глушит,

Вот уже еле слышно...

Вот неслышно совсем.

 

Там за линией горы —

Ты забудь её голос,

И надрыв телефонный

Набирает разгон.

Её образ тускнеет —

Ты выходишь из плена,

Ты уходишь из плена,

Не забрав ничего.

 

Но забытые звуки

Прорываются в буквы,

Буквы давят сильнее,

Затрудняют разрыв.

Образ вспыхнул — тускнеет,

Больно давит потерей —

Ты уходишь из плена —

Извинись, что ты был.

 

Ты прости меня — где ты?

Разрывается клетка,

Это птицы, наверно,

Слишком громко поют.

Им бы жить беззаботно,

Целоваться свободно,

Только время настало —

Птицам надо на юг...

 

Вот пришёл глупый праздник —

Отказался от власти —

На верёвке с носками

И трусами вишу.

На Земле места нету,

И отказано Небом,

Прищемлённый прищепкой,

Между ними мечусь.

 

С. Аксёненко

 

09. 07. 1992.