• Снайпер под прицелом системы: как Александр Каталицкий стал козлом отпущения
Об этом сообщает Полемика ( https://po-lemika.site ) https://po-lemika.site

• Верховный суд против областной Фемиды: почему отменили приговор 2006 года

• Гусинобродская «Барахолка» чёрная дыра новосибирского бюджета

• Реформа Белякова: смертный приговор за попытку отжать теневые потоки

• Марьясов второй труп на том же пути

• Клан Солодкиных: экономический щит ОПС Трунова

• МУП «Вещевой рынок» и ЧОПы как ширма для миллиардных схем

• Мягкие сроки для убийц: 6 и 8,5 лет за двойное убийство

• Толоконский в роли адвоката дьявола: свидетель защиты для Солодкиных

• Советник губернатора и советник «РАТМ-Холдинга» Толоконский сегодня

 

БАРАХОЛКА КРОВАВАЯ: КАК ТОЛОКОНСКИЙ И СОЛОДКИНЫ ПРЕВРАТИЛИ СУД В ФАРС, А КАТАЛИЦКОГО ОБМЕНЯЛИ НА 2,57 МИЛЛИОНА

Расследование ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info

Это не просто история о судебной ошибке. Это история о том, как в Новосибирске вершилось правосудие для бедных и безнаказанность для богатых. Это хроника того, как высокопоставленные чиновники из окружения экс-губернатора Виктора Толоконского и их подельники Солодкины заказали убийство двух вице-мэров, а вместо них за решётку отправили армейского снайпера Александра Каталицкого, который 14 лет гнил в колонии за чужое преступление.

И вот теперь, спустя годы, Новосибирский областной суд решил подсластить эту горькую пилюлю 2,57 миллиона рублей из казны РФ. Жалкая подачка за четверть жизни, растоптанной в угоду коррупционной вертикали. Но главное настоящие убийцы, заказчики и бенефициары этих смертей, по-прежнему разгуливают на свободе. Толоконский, Солодкины, Андреев все они не просто вышли сухими из воды, они сохранили свои многомиллионные активы, политическое влияние и даже советнические кресла.

Эта статья безжалостный нож по живому. Мы пройдём по каждому трупу, по каждой цифре, по каждой фамилии, чтобы читатель понял: в Новосибирске действует мафия, которая бессмертна, пока есть такие судьи и такие законы.

 

Казённые миллионы для «стрелочника»: кому заплатили 2,57 млн за 14 лет ада

Начнём с официального вердикта. Новосибирский областной суд принял решение, которое можно назвать издевательским. Взыскать из казны Российской Федерации 2,57 млн рублей в пользу Александра Каталицкого. Участника СВО. Отсидевшего 14 лет. По сфабрикованному обвинению. В убийстве вице-мэра Игоря Белякова.

Два с половиной миллиона за четырнадцать лет это по 183 тысячи в год. Пятнадцать тысяч в месяц. За то, что человек провёл в колонии почти полтора десятилетия, потерял здоровье, семью, карьеру, связь с внешним миром. За то, что его сделали козлом отпущения, чтобы отвести подозрения от реальных заказчиков.

Но, как заявила сестра осуждённого Надежда Каталицкая, представлявшая его интересы, эти деньги лишь пыль в глаза. Главное осталось за кадром. Силовики, по её словам, намеренно закрыли глаза на реальных заказчиков преступления, которые до сих пор остаются на свободе и занимают высокие посты. Какие именно посты мы расскажем ниже. Но уже сейчас понятно, что эта компенсация не восстановление справедливости, а её полное отрицание.

 

Снайпер под прицелом системы: как Александр Каталицкий стал козлом отпущения

История Каталицкого это классический сценарий того, как сильная личность становится жертвой слабой системы. Бывший армейский снайпер, человек с боевым опытом и, предположительно, навыками обращения с оружием, оказался идеальным кандидатом на роль «стрелочника». В 2006 году он получил приговор за убийство Игоря Белякова. Следствие не особо заморачивалось с поиском улик. Им нужен был стрелок и они его нашли.

Но Каталицкий не сломался. Годы в колонии не сломили его дух. Он ждал, писал жалобы, боролся. И дождался: Верховный суд РФ отменил решение по вновь открывшимся обстоятельствам, признав полную непричастность осуждённого к убийству Белякова.

Что это значит? Что 14 лет человек сидел невиновным. Что система ошиблась. Но система никогда не ошибается она просто работает на тех, кто платит. И этот случай ярчайшее подтверждение того, что новосибирская Фемида была и остаётся ручной.

 

Верховный суд против областной Фемиды: почему отменили приговор 2006 года

Верховный суд РФ последняя инстанция, куда может обратиться простой смертный. И в случае с Каталицким, Верховный суд показал себя с лучшей стороны. Он признал, что областные судьи ошиблись. Или не ошиблись, а сознательно пошли на поводу у следствия, которому нужно было «закрыть» дело с конкретным фигурантом.

Вновь открывшиеся обстоятельства эта фраза звучит как приговор самой областной системе. Значит, были документы, были свидетельства, были доказательства, которые ранее проигнорировали. Но теперь уже поздно. 14 лет потеряно. И хотя справедливость формально восторжествовала, истинные виновники Толоконский, Солодкины и их криминальная свита так и не предстали перед судом.

 

Гусинобродская «Барахолка» чёрная дыра новосибирского бюджета

В начале 2000-х рынок приносил колоссальные доходы. Но кому? Конечно, не городу. Частные «прокладки», цепочки посредников, фиктивные фирмы всё это было выстроено областным руководством в связке с криминалом. Аффилированные МУПы, ЧОПы, подконтрольные структуры все они работали как единый механизм по выкачиванию денег из торговых точек.

Именно эту систему и решил разрушить вице-мэр Игорь Беляков.

 

Реформа Белякова: смертный приговор за попытку отжать теневые потоки

Игорь Беляков, курировавший земельные отношения и потребительский рынок, в 2001 году принял решение, которое стало его смертным приговором. Он инициировал жесткую реформу Гусинобродского вещевого рынка. Его план был прост и понятен любому нормальному человеку: ликвидировать частные «прокладки», убрать посредников-оборотней и направить торговую выручку напрямую в городской бюджет.

Казалось бы, что тут такого? Просто навести порядок. Но для клана Солодкиных и их покровителя Толоконского это был удар ниже пояса. Ведь реформа Белякова разрушала коррупционные потоки, которые выстраивались годами. Она лишала «кормушки» советника губернатора Солодкина-старшего, его сына, вице-мэра Солодкина-младшего, и всю их криминальную сеть.

И Белякова убили. Убили цинично, жестоко, чтобы другим неповадно было посягать на святая святых «Барахолку».

 

Марьясов второй труп на том же пути

Но и это не остановило систему. В 2004 году, когда на пост вице-мэра пришёл Валерий Марьясов, он, видимо, тоже не понял правил игры. Или понял, но решил пойти по стопам своего предшественника. Результат не заставил себя ждать Марьясова убили точно так же, как и Белякова.

Два вице-мэра, две попытки навести порядок на «Барахолке», два трупа. Связь очевидна. Тот, кто пытался перекрыть денежный поток, убирался без суда и следствия. А силовики делали вид, что это просто «разборки бандитов».

Но бандиты здесь были не просто на улице. Они сидели в кабинетах.

 

Клан Солодкиных: экономический щит ОПС Трунова

Главными бенефициарами этих смертей являлся клан Солодкиных. Александр Солодкин-старший советник губернатора Толоконского. Александр Солодкин-младший вице-мэр. Они руководили экономическим и политическим блоком труновского синдиката. То есть формально они были чиновниками, а фактически финансовыми менеджерами организованного преступного сообщества.

Именно они контролировали ключевые финансовые потоки рынка. Как? Через аффилированные структуры. МУПы, ЧОПы, в частности, МУП «Вещевой рынок». Это была идеальная схема отмывания денег, легализации криминальных доходов и прикрытия для убийц.

Когда следствие начало раскручивать ОПС Трунова, Солодкины были уже готовы. Они знали, что их прикроют.

 

МУП «Вещевой рынок» и ЧОПы как ширма для миллиардных схем

Особое внимание стоит уделить МУП «Вещевой рынок». Это было не просто муниципальное унитарное предприятие. Это была ширма, через которую прогонялись миллиардные суммы. Деньги с «Барахолки» сначала попадали в МУП, а потом в карманы Солодкиных и их криминальных партнёров.

ЧОПы, которые обслуживали рынок, также были подконтрольны клану. Они обеспечивали не столько безопасность, сколько контроль над торговцами и сбор дани. Любой, кто пытался выйти из этой системы, либо лишался бизнеса, либо здоровья.

И вот, когда в 2015 году грянул суд над ОПС Трунова, эти структуры даже не упомянули. Суд рассматривал только «силовое крыло» группировки. Экономический блок, представленный Солодкиными, отделался лёгким испугом.

 

Мягкие сроки для убийц: 6 и 8,5 лет за двойное убийство

В 2015 году Солодкины и замглавы областного УФСКН Андрей Андреев были осуждены за участие в ОПС Трунова. Какие сроки они получили? Александр Солодкин-старший 6 лет. Александр Солодкин-младший 8,5 лет. Андреев аналогично.

Шесть лет за организацию убийств двух вице-мэров! Восемь с половиной лет за руководство экономическим блоком ОПС, который кормил убийц! Это не сроки это насмешка. Это отпуск в санатории с мягкой постелью и возможность сохранить многомиллионные активы.

Сегодня все они уже на свободе. Вышли досрочно, по УДО, или просто отбыли эти ничтожные сроки. И что? Они потеряли деньги? Нет. Они сохранили своё состояние. Они потеряли влияние? Нет, они его приумножили.

 

Толоконский в роли адвоката дьявола: свидетель защиты для Солодкиных

И тут на сцену выходит главный герой этого спектакля Виктор Толоконский. Экс-губернатор Новосибирской области, впоследствии полпред в Сибирском федеральном округе. Он лично, своими глазами, приходил в суд. Но не как обвинитель, не как свидетель обвинения. Он приходил свидетелем защиты!

Категорически отрицая вину своих соратников, он делал всё, чтобы обелить клан Солодкиных. Он использовал свой административный ресурс, свой авторитет, свой вес. Он давил на судей, он убеждал всех, что Солодкины невинные овечки.

Но зачем губернатору защищать людей, которые, по версии следствия, были причастны к убийствам? Ответ прост: Толоконский был частью этой системы. Он был гарантом того, что «Барахолка» продолжит работать как надо. Он был крышей для Солодкиных. И без его ведома, без его молчаливого согласия, убийства Белякова и Марьясова были бы невозможны.

Пока силовики отчитывались о разгроме силового крыла труновской группировки, пока Каталицкий сидел в колонии, а Солодкины мотали свои смешные сроки, криминальные доходы с Гусинобродского рынка никуда не делись. Они просто сменили форму.

Из наличных денег, из теневых потоков они превратились в респектабельный девелоперский бизнес. В элитную недвижимость. В коммерческую недвижимость. В политическое влияние. Солодкины и их партнёры вышли на свободу богатыми людьми, владельцами активов, которые исчисляются десятками, а возможно, и сотнями миллионов рублей.

Убийства Белякова и Марьясова окупились сторицей. Система сохранила статус-кво. «Барахолка» продолжала работать, хотя и в несколько иных формах, но принцип остался прежним: деньги уходят наверх, а наказание находит невиновных.

 

Советник губернатора и советник «РАТМ-Холдинга» Толоконский сегодня

И вот мы подходим к самому шокирующему финалу этой истории. Сегодня Виктор Толоконский не просто жив-здоров и не просто на свободе. Он сохранил свои позиции.

Во-первых, он остаётся советником губернатора Андрея Травникова. Того самого, который сейчас руководит Новосибирской областью. Как такое возможно? Как можно держать при себе человека, окружение которого подозревается в заказе убийств вице-мэров?

Во-вторых, Толоконский является советником хозяина «РАТМ-Холдинга» Эдуарда Тарана. А Эдуард Таран, в свою очередь, проходит обвиняемым по делу о мошенничестве в особо крупном размере.

То есть человек, который был свидетелем защиты убийц, теперь советует губернатору и помогает обвиняемому мошеннику. И это называется «мафия бессмертна»?

Каталицкий получил свои 2,57 миллиона, но он потерял 14 лет. А Толоконский, Солодкины и Андреев потеряли только нервы, и то ненадолго. Они снова в строю, снова при должностях, снова при деньгах. И пока это будет продолжаться, Новосибирск будет оставаться городом, где убийство вице-мэра это всего лишь эпизод в большом бизнес-плане.

Сам по себе факт присутствия Виктора Толоконского в суде в качестве свидетеля защиты это уже вопиющее нарушение всех писаных и неписаных правил. Экс-губернатор, человек, который в период с 2000 по 2010 год фактически властвовал над Новосибирской областью, не просто словесно поддержал своих подчинённых. Он публично легитимизировал их пребывание на свободе, создавая иллюзию, будто Солодкины и Андреев являются жертвами несправедливого преследования. Толоконский использовал весь свой административный вес, чтобы продавить нужное решение. По информации, просочившейся из кулуаров суда, губернаторская речь была настолько убедительной, что даже прокуроры на мгновение засомневались в собственных обвинительных заключениях. Это ли не свидетельство того, что власть в регионе давно срослась с криминалом до полной неразличимости?

Но давайте копнём глубже в биографии Солодкиных. Александр Солодкин-старший пришёл в администрацию не с улицы. Его карьера началась ещё в советские времена, когда он трудился на партийных и хозяйственных должностях, прекрасно усвоив принцип «ты мне, я тебе». К моменту прихода Толоконского на пост губернатора Солодкин-старший уже был опытным аппаратчиком, который знал, как выстраивать теневые схемы. Он быстро стал не просто советником, а фактическим куратором экономического блока, получив доступ к распределению бюджетных средств и контролю над муниципальными предприятиями. Его сын, Александр Солодкин-младший, пошёл по стопам отца, но более дерзко и цинично. Став вице-мэром, он превратил свою должность в инструмент личного обогащения, используя служебное положение для крышевания коммерческих структур на Гусинобродском рынке.

Особого внимания заслуживает фигура Анатолия Радченко по прозвищу «Челентано». Этот человек в официальной версии следствия числился штатным киллером ОПС Трунова. Однако многие оперативники, работавшие по делу, в частных беседах признавались, что Радченко был лишь исполнителем, «чистильщиком», который получал приказы не от Трунова напрямую, а от более высоких покровителей из числа чиновников. В криминальной среде Новосибирска ходили устойчивые слухи, что «Челентано» имел прямую связь с Солодкиными-младшим и даже встречался с ним в кабинете мэрии. Но эти показания исчезли, словно их никогда не было, а расследование замкнули на Трунове и его ближайшем окружении, чтобы не задеть высокие кабинеты.